ЛитМир - Электронная Библиотека

– Уходи, Госпатрик. Эту битву выиграл я.

Мадлен приникла к земле, не зная, пришло избавление или просто волки грызутся из-за добычи. Эмери также выжидал.

– Разве вы не с нами? – спросил Госпатрик.

Гервард тоже был вооружен топором. Он лениво взмахнул им.

– Я близко к сердцу принимаю твои интересы, Нортумбрия. Вильгельм простит тебя, если ты достаточно ловко и мило поговоришь с ним. Но это вряд ли тебе удастся, если ты убьешь его королеву.

Пока предводители разговаривали, сражение прекратилось. Тишину прерывали только стоны раненых.

– А что, если она родила сына?

– Тебя это больше не касается. Мое войско превышает по численности твоих людей. Аллан де Феррер уже подходит сюда, и, возможно, отправляется помощь из Йорка, вызванная дозорным отрядом. Уходи. Вероятно, настанет день, когда мы вместе будем сражаться, чтобы выдворить отсюда нормандцев, но не сегодня.

Сила влияния Герварда боролась в душе Госпатрика с его собственными побуждениями. Наконец он выругался, рявкнул распоряжение своим людям и ушел.

Мадлен облегченно вздохнула, но заметила, что Эмери остается настороже.

– Не хочешь поблагодарить, племянник? – небрежно спросил Гервард.

– В свое время, – ответил Эмери, держа меч наизготове.

Гервард рассмеялся:

– Мне хотелось бы думать, что это моя выучка, но нет, это все твой проклятый отец. Подкрепление уже и правда в пути.

– Хорошо. Тогда ты, без сомнения, можешь покинуть нас.

Теперь, когда Госпатрик ушел вместе со своими нортумбрийскими мятежниками, Мадлен увидела, что многочисленные воины Герварда окружили усталых, измотанных нормандцев. Боже, неужели все начнется сначала? Чего хочет Гервард?

– Как поживает герцогиня Нормандская?

– С королевой все в порядке.

– Она родила ребенка?

– Я был слишком занят, чтобы справляться об этом.

– Мне было бы интересно узнать. Мадлен вышла из своего укрытия.

– Королева разрешилась сыном, и Лусия сказала, что собственноручно охолостит вас вашим же ножом, если вы причините королеве вред.

Гервард расхохотался:

– Значит, моя сестра здесь? Помоги мне, Один! – Он посерьезнел. – Какая жалость, что это мальчик, потому что мне придется забрать его.

Мадлен выступила вперед, держа в руке нож.

– Вы не можете отобрать новорожденного у его матери!

– У меня наготове кормилица. Он не пострадает, но и не будет принцем.

Эмери громко заговорил:

– Ты слабо веришь в собственное пророчество.

– Кто знает, каким образом оно осуществится?

– В таком случае оно сбудется благодаря мне, – сказал Эмери.

Он снял кольцо и швырнул его в огонь, затем встал между Гервардом и хижиной. Так они и стояли лицом друг к другу, а кольцо сверкало в пламени, пробегавшем по тлеющим углям.

– И мне.

Рядом с сыном появилась Лусия, держа обеими руками меч Фалька. Было ясно, что ей вряд ли удастся поднять его, но ее вмешательство не выглядело нелепым или смешным.

Мадлен шагнула вперед и встала с другой стороны от Эмери.

– И мне.

Гервард некоторое время рассматривал их.

– Значит, так? Это и есть будущее, в котором англичане, нормандцы и англонормандцы будут вместе?

Никто не ответил.

– Так тому и быть.

Гервард подал знак. Гирт вышел вперед и взял у него топор. Мадлен перевела дух, в первый раз за этот день поверив, что у них есть будущее.

Но у нее в глазах потемнело, когда Гервард вытащил из-за пояса нож с круглым янтарным набалдашником на рукоятке.

– Я взял это у женщины, которая пыталась вертеть нашими обычаями ради своей выгоды и навязать мне в родственники нормандского ублюдка. Больше она вас не побеспокоит.

Эмери воткнул меч острием в землю и оперся руками о рукоять.

– Ты ее убил?

– Это мое право. Позаботьтесь о моей дочери.

– Ты признаешь Фриду?

– Она ребенок лорда, следовательно, моя. Когда я снова верну свои владения, я признаю ее по всем правилам.

– Ты слепец, Гервард, – раздраженно сказала Лусия. – Эта страна завоевана и покорена навсегда.

Гервард сделал движение, как бы охватывая рукой гораздо больше, чем убогую окружающую местность.

– Взгляни вокруг, Лусия, но не просто глазами. У тебя здешняя кровь. Землю нельзя завоевать. Она просто ждет тех, кто ее заслуживает.

Он ловко наклонился вперед и острием ножа выхватил раскаленное кольцо из костра. Пройдя вперед, он встал перед Эмери, держа кольцо между ними.

– В один далекий день я дал тебе женщину, метку на руке и кольцо. Теперь ты отрекаешься от меня?

– Я должен.

– Тогда ты лишаешься всего, что я дал.

С быстротой молнии он приложил кольцо к руке Эмери и прижал его ножом. К тому моменту, как Эмери удалось сбросить кольцо и поднять меч, Гервард отошел к своим и снова взял топор.

– Вырази Матильде мое почтение, – крикнул он, – но скажи ей: сколько бы она ни рожала, ни один из сыновей ее сыновей не будет управлять Англией!

Туман поглотил Герварда и его людей как по волшебству.

Эмери с силой втянул в себя воздух, и Мадлен повернулась посмотреть на его руку. Воспаленная кожа вздулась вокруг выжженного круга посреди отметины. Эмери сжимал больное место рукой, но страдание на его лице было вызвано больше тем, что часть его жизни безвозвратно ушла, чем болью от ожога. У Мадлен не было с собой гусиного жира, поэтому она намочила в воде кусок ткани и перевязала ему рану.

– Ты сможешь сражаться левой рукой? – спросила она.

– До некоторой степени.

– Я бы на твоем месте попрактиковалась, – язвительно сказала она, – потому что, если так будет продолжаться, однажды ты совсем не сможешь пользоваться правой рукой.

Он засмеялся и крепко обнял ее.

– Мы остались в живых! Я сильно в этом сомневался.

– Я ужасно испугалась, но, – сказала она, – я верила в тебя!

Он прижал ее к себе еще крепче.

– Я просто молился. И если тебя интересует, Богу на кресте.

Тут они услышали стук копыт. Мадлен вглядывалась в туман.

– Прошу тебя, Богородица, только не снова…

– Думаю, вернее сказать, надеюсь, что это подкрепление из Йорка.

Так и оказалось. Вильгельм скакал впереди. Его быстрый взгляд мгновенно охватил всю сцену.

– Королева? – спросил он.

– В безопасности и полном порядке, – сказала Мадлен. – Она разрешилась сыном.

Вильгельм усмехнулся:

– Хорошие новости! Принц! Но кто напал на вас здесь?

– Госпатрик, – сказал Эмери. – По ошибке. Он ушел, как только Гервард объяснил ему это.

Мадлен едва успела сдержать себя и не выказать удивления при такой версии, но она понимала, что у Эмери есть на то причины.

– Гервард был здесь? Как давно?

Вильгельм уже поглядывал вокруг, собираясь организовать охоту.

– Недавно, сир. Он обеспечивал безопасность королевы.

Вильгельм хмуро посмотрел на своего крестника.

– Ты слишком любишь его. Что случилось с твоей рукой?

– Ожог.

– Ты больше не носишь его кольцо?

– Нет, сир.

Вильгельм удовлетворенно кивнул.

– Пусть Гервард уходит. Придет день, когда мы встретимся и победа будет за мной. А теперь лучше я повидаю Матильду и сына. – Король бросился в хижину.

– Почему? – только и спросила Мадлен.

Эмери вздохнул.

– Стоило рассказать об истинных намерениях Госпатрика, и Вильгельм охотился бы на него до самой смерти, превращая Нортумбрию в кровавую пустыню. Думаю, не пройдет и месяца, как граф Нортумбрийский упадет на колени, умоляя простить его, и этим все кончится.

– Эдвин тоже?

– Конечно, в особенности если Вильгельм отдаст ему Агату. В этом случае Гервард останется без поддержки и тоже вынужден будет просить о прощении. Тогда, может быть, в Англии установится мир.

Мадлен в сомнении покачала головой:

– Ты такой же безумец, как твой дядя.

– Совершенно верно!

Появился граф Гай в доспехах, одной рукой он крепко обхватил Л усию.

– Такой же сумасшедший, как Гервард, но все же превосходный человек. – Он схватил сына за руку. – Ты сегодня отлично потрудился, Эмери! Но должен тебя предупредить, что кузен леди Мадлен, Одо, утверждает, что ты английский преступник, Золотой Олень.

76
{"b":"3472","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
За пять минут до
BIANCA
Дело Варнавинского маньяка
Селфи на фоне дракона. Ученица чародея
Жуткий король
Вдали от дома
Шантарам