ЛитМир - Электронная Библиотека

Существовало еще, конечно, предложение мудрой Бланш, но он решится на это, лишь когда его совсем допечет.

Френсис в нерешительности посмотрел на огонь, затем захватил карманы на пояске, но, к сожалению, неудачно, потому что из них высыпалось несколько монет и выскользнула на пол маленькая визитная карточка. Ворча из-за задержки, мужчина опустился на колени и подобрал все. И застыл словно громом пораженный.

На карточке стояло имя Чарльза Фернклифа! Не веря своим глазам, он уставился на белый прямоугольник.

Что, к дьяволу, Серена делала с визитной карточкой Фернклифа? Он внимательно осмотрел карточку, словно надеялся найти какой-то ответ. Ад и дьявол! Это просто невозможно.

Несмотря на полный абсурд, у него закрались подозрения. Серена и Фернклиф? Он как раз разыскивал Фернклифа, когда встретил Серену, никто не смог бы запланировать подобную встречу заранее.

А вдруг то загадочное письмо от Фернклифа было задумано именно для того, чтобы Френсис оказался на дороге в Веймут?

Он снова рухнул в кресло и бездумно уставился на визитку. Не мог ли Фернклиф пуститься в свою безумную аферу, имея помощницу в лице Серены? Не мог ли он заманить Френсиса на дорогу, чтобы он встретил Серену, был соблазнен и в результате женился?

Никто в здравом уме не поверит в такой план. Но чему же тогда верить? Мужчина беспомощно крутил карточку в руках. Нужно немедленно отправиться к Серене и расспросить ее обо всем.

А если существует вполне безобидное объяснение? Тогда ни к чему и спрашивать.

А если нет?.. Впрочем, он не хотел бы знать правду. Чего он хотел, так это насладиться ее роскошным телом… Френсис долго сидел, уставившись на карточку, а потом швырнул ее в огонь и наблюдал, как она скрючилась и обуглилась. И тут он внезапно вспомнил мужчину, которого повстречал недалеко от дома во вторник. Высокий, краснощекий, с темными волосами. Чарльз Фернклиф. Он мог бы поклясться в этом. И ведь был почти у него в руках! Неужели Фернклиф возвращался после встречи со своей сообщницей? Со своей любовницей?

Нет, только не это. Но Френсис жаждал ответов на свои вопросы. Рука дернулась было к звонку, но это лишь возвратит сюда Крисхольма, который уже наверняка с чистой совестью отправился спать. Да ему вовсе и не нужен Крисхольм. Он спустился вниз и нашел там, как и ожидал, дворецкого, обходившего дом на ночь.

— Вам что-то понадобилось, милорд?

Дибберт умудрился намекнуть, что Френсис вел себя крайне странно и необычно, разгуливая по дому в пижаме.

— К нам кто-нибудь заходил во вторник?

— Нет, милорд. Конечно, леди Мидлторп — вдовствующая леди Мидлторп — прибыла во вторник вместе с челядью.

— И никто больше не заходил? И не оставлял визитной карточки?

— Нет, милорд. В городе еще не знали, что вы возвратились. Вчера и сегодня, конечно, совсем другое дело. Многие оставили свои визитки.

Френсису хотелось расспросить дворецкого о том, чем занималась Серена во вторник, но это значило бы дать пищу для сплетен.

— Спасибо, Дибберт. Спокойной ночи.

— Спокойной ночи, милорд.

Дворецкий продолжил обход дома, а Френсис возвратился к себе в комнату.

Бренди нашла перчатки Серены в саду. Фернклиф встретился ему идущим со стороны сада. Значит, именно здесь и повстречались Фернклиф и Серена самым бесстыдным образом. Что, к дьяволу, происходит?

Он постарался припомнить все до мелочей. Чувствовала ли Серена себя неловко или виноватой? Как теперь это скажешь? Френсиса самого просто уничтожило чувство вины из-за того, как он по-хамски воспользовался ее телом, а затем его добили жуткие украшения. И встретившись с ней, он только и думал, как подарить ей щенка, загладив хоть чем-то свою вину.

Серена наслаждалась обществом щенка, и во всем ее поведении не чувствовалось ни вины, ни неловкости.

Ему претит считать ее любовницей Фернклифа, но что же они делали вместе?

Френсис поднялся с кресла. Он не собирался сразу же предполагать худшее, но теперь ему больше чем когда-либо требовалось поговорить с Чарльзом Ферн-клифом. Этот мужчина — в центре всей этой мучительной путаницы. Френсису даже захотелось немедленно отправиться в комнаты Симмонса и вытряхнуть правду из старого разбойника.

И плевать он хотел, будет у Симмонса от этого несварение желудка или апоплексический удар.

В дверь тихонько постучали, и в комнату робко вошла Серена.

— Я… я подумала, может быть, ты хотел, чтобы я пришла сюда…

Она надела новую ночную рубашку из прозрачного шелка с очень глубоким вырезом. Ее щедрая рыжая копна волос беспорядочными прядями падала на плечи.

— Почему бы и нет? — сказал он.

К чертям нелепые подозрения! В первую очередь Серена — его жена, и он имел полное право наслаждаться ею. Когда все это колдовское очарование так близко и доступно, какой уж тут контроль?

И все же он умудрился еще раз напомнить себе: веди себя, как положено джентльмену.

Серена нерешительно застыла у дверей, как будто в любую минуту готовая к бегству. Френсис подошел к ней, поднял на руки и донес до постели. Уложив ее на хрустящую белую простыню, он внимательно вгляделся в нее, ища хоть каких-то признаков неудовольствия или неискренности, но ничего не обнаружил.

Возможно, она почувствовала что-то странное в его поведении или же заметила в его взгляде, но положила ему руки на плечи и посмотрела прямо в глаза.

— Френсис, я жажду, чтобы мы с тобой воссоединились. Иди же ко мне.

Он не стал терять ни секунды, но, слава Богу, умудрился не порвать очаровательную рубашку. Вырез легко оттянулся, так что ему мгновенно открылась восхитительная грудь, а подол легко задрался вверх. Он даже не почувствовал, когда она стянула с него халат, лишь понял, что обнажен.

Френсис старался быть сдержанным, но все произошло, как и в прошлый раз. Серена вобрала его в себя и подарила облегчение, так что он взорвался неистовым удовлетворением и не смог вспомнить никаких подробностей.

Высвобождение было просто ошеломительной силы, но сразу же вслед за ним пришло недовольство собой.

Дьявольские козни, он опять не сумел продлить очарование любовной игры! Френсис отпрянул от нее, готовый извиниться, но Серена прямо-таки сияла от счастья.

Она приподнялась и нежно поцеловала его в губы.

— Ты никогда, слышишь, никогда не должен думать, что неприятен мне, Френсис. Дарить тебе себя — величайшее счастье, какое я когда-либо знала.

Ему не оставалось ничего другого, как поверить ей. Френсис нежно обнял ее и мысленно вознес благодарственную молитву, закончив ее словами: «Пожалуйста, Господи, не допусти, чтобы между мной и этой женщиной возникла хоть какая-то преграда».

И он решительно выбросил все подозрения насчет Чарльза Фернклифа из головы.

* * *

Серена и Френсис крепко спали, но посреди ночи она проснулась оттого, что его руки восторженно ласкали ее. Это было просто зеркальным отражением их первой безумной ночи, с той лишь разницей, что она прекрасно все понимала и с восторгом отзывалась на его ласки. И, думая об этом, она накрыла его собой и довела до неистовства, как в первый раз, только сегодня он был счастлив принять ее дар.

Женщина даже почувствовала непривычную благодарность к Мэтью Ривертону за то, что он обучил ее всем этим тонкостям. Всякий раз, когда Френсис изливался в нее, Серена ощущала радостный триумф. Она будет любить его снова и снова, если поймет, что он в состоянии выдержать это.

После столь бурного проявления чувств они мгновенно уснули, но Серена снова проснулась от его ласк, на сей раз при дневном свете. Френсис потянулся к ее соскам.

— Пора доставить удовольствие и тебе, моя сирена…

Однако Серена услышала, как часы пробили де сять, и отвела его энергичную руку.

— Святые небеса, Френсис, я же обещала помочь Бет.

Он перевернулся, чтобы схватить ее за руки.

— У Бет столько бездельников-слуг, что она и сама потеряла им счет. А у меня только одна жена…

62
{"b":"3469","o":1}