ЛитМир - Электронная Библиотека

— Я готова, но только мне не нужны драгоценности,

— Вам отведена определенная роль.

Порции ничего иного не оставалось, как подойти к Ротгару, чтобы принять украшения. Но когда маркиз надевал на нее ожерелье и серьги, она вновь почувствовала" что ее охватывает паника. Не замечая ее состояния, маркиз украсил ее голову диадемой и сколол края косынки чудесной брошью из тепло мерцающих желтых камней, окруженных россыпью мелких сверкающих бриллиантов. От середины броши до самой талии сбегали длинные подвески, создавая удивительный эффект.

Надетые на Порцию драгоценности гармонировали с обручальным кольцом, которое она вернула Брайту и которое, как опасалась Порция, он наденет на нее снова,

Ротгар повернул ее лицом к зеркалу, и Порция застыла в восхищении. Все вместе украшения создавали впечатление тонких, золотистых нитей, которые струями падали от ее ушей, шеи, лифа платья и до самой талии. Изящная диадема на голове гармонировала с цветом ее волос, как бы подсвечивая их.

Тончайшая кружевная косынка с золотой паутинкой, сверкающие драгоценности сделали Порцию Сент-Клер прекрасной незнакомкой, таинственной и загадочной. Было бы глупо отрицать это, решила Порция, но не менее глупо и обольщаться на свой счет.

— Они очень красивы, — сухо заметила Порция.

— Вполне согласен с вами. Однако они не являются частью состояния семьи, и вы должны чувствовать себя в них свободно. Вы готовы? — Маркиз протянул ей изящную белую руку.

Порция напомнила себе, что она действует только в интересах Брайта, чтобы спасти его доброе имя, и никогда не согласится ни на что большее. Она приняла руку маркиза, и они вышли из комнаты.

На лестничной площадке Ротгар остановился и указал Порции на портрет, висевший между двумя высокими окнами.

— Мой отец и его вторая жена, мать Брайта. Это их свадебный портрет.

На портрете была изображена очаровательная пара, сидевшая на скамейке под сенью высокого дерева, около их ног играла пара спаниелей. Джентльмен был темноволосым, волосы дамы были почти такого же цвета, что и у Порции.

Нерисса как-то сказала, что мать Ротгара сошла с ума и убила своего второго ребенка. Этот случай не прошел бесследно для ее бедного мужа, в глазах которого затаилась печаль. Изображенная на портрете женщина с прекрасным, добрым лицом лишь в какой-то мере могла развеять эту печаль.

— Как жаль, что я не смогу познакомиться с ней, — сказала Порция. — Она просто очаровательна.

— Да, это так, и к тому же она была очень доброй и отважной женщиной, и ее сыновья унаследовали от нее эту черту характера. Их отвага подчас доставляет мне слишком много хлопот.

Порция еще раз взглянула на портрет и только теперь заметила драгоценности. За исключением диадемы на маркизе были те же украшения, что и на ней. Ее рука невольно потянулась к ожерелью.

— Они те же самые, — прошептала Порция. — Это ее драгоценности.

— Мой отец преподнес их ей в качестве свадебного подарка.

— Тогда мне не следовало надевать их.

— Они всегда предназначались для невесты Брайта, В какую-то секунду Порция почувствовала, что на ней висят не украшения, а тяжелые оковы. Она посмотрела на улыбающуюся женщину, которая пришла в несчастную семью и принесла с собой свет и любовь.

— Думаю, что она желала своему первенцу лучшей жены, — прошептала Порция.

— Родители всегда желают своим детям возможно лучшей участи, — ответил Ротгар, спускаясь вниз по лестнице. — Эти украшения были у Габриэль самыми любимыми, и они всем хорошо известны. То, что они сейчас на вас, является для Брайта хорошим предзнаменованием.

Порцию устраивало, что украшения были надеты на нее не из сентиментальных побуждений, а из соображений чисто практических.

Ротгар ввел ее в отделанную позолотой столовую, где она сразу увидела Трелинов. На их лицах были холодные, вежливые улыбки.

— Ты чудесно выглядишь! — с оскорбительным удивлением воскликнула Нерисса.

Порция присела в вежливом реверансе.

— Как ты себя чувствуешь? — спросил подошедший к ней Форт, пытливо всматриваясь в нее.

— Прекрасно, Форт, — ответила Порция.

Ротгар подвел ее еще к двум незнакомым людям, но Порция сразу догадалась, что они тоже Маллорены.

— Моя сестра, леди Эльфлед или просто Эльф, — сказал маркиз.

Леди Эльф была далеко не красавицей, с волосами темнее, чем у матери, но в ней чувствовались материнская сердечность и очарование.

— Как чудесно! — воскликнула она. — Прошло всего несколько недель, как женился Син, и вот теперь у меня новая сестра. Син и Честити весной уедут в Канаду, и у меня будет с кем поболтать.

Такой сердечный прием обрадовал Порцию.

— Мамины драгоценности! — воскликнула Эльф. — Как чудесно они выглядят на вас! Им нужны именно такие, как у вас, волосы. Брайт, какой ты молодец.

Порция оглянулась и увидела входящего в комнату Брайта. На нем был расшитый золотом золотисто-зеленый муаровый костюм, а в ушах сверкали золотистые камни под стать драгоценностям, которые были на Порции.

— Спасибо, — сказал он, улыбаясь, брату.

— Они всегда предназначались твоей жене, — ответил Ротгар. — Порция, можешь ты оторвать взгляд от моего великолепного брата, чтобы познакомиться с еще одним Маллореном? Это Бренд.

Порция покраснела и поспешно перевела взгляд на приятного молодого человека с напудренными волосами и добрыми, как у сестры, глазами. Он ласково улыбнулся и поцеловал ей руку и щеку.

— Добро пожаловать в нашу семью, — сказал он. — Теперь нас так много, что мы можем перевернуть весь мир.

— Весь мир не надо, а вот в доме леди Уиллби уж постарайтесь, — сказал Ротгар, уводя Бренда и Эльф и оставляя Порцию и Брайта наедине.

— Ты очень красива, — сказал Брайт с нежностью.

— Мне все это очень не нравится, Брайт. Ничего из того, что здесь происходит.

Он взял ее за руку и повел в нишу, где они могли укрыться от посторонних взглядов.

— Что тебе не нравится, любимая? — спросил он.

— Прежде всего мне не нравится весь этот обман, — ответила Порция, выдергивая руку. — И к тому же я не твоя любимая.

— Ты просто расстроена, — сказал он успокаивающе, — и я хорошо тебя понимаю. Мне бы хотелось остаться с тобой наедине и поговорить о наших чувствах. Я очень люблю тебя.

— Я не хочу оставаться с тобой наедине. Я хочу быть совершенно свободной.

— Почему тебя так расстраивает наш брак? Почему ты возражаешь против него?

— Потому что у нас нет ничего общего, — ответила Порция, играя веером. — И мы оба не хотим этого брака.

— У нас с тобой очень много общего, и я хочу этого брака. Порция посмотрела ему в глаза.

— Но почему? Чтобы восстановить свою репутацию?

— Черт возьми, откуда мне знать! Какие тут можно привести доводы! Если бы ты была писаной красавицей, как Нерисса, и мне бы завидовали все мужчины или такой же богатой, как Дженни Финдлейсон, тогда бы все встало на свои места, не так ли? Я просто хочу тебя, Порция.

— Страсть быстро проходит.

— Не та, что существует между нами. Мне нравится твое общество. Мне нравится твой характер. Я хочу иметь от тебя детей.

Все звучало весьма соблазнительно, но Порция не сдавалась.

— Почему? — потребовала она ответа.

— Ты прекрасно знаешь, что любовь не поддается никаким объяснениям. Ты можешь сказать, за что ты любишь меня?

Можно было бы попытаться объяснить ему, почему, несмотря на все огорчения и страхи, она испытывает к нему самые нежные чувства, но Порция в очередной раз решила быть сильной и не сдаваться.

— Я не люблю тебя.

Порция видела, что ее ответ огорчил Брайта.

— Ах, так! Этого я не учел, но я бы постарался быть хорошим мужем. Что ты ждешь от нашего брака?

— Уважения.

— Я уважаю тебя.

— Я хотела сказать… — Порция посмотрела ему в глаза, — я хочу уважать своего мужа.

— Почему же я не заслуживаю твоего уважения?

— Ты игрок!

Брайт хотел возразить, но Порция не дала ему такой возможности.

68
{"b":"3461","o":1}