ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Тогда должен быть какой-то глубокий смысл в том, — сказал лорд Мидлторп, — что из маленьких девочек вырастают милые и нежные жены и матери, а из маленьких мальчиков — такие, как мы.

Раздался общий смех, и затем Николас присоединился к беседе:

— Френсис, если ты до сих пор веришь в подобную чепуху, придется представить тебя знакомым мне дамам, которые отнюдь не подходят под определение «милые и нежные», хотя некоторые из них жены и матери. — Он перевел взгляд на Элинор:

— Дорогая, полагаю вам лучше избавить меня от подобных разговоров.

— Разумеется, — охотно согласилась она. — Но только в том случае, если вы признаете, что ни одна из ваших знакомых дам не прошла сквозь руки мисс Фитчем.

Присутствующие снова засмеялись, и Николас приподнял свой бокал, одобряя слова супруги. Воодушевленная триумфом Элинор повернулась к лорду Мидлторпу:

— Насколько я знаю, вы путешествовали с моим мужем, милорд?

— Это была увеселительная прогулка по Ирландии, после которой мне понадобился не один месяц, чтобы прийти в себя. Теперь я защищен от подобных эскапад обязанностями главы семейства и преспокойно остаюсь дома.

— Миссис Дилэни, — растягивая слова, произнес маркиз, — не верьте ни одному слову. Френсис сущий дьявол, хотя и выглядит так романтично. К тому же он меткий стрелок, уверяю вас.

Элинор укоризненно взглянула на соседа справа:

— Лорд Мидлторп, оказывается, вы удостоились моей симпатии обманным путем.

Обед явно доставлял ей удовольствие.

— Этот маркиз де Во ввел вас в заблуждение. Я, конечно, могу убить день за игрой в карты, но нацелить пистолет на человека — увольте. Сомневаюсь, что у меня достанет для этого хладнокровия.

Затем последовала история лорда Дариуса Дебенхема, который, единственный из всей компании, признался, что участвовал в поединке чести. Поскольку поединок лорда Дариуса оказался бескровным, а компания уже прикончила дюжину бутылок, эта история вызвала шумное веселье.

Когда слуги начали убирать со стола, Элинор взглянула на мужа, стараясь понять, можно ли ей покинуть гостей, но он покачал головой. Николас выпил не меньше, чем его друзья, и был определенно нетрезв, но она не думала, что ему грозит потеря самообладания. Видимо, у него была своя причина удерживать ее.

Она смотрела на переходящую из рук в руки и приближающуюся к ней бутылку портвейна и не знала, как себя вести. Маркиз заколебался, когда пришла его очередь передать бутылку, потом мягко повернулся к Элинор. Напомнив себе, что от нее ждут какого-то поступка, она налила в свой бокал немного вина. Брови гостей поползли вверх.

Когда Холлигирт выпроводил последнего слугу, Элинор вдруг почувствовала себя неуютно в мужской компании. Обычно дамы не оставались после обеда с джентльменами, чтобы у них не возникали проблемы с тем, как себя вести и что говорить. Виконт Эмли оборвал шутку, заметив, что она еще здесь.

Элинор снова взглянула на мужа, но он лишь успокаивающе улыбнулся.

Николас вернул разговор к воспоминаниям о школьных днях, и гости снова начали перечислять подвиги Общества отчаянных храбрецов.

— Послушайте, — вдруг сказал лорд Дариус. — Мы раскрываем все наши секреты, а ведь Элинор не член общества.

— Значит, будет, — веско сказал сэр Стивен. — Почему бы нам не принять ее?

Беседа тут же завертелась вокруг этого предложения, но Николас прервал ее, сказав:

— Я с трудом верю, что Элинор пожелает удостоиться такой чести. Не забывайте, что есть еще обряд посвящения.

Лорд Мидлторп повернулся так резко, что едва не опрокинул свой бокал.

— Боже правый! Это было всего лишь мальчишеское сумасбродство.

Николас собрался ответить, но Элинор опередила его. Ее раздосадовало, что муж явно не желает, чтобы она вошла в круг его друзей.

— Я не согласна, лорд Мидлторн. Если меня приглашают стать членом столь избранного общества, это следует совершить должным образом. И если я не пройду посвящения из-за того, что оно, по всей вероятности, неделикатно, я отказываюсь.

Раздался гул одобрения. Элинор в тревоге взглянула на мужа, но он по-прежнему сохранял беспечный вид.

— Мадам, — лениво сказал он. — Вы спешите там, где мудрее не торопиться. В церемонии посвящения нет ничего неделикатного — как заметил Френсис, это обычное мальчишеское безрассудство. Каждый из нас слегка разрезал свою правую ладонь перочинным ножом. Думаю, нам повезло, что ни у кого не случилось воспаления.

Лорд Мидлторп и маркиз выставили руки, показывая маленькие шрамы. Элинор заколебалась, не уверенная в правильности своего поступка, потом протянула тонкую ладонь, на которой виднелся точно такой же шрам.

— Думаю, я уже член вашего общества, хотя и неофициальный.

Послышались изумленные возгласы и требования объяснений. Элинор посмотрела на мужа, стараясь понять его реакцию, но он сидел с непроницаемым лицом. Она не могла определить, к лучшему это или к худшему, но решила дать объяснения:

— Итак, джентльмены, прошу вашего внимания. Начать мне хочется с того, что я была несчастливым ребенком и часто не ладила с родителями и братом. Однажды нас пригласили в гости — предполагалось нечто вроде праздника на природе. Не помню точно, как это случилось, но родители были мной недовольны. Чувствуя себя незаслуженно обиженной, я убежала в глубь сада и рыдала там, возмущенная их несправедливостью. Какой-то мальчик увидел меня. Он был добр ко мне, и хотя явно посчитал меня бедной дурочкой, но все же предложил несколько выходов из моего тягостного положения. Однако я не могла принять предложения бежать с цыганами или решиться отравить всю свою семью, чтобы стать единственной наследницей. Идеи иссякли, и тогда мальчик обещал мне покровительство, если я соглашусь пройти обряд посвящения.

Элинор замолчала, всматриваясь в свой бокал, словно это был магический шар, возвращавший ее к полузабытой истории.

— Будучи всего несколькими годами старше меня, мальчик обладал сильным характером, — продолжала она. — Вели он мне броситься в озеро, я бы с удовольствием сделала это. Но увы, когда дошло до дела и его перочинный ножик оказался у меня на ладони, нервы мои сдали. Ему пришлось выполнить обряд самому, но как только на моей ладони показалась кровь, остатки мужества покинули меня, и я с плачем убежала. Потом я рассказала матери, что, упав, поранила руку, и получила очередной нагоняй. А этого мальчика с тех пор я никогда не видела. — Элинор огляделась вокруг. — Теперь я понимаю, что это был один из ваших храбрецов.

Сэр Стивен поднялся.

— Джентльмены! Перед нами придан… призан… признание самого страшного… — начал он заплетающимся языком, — нарушения клятвы. Это, хм… серьезное дело, и оно требует возд… возмездия. — Сэр Стивен опустился на стул с осторожностью, которая иногда присуща сильно подвыпившим людям.

Лорд Дариус выпил даже больше сэра Стивена, но ему таки удалось связно объяснить, что нарушение клятвы предусматривало немалое наказание.

— «…пусть меня сварят в кипящем масле, пусть меня сожрут черви, пусть меня подвергнут пыткам, которые даже страшно упомянуть», — хором подхватили остальные джентльмены, все, кроме Николаса, который, казалось, все это время играл роль стороннего наблюдателя.

Наслаждаясь ролью судьи, сэр Стивен высокопарно потребовал, чтобы виновный сдался.

— Совершенно ясно, — сказал лорд Мидлторп, — что это один из здесь присутствующих и он должен незамедлительно признать свой грех.

Неожиданно Николас поднялся, и все глаза устремились на него.

— Невероятно, но это был я, друзья мои.

Это признание прозвучало в полной тишине, но затем компанию обуял такой приступ веселья, что лорд Дариус даже свалился со стула. Николас смущенно улыбался, словно признавая свой грех, в то время как его глаза с необычайной серьезностью смотрели на Элинор. Кажется, этот вечер шел вразрез с его планами. Ее сердце трепетало от тревоги и возбуждения. Возможно ли такое совпадение? Она провела свои юные годы, мечтая об этом мальчике, воображая, что он явится спасти ее… Невероятно!

22
{"b":"3465","o":1}