Содержание  
A
A
1
2
3
...
83
84
85
...
116

Когда раджа выслушал брахмана, ему стало жаль его, и он приказал отвести в гарем невестку и приставить ее к своей дочери. Брахману же дал немало денег, а суму его велел набить дорожными припасами. Затем раджа наказал дочери проявлять заботу о невестке брахмана и жалеть ее, стараться не обижать.

Дочь раджи, согласно наказу отца, выказала к пришелице сочувствие и участие, стала утолять в ее обществе любовную тоску по брахману, так что между ними установилась большая дружба и приязнь.

В один прекрасный день невестка брахмана улучила минуту, попросила дочь раджи побыть с ней наедине и стала расспрашивать, почему она так похудела и отощала. Девушка хотела скрыть свои тайные мысли, не желала поведать ей свои сокровенные мечтания, стала говорить о том о сем, желая уйти от ответа. А невестка брахмана сказала:

– Хорошо, оставим этот разговор, но выслушай стихи:

Ты хочешь скрыть тайну любви к нему от всех людей?
Разве можно скрыть простор степей, воду и пламя?

Ведь великие мужи сказали: «Бледность и морщины на лице влюбленного – вот доносчики и хулители. Как бы он ни старался скрыть и спрятать любовь, покрывало влюбленных рвется, словно ворот розы и пола утра, а глаза их уподобляются очам туч и полноводному горному роднику».

Тайна влюбленных сердец не останется сокрытой,
Так как бледные лица – примета их скорби.

Неразумно и бессмысленно скрывать тайные помыслы, таить секрет в груди от такого доверенного лица и такого искреннего друга, как я. Быть может, этому пути найдется исход, этой боли отыщется лекарство.

Когда дочь раджи услышала такие слова, она уверовала, что подруга исцелит ее сердечный недуг. Сначала она засмеялась, а потом рассказала ей свою историю, не видя более смысла в сокрытии тайны. А невестка брахмана тотчас вытащила изо рта волшебный шарик и явилась пред нею в облике молодого брахмана, говоря:

– Здесь нет чужих, ты – это я, а я – это ты.

Девушка порадовалась свиданию с возлюбленным, немного насмотрелась на него, а затем спросила, как он сумел изменить свой облик. И тот рассказал ей свою историю от начала до конца. Девушка похвалила его, воздала хвалу и чародею.

После этого они проводили время в уединении и любви и никого не посвящали в свою тайну. Соблазн рос с каждым днем, грех увеличивался с каждым мигом.

И вот однажды невестка брахмана купалась в бане, она стала украшать лицо мушками и родинками, как невесты, а волосы расчесывала, словно красавицы, гребешком. Неожиданно сын раджи узрел ее красоту, и его сердце оказалось в плену ее кос. Но он не знал о скрытой сущности брахмана и полюбил его ложный внешний облик. Он подступился к красавице со всевозможными обольщениями, уловками и лестью. Когда же ничего у него не получилось, когда дева желания не пришла к нему в объятия, сын раджи притворился больным и отказался принимать воду и пищу. В скором времени он стал худым и тонким, словно талия красавицы, согнулся и истомился, уподобившись завитым локонам и томным очам прекрасных дев.

Радже доложили о состоянии сына, о его тяжелой болезни. Собрались лекари и знахари, но сколько они ни ворожили, сколько ни лечили, ничего не помогло; он продолжал страдать от любви к невестке брахмана, ему становилось все хуже. Когда раджа узнал о том, что его сын влюбился в невестку брахмана, что его ум и сердце всецело поглощены ею, он сказал:

– Если я отдам невестку брахмана своему сыну, то ославлю себя как коварного и неверного человека. Если же я буду блюсти законы религии и веры, то лишусь сына.

Он долго размышлял и много думал над этим, и, наконец, отцовское чувство возобладало над долгом, и он отправил доверенного человека к невестке брахмана со словами:

– Тебе следует ублаготворить душу моего сына и пойти навстречу его желаниям, дабы он не расстался с жизнью, ибо он умирает от любви к тебе и издает уже предсмертный вопль.

Невестка брахмана после долгих раздумий ответила:

– О великий раджа! По нашей вере строго-настрого запрещено и никак не дозволено сочетаться браком с другим, покуда жив супруг. Прошу тебя дать мне небольшую отсрочку, чтобы я могла оплакать мужа и раздать в виде милостыни дирхемы и динары, коней и мулов, ткани и сандал в память о моем прежнем муже. После этого я сделаю все, что сочтет нужным раджа, все, что прикажут сокровенные помыслы государя.

Раджа одобрил ее решение и послал сказать сыну, что, мол, у меня благие вести для тебя. Сын обрадовался известию, его охватил восторг и ликование, и он стал поджидать исполнения обещания красавицы.

А брахман и дочь раджи ждали удобного случая для спасения. И вот, наконец, настало время, и они вместе выбрались тайком из дворца и отправились к чародею. Он вытащил волшебный шарик изо рта брахмана и вложил в рот дочери раджи, и тогда и невестка и дочь раджи стали мужчинами.

К ним приходили люди раджи и те, кто искал девушку, и возвращались ни с чем. Никто не знал, кто они такие. Раджа долго вел поиски и розыски, однако беглецов не нашли, не обнаружили ни следа, ни примет. Стал он горевать, сильно тосковать, и все время повторял себе: «Того, кто обманул доверие, кто забыл о великодушии ради страсти, по словам ученых мужей, ожидает участь согласно изречению: «Кто роет яму для брата своего, упадет в нее».

Спустя несколько дней чародей вместе с брахманом, как и в первый раз, отправился к радже, воздал подобающие почести и сказал:

– Благодаря счастью государя я нашел своего сына исцелившимся и в здравом уме и тотчас поспешил на поклон к тебе. Прошу теперь вернуть мне отданное на хранение, то есть жену моего дорогого сына, чтобы она возвратилась к законному супругу.

Раджа был очень пристыжен, ему ничего не оставалось, кроме как сказать об исчезновении дочери и невестки брахмана. Чародей не желал принять его объяснений, поднял крик и шум и вознамерился распороть себе живот кинжалом, как это принято у брахманов.

Раджа совсем растерялся, признался в своем прегрешении и проступке, отдал чародею в возмещение за его невестку целый лак[346] дирхемов, тем и кончилась тяжба. Чародей после того собрал свои пожитки и оставил все деньги в подарок брахману, который благодаря чародею обрел возлюбленную и заполучил много золота.

– Моя цель, о Мах-Шакар, – закончил рассказ попугай, – состоит в том, чтобы ты, подобно тому, как брахман заполучил золото и соединился с возлюбленной, тоже обрела бы возлюбленного, но сохранила при этом любовь супруга.

Когда попугай завершил рассказ, уже забрезжило утро и солнце собралось воссиять.

ПОВЕСТЬ о царе Кашгара и кашгарском купце, о том, как купец выдал свою дочь за кутвала, как царь влюбился в дочь купца и о добродетели царя

Жемчужины бесед - i_010.jpg

На тридцать пятую ночь, когда синекрылая Анка небес снесла в гнездо запада золотое яйцо солнца, когда серебряный Хумай луны вылетел из гнезда востока, раскинув крылья по просторам неба, Мах-Шакар вновь, словно величавая пава, украсила себя по всем правилам изящества и остановилась перед попугаем, чтобы испросить разрешения.

Попугай оказал подобающие почести и выказал преданность, облобызал прах и довел до совершенства обязанности службы. Потом он опустил голову долу и задумался.

– В чем причина твоих раздумий? – спросила Мах-Шакар, и попугай ответил:

– Я вижу, что моя госпожа мешкает и медлит с этим делом, она не спешит и не торопится пойти к любимому. Я опасаюсь, что с госпожой может случиться то же самое, что с кашгарским царем, который влюбился в жену кутвала. Но он так медлил и оберегал добродетель, соблюдал такие предосторожности, что в конечном итоге скончался от страсти, погубил сам себя из-за любви.

вернуться

346

Лак – старинная мера счета, сто тысяч

84
{"b":"346","o":1}