ЛитМир - Электронная Библиотека

— Подождите здесь, сэр, а я постараюсь найти сэра Дигби.

— У вас так много гостей, что вы их теряете?

Ну и ну! Джеймс вышел из гостиной, сдерживая злорадную ухмылку. Этим святошам из Новой Республики не положено гневаться, однако нашелся-таки добрый человек, который сумел разозлить одного из них. И все же, поднимаясь на второй этаж в поисках сэра Дигби, лакей ощутил смутное беспокойство. А если это не гнев, а тревога? Может, в Венскоуте что-то стряслось? Из господ там осталась одна леди Овертон, а этой бедняжке никто не желал новых бед.

Джеймс нашел сэра Дигби в игорной комнате, за карточным столом. Старик был явно навеселе и хохотал в компании старых приятелей. Нагнувшись к его уху, лакей сообщил о госте.

— О Господи! Что же делать? — спросил сэр Дигби, обращаясь скорее к самому себе, и с трудом поднялся из-за стола.

Пьяно пошатываясь, он прошагал к двери, обеспокоенный не меньше Джеймса. Пока он спускался по лестнице, лакей все время был начеку, намереваясь удержать от падения тучного джентльмена, если тот вдруг оступится.

Все знали, что сэр Дигби стоит между Уэнслидейлом и Новой Республикой, и желали ему долгих лет жизни.

Благополучно проводив сэра Дигби в маленькую гостиную, Джеймс облегченно вздохнул и затворил дверь.

— Что-то случилось?

. Джеймс обернулся и, увидев на лестнице графиню, приосанился. По правде сказать, хорошенькая графиня в роскошных шелках частенько являлась ему в пикантных грезах, но он редко имел возможность поговорить с ней лично.

— Не знаю, миледи. Мистер Овертон приехал верхом из Венскоута, он хочет о чем-то срочно поговорить с сэром Дигби.

Брови его госпожи сошлись у переносицы. Она зашагала вперед, цокая высокими каблучками по кафельному полу. Джеймс поспешно распахнул дверь, и она вошла в гостиную. Тут ему, к сожалению, пришлось затворить дверь.

— Леди Аррадейл! — возмущенно воскликнул Эдвард Овертон. — Это личный разговор.

Диана оглядела его, стараясь скрыть свое неудовольствие.

— Прошу прощения, если помешала, мистер Овертон, но я волнуюсь, не случилось ли чего с моей дорогой кузиной… Сэр Дигби? В чем дело?

Сэр Дигби сидел в кресле, широко расставив ноги и упершись руками в колени. Вид у него был растерянный.

— В чем дело? Не знаю! Мой племянник только что сообщил, что Рози в порыве безумной ярости выставила его из дома.

Диана обернулась к молодому человеку:

— Как странно! Может, вы чем-то ее оскорбили, мистер Овертон?

Эдвард резко встал.

— Несомненно, она восприняла мои слова как оскорбление. Я увидел, как она украдкой вошла в дом после наступления темноты, и посоветовал ей вести себя разумнее.

— Вы сказали что-нибудь дерзкое?

— Я мужчина, а она женщина. Кроме того, я теперь проповедник в Новой Республике. Мои проповеди в Ланкашире имели большой успех. Наставлять грешников на путь истинный — мой долг.

— Грешников вашей паствы.

— Для новых республиканцев паства — все человечество.

Брови Дианы гневно взметнулись кверху.

— Вы хотите сказать, что вправе давать советы даже мне, мистер Овертон?

Он окинул ее надменным взглядом.

— Как я уже сказал, это мой долг. Однако в отношении вас я питаю мало надежд на успех.

— Если вы попытаетесь читать свои проповеди мне, сэр, то тоже очень скоро окажетесь за дверью и снова лишитесь ночлега.

— Я не собираюсь здесь оставаться, — произнес он с таким брезгливым видом, как будто ему предлагали переночевать в свинарнике. — Надеюсь, мой дядя вернется вместе со мной в Венскоут и проучит свою жену.

— А я никуда его не отпущу. Сэру Дигби вредны такие нагрузки.

— Дядя? — Эдвард Овертон обернулся к сэру Дигби, требуя от него подчинения.

Старик покачал головой:

— Все это очень неприятно, но, по правде сказать, племянник, у меня сейчас нет желания ехать в Венскоут. Я только-только собрался лечь спать.

— Вы были бы легче на подъем, дядя, если бы не пили так много.

Диана надеялась, что сэр Дигби пропустит эту реплику мимо ушей, но он виновато потупил глаза.

— Ты прав, Эдвард. Рози тоже рассердится, если увидит, как много я съел и выпил. Пора мне браться за ум, тем более что…

— Тем более что от бренди вам становится плохо, сэр Дигби, — поспешно вставила Диана. Сейчас не время говорить Эдварду Овертону про беременность Розы.

— Не столько от бренди, сколько от пудингов, моя дорогая, — уточнил он, разглаживая натянувшийся на животе жилет. — Я решил исправиться.

— Рад это слышать, дядя, — встрял Эдвард.

— Но поскольку у Рози все в порядке, — сэр Дигби тяжело поднялся с кресла, — я не намерен трястись с набитым брюхом по темной дороге. Утром приеду и все улажу. К тому же я обещал лорду Бренду Маллорену, что возьму его с собой: он хочет посмотреть лошадей Рози. Я не могу обманывать его.

— Вам тоже надо остаться здесь на ночь, мистер Овертон, — заключила Диана, пресекая дальнейшие возражения. — Мы подберем вам очень скромную комнату, чтобы не оскорбить ваши убеждения. Уже за полночь, моя кузина наверняка в постели.

— Ладно, — сухо согласился он, — раз мой дядя плохо себя чувствует…

— Как вы сострадательны! — Она проводила его к двери. — И как хорошо, что у вас уже зажило колено.

Он слегка покраснел.

— По правде сказать, оно еще побаливает, но я вынужден был проделать этот путь.

— Какой мужественный поступок! Завтра вы сможете вернуться в Венскоут в карете, что значительно облегчит ваши страдания.

Диана тотчас распорядилась насчет комнаты, велев слугам наверху потесниться и освободить для Эдварда одну из своих спален. Лакея, который стоял тут жб, угодливо ожидая указаний, она отправила проследить за тем, чтобы сэр Дигби благополучно добрался до кровати.

На самом деле она не на шутку встревожилась. Почему Роза вдруг накинулась на Эдварда? Может, это связано с Маллоренами? Но каким образом? И почему она возвращалась в дом ночью, тайком? Внезапно ее осенило: Роза приезжала сюда! Диана быстро расспросила конюхов и подтвердила свою догадку.

Ох, Роза, Роза! Чем скорее Бренд Маллорен отсюда уедет, тем лучше. Если бы можно было как-то помешать его завтрашней поездке в Венскоут! Он не задавал вопросов насчет вдовьего дома, и это беспокоило Диану, но в душе ее теплилась слабая надежда, что он не уверен в своих подозрениях. Если так и если Роза сумеет не попадаться ему на глаза, у них еще есть шанс спастись.

* * *

Бренд наконец-то улизнул с бала. Впрочем, местные гости уже вовсю стекались к своим каретам, озаренным светом фонарей, чтобы при полной луне ехать домой. Однако, уединившись в своей комнате, Бренд обнаружил, что не хочет спать. Поборов желание смотреть на луну и страдать, он принялся изучать скучный справочник, ругая себя всякий раз, когда его мысли перескакивали с одного на другое… и на загадочную даму.

Ему хотелось бы дочитать до конца «Животноводческие программы», но он до сих пор не осмеливался купить себе эту книгу, ибо она вызывала в нем слишком опасные ассоциации.

Бренд улегся в постель, но и тут ему не спалось. Может, одеться, пройти парком и тайком забраться во вдовий дом? Но зачем? Он и так знает, что именно там они с таинственной незнакомкой встретились, так что же еще выяснять? Стены не скажут, кто его дама. От них не добьешься ответа, действительно ли она любила его. Смешно!,Несмотря ни на что, он слепой пленник в Газе, который считает, что Дали-ла его не предавала, пусть даже она ему поднесла отравленную чашу любви.

На рассвете Бренд оставил все попытки заснуть и пошел бродить по туманному саду, слушая пение первых птиц и все же держась подальше от манящего к себе вдовьего дома. Потом он позавтракал, тщательно скрывая свое состояние, и попрощался с хозяйкой и братом. Впрочем, Бренд и не собирался обманывать Бея, который был дьявольски проницателен.

Перед самым отъездом Бренда тот приглушенно произнес:

— Когда приедешь в Венскоут, не забудь приглядываться и прислушиваться.

59
{"b":"3471","o":1}