ЛитМир - Электронная Библиотека

– Да, много крови, пролитой здесь у Лебяжьего озера. Необходимо бежать и предупредить всех, кто живет поблизости.

– Этого не стоит делать, Тина, – ответил доктор Круз.

– Почему? – удивилась Тина.

– Если все, что ты говорила здесь, реально и не является галлюцинацией, то остановить убийцу уже невозможно.

– Невозможно? – ужаснулась Тина.

– Да, невозможно, – ответил Круз. – Он уничтожит сначала всех обитателей, живущих в окрестностях озера, а затем вместе со своими товарищами, такими же убийцами, как и он сам уничтожит все человечество.

– Человечество? – поразилась Тина.

– Да, человечество, – отвечал доктор Круз. – С помощью магии и такого, как у тебя, Тина, дара, из-под земли, воды и огня восстанут тысячи и тысячи убийц, подобных Баркулабу фон Гарту. Они неуязвимы и будут сеять смерть, смерть и еще раз смерть по всей земле.

– Вы – сумасшедший, – тихо сказала Тина.

– Возможно. Но мы должны довести до конца наш эксперимент, – ответил доктор Круз и вышел из комнаты.

ДНЕВНИКИ ДОКТОРА КРУЗА

Первое серьезное изучение смерти было предпринято доктором Крузом после мистического переживания во время совершенного им в юности бессознательного убийства своего товарища, Джона Смитли. Мистическое переживание во время падения с высоты Джона Смитли пробудило в докторе Крузе интерес к субъективному опыту, связанному с жизненно опасными ситуациями и с умиранием. Не отдавая себе отчета в этой подсознательной силе притяжения, доктор Круз посвятил свои занятия изучению и наблюдению свидетельств людей, переживших серьезные несчастные случаи: раненых солдат, каменщиков и кровельщиков, срывавшихся с большой высоты, а также людей, попадавших в стихийные бедствия в горах, железнодорожные катастрофы, тонувших рыбаков.

Впервые доктор Круз сделал заключение о том, что субъективный опыт близости смерти удивительно сходен в 95 % случаев, независимо от сопутствующих обстоятельств. Умственная деятельность сначала резко ускоряется и обостряется. Восприятие событий и предвидение исхода обычно бывают вполне отчетливыми. Время необыкновенно растягиваегся, а люди действуют с быстротой молнии и в полном соответствии с реальными обстоятельствами. Как правило, за этой стадией следует внезапный обзор жизни.

По Крузу, происшествия, при которых человек внезапно оказывается перед лицом смерти, гораздо более ужасающи и жестоки для свидетелей, чем для жертвы. Во многих случаях зрители были глубоко потрясены и переживали длительную моральную травму.

Для детализации опыта умирающих пациентов доктор Круз с коллегами проанализировал более шестисот вопросников, возвращенных врачами и медицинскими сестрами. Из 10 % больных, находящихся в сознании за час до смерти, большинство имело разнообразные сложные видения. Некоторые образы более или менее соответствовали традиционным религиозным представлениям о рае, аде, Вечном городе, в других видениях присутствовали мирские образы непередаваемой красоты: замечательные ландшафты с экзотическими птицами, идиллисеские сады. Реже встречались устрашающие видения дьяволов и ада и ощущения погребения заживо. Достойно примечания сходство этих предсмертных опытов с образами эсхатологической мифологии и с психоделическими явлениями, вызываемыми ЛСД и мескалином.

Доктор Круз исследовал большое количество сообщений лиц, оказывавшихся перед лицом смерти, в том числе и тех, кто падал с высоты. Он выделил повторяющиеся в этих опытах элементы и дал определение трем последовательным стадиям умирания.

Первая фаза, названная им «сопротивление», характеризовалась сознанием опасности, страхом смерти и, наконец, смирением перед смертью. Далее следовал обзор жизни, когда перед человеком проносились воспоминания о важнейших моментах жизни или возникала панорамная картина всего его жизненного пути. Последняя стадия – трансценденция – связывалась с мистическими, религиозными и космическими состояниями сознания.

Анализ опытов смерти, проведенный доктором Крузом, можно проиллюстрировать сообщением молодой женщины, описывающей свое состояние во время автомобильной катастрофы. У ее автомобиля отказали тормоза на большом шоссе. Неуправляемая машина в течение нескольких секунд скользила по мокрой мостовой, ударяясь о другие машины, и в конце концов врезалась в грузовик.

«За те несколько секунд, – были записаны слова женщины в дневнике доктора Круза, – пока мой автомобиль находился в движении, я испытала ощущения, которые, казалось, длились века. Необычайный ужас и всепоглощающий страх за свою жизнь быстро сменились ясным сознанием того, что я умру. Как это ни странно, одновременно пришло такое глубокое ощущение покоя и мира, какого я никогда раньше не испытывала. Казалось, я перемещалась с периферии своего существа – тела, заключавшего меня, – в самый центр моего Я, места невозмутимого спокойствия и отдохновения. Мантра влилась в мое сознание с мягкостью, никогда мной не испытываемой во время медитаций. Время как бы исчезло, я наблюдала свою собственную жизнь: она проходила передо мной как фильм, очень быстро, но поразительно подробно. Достигнув границы смерти, я как бы оказалась перед прозрачным занавесом. Движущая сила опыта влекла меня сквозь занавес – я была все еще абсолютно спокойна, – и вдруг я осознала, что это не конец, а, скорее, переход. Все части моего существа, чем бы я в тот момент ни была, не ощущали близости смерти. Я чувствовала, что сила, направлявшая меня к смерти, а потом за ее пределы, будет вечно вести меня в бесконечную даль.

Как раз в этот момент мой автомобиль врезался в грузовик. Когда он остановился, я огляделась вокруг и поняла, что каким-то чудом осталась жива. Потом произошло нечто поразительное: сидя в груде покореженного металла, я почувствовала, что границы моей личности исчезают, и я начинаю сливаться со всем окружающим – с полицейскими, обломками машины, рабочими с ломами, пытающимися меня высвободить, цветами на соседней клумбе, медиками, телерепортерами. Каким-то образом я видела и чувствовала свои раны, но казалось, что они не имеют ко мне отношения – они были лишь частью быстро расширяющейся системы, включавшей в себя гораздо больше, чем мое тело. Солнечный свет был необыкновенно ярким и золотым, казалось, что и весь мир сияет прекрасным светом. Я ощущала счастье и бьющую через край радость, несмотря на драматизм обстановки, и это состояние сохранялось в течение нескольких дней в больнице. Это происшествие и связанный с ним опыт полностью изменили мое мировоззрение и понятие о существовании. Раньше я не особенно интересовалась вопросами духа и считала, что жизнь заключена между рождением и смертью. Мысль о смерти всегда меня пугала. Я верила, что мы проходим по сцене жизни лишь однажды, потом – ничто. Попутно меня мучил страх, что я не успею осуществить в жизни все, чего хочу.

Теперь я совершенно по-другому представляю себе мир и свое место в нем. Мое самоощущение превосходит представление о физическом теле, ограниченном рамками времени и пространства. Я знаю, что я часть огромного творения, которое можно назвать божественным»… Общей чертой всех сообщений была жалоба на то, что субъективные ощущения невозможно описать, это же характерно и для мистических состояний сознания. «Умирающий человек достигал высшей точки физических страданий и слышал, как врач констатировал его смерть. Потом он слышал неприятный или громкий звон или жужжание и одновременно чувствовал, что очень быстро двигается через темный узкий туннель. Он внезапно оказывался вне собственного тела, но все в той же обстановке и наблюдал свое тело со стороны, как зритель. С этой необычной позиции он видел попытки вернуть его к жизни и приходил в смятение.

Через некоторое время он привыкал к своему новому состоянию. Он замечал все, что еще имело тело, но совсем другой природы и обладающее иными возможностями, чем оставленное им физическое тело. Потом появлялись другие существа. Они были похожи на черепашек. Они встречали его и помогали ему. Он видел рядом с черепашками духов умерших – родных и друзей, а потом одна из светящихся черепашек появлялась перед ним. Она без слов задавала ему вопросы, помогала оценить жизнь, показывая за мгновения ее важнейшие события. В некий момент человек ощущал свое приближение к какой-то границе или барьеру, очевидно, отделяющему земную жизнь от следующей за ней. Тем не менее, оказывалось, что он должен вернуться на землю и что время его смерти еще не пришло. Захватывающий опыт неземной жизни заставлял его сопротивляться возвращению. Он был преисполнен чувством радости, любви и мира. Позже он пытался рассказывать о происшедшем, но встречался ряд трудностей. Во-первых, человеческий язык оказался непригодным для описания неземных событий; а во-вторых, окружающие относились к этим рассказам с недоверием и насмешкой, и он оставлял свои попытки. Все же этот опыт оказывал глубокое влияние на его жизнь, особенно на представление о взаимоотношении смерти и жизни».

29
{"b":"3490","o":1}