ЛитМир - Электронная Библиотека

– Он бежит к этому холму! – закричал Одо. – Сюда! Мы перережем ему путь!

Он повернул коня, Мадлен последовала за ним, тогда как остальные всадники продолжали скакать за собаками. Молодые люди углубились в лес, направляясь к обратной стороне холма. Путь им преградила глубокая быстрая речка. Они остановились. Густорастущие деревья спускались к самой воде. Вдоль берега проехать было невозможно.

– Думаешь, нам удастся перейти вброд? – спросила Мадлен, прислушиваясь к удалявшимся звукам охоты.

– Нет, конечно.

Одо как-то странно на нее смотрел. Мадлен беспокойно поежилась. Должно быть, так действовал на нее холодный сумрак, царивший здесь.

– Тогда поехали. – Она повернула лошадь. – Давай снова обогнем холм и догоним остальных.

Одо остановил ее.

– Подожди минутку. Мастери захромал. – Он спрыгнул с коня и поднял одно копыто для проверки. – Мэд, ты можешь спуститься и подержать его? – позвал Одо, борясь с упирающейся лошадью. – Мне кажется, он наткнулся на колючку, но я не могу ее извлечь.

Мадлен со вздохом спустилась с седла и пришла на помощь. Она взяла Мастери под уздцы, и лошадь немедленно успокоилась. Через секунду девушка поняла, что это из-за того, что Одо перестал беспокоить животное. Он обошел вокруг лошади и грубо схватил ее.

Крик ее был задушен его влажными губами и смрадным дыханием. Девушка извивалась и брыкалась, но безуспешно. От страха у нее закружилась голова, а ее пальцы только царапали ткань его плаща. Его губы отпустили ее, и она судорожно вздохнула, чтобы закричать, но он толкнул ее на землю, навалившись сверху, так что лишь слабый писк вырвался из ее горла, и страшная боль пронзила ее позвоночник, бедра и плечи. Невероятно, но он ухмылялся.

– Мэд, ты ведь сохла по мне, когда была девчонкой. – Одной рукой он задрал ей юбку. – Бьюсь об заклад, ты часто мечтала обо мне в своей холодной келье. Я осуществлю твои мечты.

Она попыталась вырваться.

Его ухмылка стала шире. Мадлен задохнулась от ярости. В неистовстве она извивалась и пиналась, но его массивное тело, словно бревно, лежало поверх нее. Его плечо давило ей налицо, не давая дышать. Что уж тут говорить о крике! Паника охватила ее. Если Одо обесчестит ее, по закону ему грозит кастрация. Но здесь закон устанавливает его отец. Альтернативой послужило бы поспешное венчание. Если это свершится, будет ли вмешиваться король?

– Пресвятая дева, помоги мне…

– Не смей призывать святых, – злобно прорычал он, пытаясь управиться одновременно и с ее, и со своей одеждой, не давая ей возможности пошевелиться или закричать. – Пришло время тебе научиться своим… обязанностям… не дергайся, черт тебя побери! Пора узнать, для чего предназначены… женщины.

Он случайно выпустил ее ладонь. Мадлен выхватила свой маленький нож и вонзила его в руку Одо.

– Ах ты, маленькая сучка! – Он приподнял ее и с силой снова швырнул на землю.

Нож выпал из ее руки. Он опять был сверху, и теперь ее юбка оказалась задранной еще выше. Он навалился на нее, ей с трудом давался каждый вдох.

– Во имя Грааля, тебя нужно проучить, Мэд! – воскликнул он с багровым от натуги лицом. – Когда мы обвенчаемся…

Хоть Мадлен и находилась в полубессознательном состоянии, при этих словах ее охватил такой ужас, что она ощутила прилив сил, вывернулась и пронзительно закричала. Он принялся колотить ее, чертыхаясь. Но вдруг остановился. Всем своим весом его ставшее вдруг неподвижным тело обрушилось на нее, затем откатилось в сторону. Всхлипывая и тяжело дыша, Мадлен подняла голову и увидела крестьянина, искоса глядевшего на ее распростертое тело. Это был коренастый седой человек, с бородой и усами, что выдавало в нем англичанина. Бормоча молитвы Богоматери и святым угодникам, девушка с трудом поднялась на ноги, прихватив свое жалкое маленькое оружие, и, прихрамывая, отступила назад, к раскидистому дубу.

– Уходи! – чуть слышно сказала она по-французски.

Потом неловко произнесла по-английски:

– Уходи!

– Не бойся.

Мадлен обернулась на новый голос и, взглянув вниз, увидела возле тела Одо еще одного человека. В покрытой грязью одежде он почти сливался с усыпанной листьями землей. Даже его голова была обернута грязной тряпкой, прикрывавшей ему лицо.

Он поднялся и пнул Одо обутой в сандалию ногой.

– Он еще дышит, – сказал он на скверном французском. – Хочешь, чтобы перестал?

Мадлен узнала его. Затем усомнилась. Но, увидев зеленые глаза, полностью уверилась. Вскрикнув, она бросилась к нему на грудь. Он обнял ее, дрожавшую, старавшуюся сдержать рыдания. Он был таким сильным, теплым и надежным! Его рука нежно поглаживала ее по затылку. Затем он слегка оттолкнул ее.

– Убить его ради тебя? – Он вытащил длинный, угрожающего вида нож.

Второй человек что-то резко сказал. Видимо, хотел, чтобы они покинули открытую местность, что было неудивительно. Они были англичанами и напали на нормандца.

– Нет, – быстро сказала она.

Она хотела только, чтобы они были в безопасности.

– Уходите, пожалуйста.

Он пожал плечами и убрал нож.

– Тебе тоже надо уйти отсюда.

Она покачала головой:

– Со мной все будет в порядке. Просто он застал меня врасплох. Уходите. Мой дядя охотится здесь. Он убьет вас. Или того хуже.

Он не стал настаивать, обнял ее, и веселье мелькнуло в его глазах.

– Я предупреждал тебя, что не стоит бродить по окрестностям без сопровождения.

– Он сопровождал меня, – сказала Мадлен с отвращением.

– Волка послали сторожить овцу. – Он привлек ее к себе.

Мадлен успокоилась, но смотрела на него с недовольством.

Почему он не убегает?

– Ты сказал, что больше сюда не вернешься. Это опасно.

Он нежно провел пальцем по ее губам и нахмурился:

– Они у тебя распухли. Я должен убить его. – Он обернулся: – У меня здесь дела. Ты обещала не выдавать меня.

– Я и не выдала.

– Знаю. Стереть его след с твоих губ?

Мадлен вздохнула.

– Да, пожалуйста, – вздохнула Мадлен.

Он приподнял ее подбородок и склонился над ней. Его друг что-то сказал. Затем и Мадлен услышала стук копыт.

– Ради всего святого, уходи! – настойчиво прошептала она по-французски и оттолкнула его.

Он все еще колебался.

– Ты уверена, что тебе ничего не грозит?

– Да! Уходи!

Они растворились в лесу, и Мадлен осталась наедине со своим лежащим без сознания кузеном. У девушки подкосились ноги, и она рухнула на землю. Одо пытался ее изнасиловать, но если она обвинит его, это приведет лишь к поспешному бракосочетанию. Она задрожала. Но ее радость была сильнее боли и шока. Ее изгнанник, ее лесной бродяга вернулся, и он спас ее и был так же прекрасен, как и в ее мечтах!

– Мадлен! Одо!

Голос дяди прервал ее размышления. Она закричала, чтобы привлечь его внимание, затем подползла к кузену. Она не хотела, чтобы он умер, ведь тогда нормандцы бросились бы на поиски его убийц. Пока счастью, это ему не грозило. Он уже начал шевелиться и застонал.

Ворвавшиеся на полянку Поль де Пуисси, четверо его людей и трое рыскающих собак застали ее врасплох, как раз когда она старалась придумать, каким образом объяснить то, что с ними случилось.

– Одо!

Поль мгновенно соскочил с коня и склонился над сыном.

– Кто это сделал? – спросил он у Мадлен.

Слепящая ярость окрасила его одутловатые щеки в багровый цвет.

– Это не я, – поспешно сказала она. – На нас напали. Банда мародеров. Их было много… Датчане скорее всего…

Дядя рявкнул, оборвав ее бормотание и обернувшись к своим людям:

– Найдите этих подлых псов! Возьмите их живыми!

Спустя мгновение группа гикающих мужчин и их собак скрылась в лесу, выслеживая новую добычу. Мадлен была в ужасе. Она такого не предполагала. Но, утешала она себя, ее нарушителю закона лес был родным домом, и ему не составит большого труда уйти от столь неуклюжей погони.

Глава 3

Эмери и Гирт быстро бежали через лес. Темная серовато-коричневая одежда позволяла им затеряться среди пышной растительности. Они направились к раскидистым дубам и, вскарабкавшись на них, стали перебираться с дерева на дерево. Остановившись лишь на склоне холма у реки, они наблюдали, как их преследователи бесцельно кружили в отдалении. Эмери пытался отдышаться. Гирт катался по земле от смеха.

13
{"b":"3472","o":1}