ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Наследница Каменной пустоши
Большое небо
Я беременна, что делать?
Все в шоколаде
Твой второй мозг – кишечник. Книга-компас по невидимым связям нашего тела
#Как перестать быть овцой. Избавление от страдашек. Шаг за шагом
Взгляд в подсознание: шаги к исцелению и осознанной жизни
Точка обмана
Мужские обиды, женские намеки и другие ошибки в отношениях
A
A

Что касается первого, он неизменно поднимал ее дух своими шутками, хотя Элинор порой замечала в нем некоторое напряжение. В результате это могло разозлить Николаса, но изменить что-либо она была не в состоянии.

Ее симпатия к лорду Мидлторпу также становилась все глубже. Она понимала, что при других обстоятельствах могла бы очень серьезно увлечься им, и проявляла осторожность, дабы сохранить их отношения на должной дистанции. В ее жизни и так хватало сложностей.

Если Николас находился поблизости, Элинор всегда чувствовала его присутствие и ей требовалось усилие, чтобы не броситься на его поиски. Тем не менее редкие моменты, когда они были вместе, не приносили ожидаемой радости. Они вели себя друг с другом с отменной холодностью.

Однажды, когда Элинор рылась на книжных полках, Николас вошел в библиотеку. Желая скрыть смущение, она быстро заговорила:

— Боюсь, я прочитала все романы и вот теперь пытаюсь найти что-нибудь посерьезнее…

— Неужели? — сказал он с рассеянной улыбкой. — Сам собой напрашивается еще один визит к Хукему.

— Может быть, вы что-то посоветуете? Что-нибудь поучительное…

— Поучительное? — повторил Николас. — Разве мы нуждаемся в поучениях? Пожалуй, лучше какое-нибудь философское эссе. — Он пробежал рукой по полке. — Вот, «Несколько писем по вопросу сознания».

Элинор с сомнением взяла книгу.

— Думаете, мне понравится?

— Не уверен. — Он усмехнулся. — Это дал мне мой друг, который сейчас преподает в Оксфорде.

Она поставила книгу на место.

— Вы можете попробовать почитать вот это. — Николас достал с полки увесистый том. — «Путешествие Марко Поло». Одна из самых замечательных книг о путешествиях, написана несколько столетий назад.

Когда Элинор собралась уйти, прижимая книги к груди, он сказал:

— Я слышал, недавно вы чуть было не упали в обморок? Вы уверены, что с вами все в порядке?

Она повернулась, тронутая его заботой.

— О, все хорошо, уверяю вас, — невольно вырвалось у нее. — Кто-то нажаловался вам совершенно зря. Просто головокружение и не более того.

— Полагаю, я имею право интересоваться вашим здоровьем. Дженни сообщает мне все подробности. Может быть, вы хотите уехать из города?

Элинор на мгновение задумалась.

— В Сомерсет?

— Или в Греттингли, если вы предпочитаете это место.

Она пристально вглядывалась в лицо мужа, стараясь угадать, что скрывается за его невозмутимым выражением. Почему, ради всего святого, он решил, что она хочет поехать туда?

— Пожалуй, я бы выбрала Сомерсет. Вы поедете со мной?

— Разумеется, я провожу вас, но у меня еще есть дела в городе.

Было соблазнительно думать о том, что во время долгого, неторопливого путешествия на запад он окажется рядом; к тому же это наверняка позволит ему немного отдохнуть.

— Хорошо, я подожду, пока вы освободитесь. — Элинор была благодарна мужу за заботу. Он не собирался отделаться от нее. — Но если мы решим обосноваться там — подходящее ли это место для ребенка?

— Мне говорили, там прекрасная акушерка. Точнее мы все узнаем, когда вы познакомитесь с ней лично. Единственное мое желание — сделать поездку как можно приятнее для вас.

Элинор вежливо улыбнулась в ответ, и ее мысли устремились в другом направлении. Она решила, что предоставляется прекрасная возможность затронуть деликатный вопрос.

— Возможно, то, что я скажу сейчас, отвратительно, но, Николас, меня мучает неизвестность. Что будет со мной и ребенком, если что-то случится с вами?

Его брови удивленно поползли вверх.

— Вы боитесь опять оказаться без средств? — спросил он. — Ваши интересы, а также и интересы вашего ребенка будут оговорены в моем завещании. Это составит шесть тысяч фунтов в год. Кит назначается опекуном ребенка. Прошу прощения, дорогая, мне следовало раньше объяснить вам все это.

Элинор была просто потрясена тем, что Николас обдумал столь важный вопрос без напоминания с ее стороны.

— Тогда я могу больше не беспокоиться о моем будущем, — сказала она. — Вы обещали все уладить и доказали верность своему слову.

Он обнял ее за плечи.

— Я доказал верность вам, дорогая.

Элинор напряженно взглянула на него:

— Тогда почему вы избегаете меня? Я знаю, — продолжала она, собрав всю свою решимость, — вы не доверяете мне, потому что…

— Элинор! — Его руки сильнее сжали ее плечи.

Она подвинулась и положила голову ему на плечо. Его тепло, присущий только ему аромат окутали ее. Что он имел в виду? Она начала с эгоистичного поиска собственного комфорта, но теперь хотела того же для него.

Прошло несколько секунд, и Николас пошевелился.

— Элинор, вы можете потерпеть еще немножко?

— А вы, Николас, можете быть чуть добрее ко мне? — взмолилась она, не понимая, о чем идет речь, видя только его желание и чувствуя свое собственное.

Он, казалось, собрался использовать последний резерв.

— Да, конечно, могу. Почему бы нам, к примеру, не отправиться на прогулку?

И вот в ярком свете солнечного дня они поехали по улицам и потом вокруг Гайд-парка, который все еще был наполнен остатками сооружений от минувших торжеств.

Сейчас, пожалуй, лишь эти пустующие павильоны и столы под разноцветными навесами напоминали о недавних толпах зевак, фейерверках и шуме празднеств. Кругом было тихо и спокойно. Они встретили несколько знакомых, непринужденно поболтали о политике, о цветах и о погоде…

Смеясь над шалостями ребятишек и животных, любуясь чистыми линиями новых зданий, они избегали личных тем, но все же Николас сумел продемонстрировать свое искусство общения, свой шарм и сокровища своего ума, разложив все это перед ней как драгоценный подарок. О, золотые минуты, думала Элинор, поспешно пряча их глубоко в сердце.

Когда наконец Николас проводил ее домой, она на какой-то момент задержала на нем взгляд, соображая, есть ли способ показать, как много ей было дано узнать в этот раз. Она видела, что прогулка и у него оставила хорошее впечатление, и знала, что не заблуждалась на этот счет.

Однако все окончилось легким поцелуем в щеку. Не сказав ни слова, Элинор позволила ему уйти.

* * *

Николас заехал к лорду Мидлторпу и со стоном упал в кресло.

— Френсис, мне кажется, я схожу с ума.

— Я не удивлен. Что опять стряслось? — спросил Мидлторп, протягивая гостю бокал с бренди.

— Элинор… — Николас сделал глубокий глоток. — Ее терпение истощается. Я не могу винить ее, но молюсь, чтобы она продержалась еще несколько дней.

— Значит, конец близко?

— Все устроено, но Тереза не оставила навязчивую идею взять меня с собой. Это ужасно, но я не смею проявить слабость, иначе мы потеряем все…

Мидлторп подошел и положил руку на плечо друга.

— Ты очень сильно переживаешь из-за Элинор?

Николас вздохнул:

— Ну да… Прежде мне было незнакомо подобное чувство. Мне никогда не нравилась ни одна женщина. Я мог только мечтать о ней… Должно быть, это и есть любовь. Но Боже мой, в такое неподходящее время!

Хозяин дома не нашелся что сказать.

— Знаешь, — продолжал Николас, — я постоянно думаю о ней. Когда она дома, я с трудом могу находиться там. Желание быть рядом с ней переполняет меня. Иногда она отыскивает меня, и все, что я могу сделать, — это поскорее удрать…

— Ты не думал рассказать ей все?

Николас горько рассмеялся.

— Дорогая Элинор, — ядовито начал он, — прости, но мне необходимо удалиться, чтобы предаться страстной любви с женщиной, которую я терпеть не могу. Ты не возражаешь, ведь так, моя душечка? И все это, поверь, моя драгоценная, ради нашего отечества.

Слушая друга, лорд Мидлторп медленно заливался краской. Он избегал думать о том, что предстоит сделать Николасу, продолжая игру с француженкой.

— Возможно, знай Элинор, что ты ненавидишь Терезу, это было бы менее болезненно для нее?

Николас обхватил голову руками:

— Не могу, Френсис. Не могу…

Бронзовые часы на камине отсчитывали секунды. Затем тишину нарушил глухой голос Николаса:

38
{"b":"3465","o":1}
ЛитМир: бестселлеры месяца
Пена 1
Хватит ныть! Как полюбить спорт без насилия над собой
Боссов сын, или Я принимаю бой!
Продавец обуви. История компании Nike, рассказанная ее основателем
Запрет на вмешательство
Дочери Темперанс Хоббс
Парижское эхо
История очков, или Вооруженный взгляд
Не бывает плохой погоды. Как вырастить здоровых, выносливых и уверенных в себе детей: секреты скандинавской мамы (от фрилюфтслив до хюгге)