ЛитМир - Электронная Библиотека

– Если бы я знала, что так все будет – ни за что бы не поехала с тобой, – возмущалась Джейн по дороге к дому.

– О, черт, – выругался Майкл, опуская сумку на землю.

– Что случилось? – испуганно спросила Джейн.

– Ничего особенного, – сказал Майкл. – Просто я хочу писать.

– Нахал, – шутливо сказала Джейн.

– От такой слышу, – парировал Майкл, исчезая в ближайшем кустарнике.

Услышав гудок машины, Баркулаб направился к шоссе. Через минуту он вышел на дорогу, где ребята бросили «Форд». Тяжело ступая, утопленник-убийца подошел к машине. Резким ударом он выбил заднюю дверцу и заглянул внутрь машины. Его внимание привлек мешок с палаткой. Одним рывком он разорвал его пополам. Из мешка вывалилась палатка со связкой кольев. Выбрав себе самый длинный и острый, Баркулаб направился в лес, следом за Майклом и Джейн. Лунный свет, пробиваясь сквозь листву, изредка освещал убийцу-утопленника. И тогда пластиковая хоккейная маска становилась очень похожей на череп.

* * *

Отойдя от Джейн, Майкл расстегнул молнию на шортах.

Джейн, оставшись одна, испугалась. И чтобы не было так уж страшно, доставала Майкла.

– Майкл, ты скоро? – спрашивала она.

– Сейчас.

– Ой, Майкл, я боюсь, – испуганно вскричала Джейн.

Стало холодно. Окруживший ее лес наполнялся шорохами, зловещими криками птиц.

– Майкл, – крикнула она, – скорее!

– Иду, – отвечал Майкл, направляясь к Джейн.

И в это самое время страшной силы удар в грудь пригвоздил его к дереву. Майкл даже не успел ойкнуть, как испустил дух.

– Где же ты, – в паническом ужасе вскричала Джейн.

Она увидела выходящую из кустов высокую фигуру. Но это был не Майкл. Маска хоккейного вратаря отливала лунным светом и, казалось, расплывалась в страшной улыбке убийцы-утопленника.

С диким криком Джейн бросилась бежать. Ветки хлестали ее по лицу, цеплялись за одежду, раздирая в кровь кожу на теле. Но как ни старалась Джейн оторваться от погони, расстояние между ней и убийцей неумолимо сокращалось. Спиной она чувствовала, что еще секунда, и убийца ее настигнет. Не выдержав напряжения погони, Джейн остановилась, и в тот же момент острый стальной штырь пронзил ее насквозь. Затем Баркулаб фон Гарт приподнял ее и ударил о дерево. В списке Баркулаба появились первые жертвы.

* * *

Прошло два часа после того, как Джерри покинул дом Тины. И все это время он не находил себе места. Какое-то шестое чувство подсказывало ему, что он должен вернуться к Тине. Оставив веселящуюся компанию в доме Майкла, Джерри направился к дому Тины. Он постучал в дверь. Но никто ему не ответил. Тогда он толкнул дверь и вошел. В одной из комнат он нашел Тину.

– Привет, – сказал Джерри, но Тина ничего не сказала в ответ. Двери открылись, и в комнату вошла мать Тины.

– Ну, что, Джерри, – сказала она, – как проходит вечеринка?

– Неплохо, – ответил Джерри, – если не считать того, что куда-то пропал виновник торжества.

– Ну, ты же знаешь Майкла, – сказала мать Тины. – Наверное, встретил знакомую девушку, и та так вскружила ему голову, что он забыл обо всем на свете.

– Да, это похоже на моего брата, – ответил Джерри. И добавил:

– Миссис Редфорд, я хочу пригласить вашу дочь на вечеринку в дом моего брата, если вы, конечно, не против.

– Ну, что ты, Джерри, – ответила мать Тины, – я буду только рада.

– Вот и отлично, – сказал Джерри, – это все же лучше, чем провести целый вечер в обществе доктора Круза.

– Пойдем, Джерри, – сказала молчавшая до сих пор Тина.

Тина и Джерри исчезли в дверях.

– Куда это они? – поинтересовался доктор Круз, появившись в холле.

– В соседнем доме молодежь отмечает день рождения, вот они и решили немного развлечься, – объяснила доктору Крузу миссис Редфорд.

– Это очень некстати, – сказал доктор Круз. – Мне бы не хотелось прерывать лечение из-за какого-то пустяка и вновь отправлять ее в клинику.

– Но ведь вы сами говорили, что для успешного лечения ей нужны положительные эмоции? – возразила мать Тины.

– Да, но не такие, как эти, – пробормотал доктор Круз и стал подыматься вверх по лестнице.

* * *

Звуки тяжелого рока оглушили вошедшую в дом Майкла Тину. Она давно уже не была в таких больших и шумных компаниях, а сейчас, после долгих месяцев, проведенных в клинике доктора Круза, ей показалось, что она попала на другую планету. Один из парней подскочил к ней и потянул на середину гостиной, горячо шепча что-то на ухо.

– Рок-н-ролл, рок-н-ролл, – разобрала, наконец, Тина смысл произносимого.

– Рок-н-ролл – это кайф, рок-н-ролл – это жизнь, – монотонно повторял парень одни и те же слова, пытаясь втянуть Тину в танец.

Но Тина оставалась молчаливым островком в безбрежном море движения и эмоций.

– Раз, два, три, четыре, раз, два, три, четыре, – отсчитывал вслух парень, кружась вокруг Тины.

Наконец, Джерри пробился к ним и повел Тину к компании, сидящей возле стола. И здесь разговор шел о рок-н-ролле.

– Для меня рок – это понятие, которое целиком себя заключает и целиком себя исчерпывает, – говорил высокий, худой юноша в очках, чем-то отдаленно напоминавший Джона Леннона. Может быть, круглыми очками, а может, длинными волосами.

– Это вся жизнь, – продолжал он.

– А Бог? – спросил сидящий на диване Клод.

– Это путь к Богу. Это тот путь, которым я хочу прийти к смерти. Это моя кровь, которая дана для того, чтобы я сделал что-то реальное. У меня ничего другого нет, и я без рока, считай, не существую… Просыпаюсь, и сразу же врубаю маг… И мне по фиг, что вокруг меня, и какое на дворе правительство. Главное, это во мне. Звучит. Длится. Вот и сейчас, слышите этот пульс? Он наполняет нас одним общим целым и объединяет. Это и есть истинный рок, – он действительно чем-то отдаленно напоминал Леннона.

– А для меня жизнь, – продолжила разговор, выплывшая откуда-то с боку Мелиса, – это кино. Фантастическое кино, в котором я живу. Вот и сейчас, когда вы стоите и о ерунде говорите, я балдею, я торчу… Ах! – Мелиса, не договорив, рухнула в кресло, прямо в объятия Клода.

– Привет, Джерри! – хлопнул Джерри по плечу коренастый парень со шрамом на щеке.

– Привет, привет, старая калоша! – ответил Джерри. – Как ты поживаешь?

– Когда как. Поживаю, малыш, – ответил парень со шрамом и добавил, – познакомил бы меня со своей девушкой.

– Тина, – представил Джерри. – А это мой старый школьный товарищ Томас Браун.

– Я рад.

– Я тоже, – искренне ответила Тина.

– Ну?

– Что ну? – спросил Джерри.

На секунду Джерри, Том и Тина замерли, словно в детской игре «замри», а потом принялись дружно смеяться.

Тина немного пришла в себя. Ее лицо, до этого скованное неприятными воспоминаниями, преобразилось. Оно стало нежным и удивительно привлекательным, и Джерри заметил это. Но заметил это не только Джерри, но и Мелиса, которая уже давно «приударяла» за Джерри, хотя пока и безрезультатно. То, что она увидела, толкнуло ее к поступкам, какие бы могли, по ее мнению, возбудить ревность у Джерри. Мелиса обняла Клода и демонстративно поцеловала его взасос.

– Вот это да! – присвистнул от удивления Том. Но Джерри словно этого и не заметил.

– Ну что, потанцуем, – спросил он у Тины.

– Потанцуем, – ответила Тина. Джерри, смеясь, подхватил Тину и закружил по гостиной в некоем подобии вальса.

– Посмотри, какие вокруг удивленные рожи, – шептал он на ухо Тине. – Видишь?

Но Тина молчала, лишь слегка улыбаясь в ответ. Они остановились возле дверей.

– Тебе грустно? – спросил Джерри.

– Да, наверно, – отвечала Тина. – Мне грустно.

– Хочешь, я тебе что-то расскажу? – предложил Джерри.

– Давай, – тихо согласилась Тина.

Они вышли из дома и сели на ступеньки. Дом был залит светом, а напротив в лесу, словно перед прыжком, замерла тишина.

– Есть у Толкиена одно совершенно потрясающее место, – начал свой рассказ Джерри, – от которого, когда я вспоминаю, у меня мурашки идут по коже. Парень в Англии еще до средних веков, может быть, четвертый, восьмой, десятый – те времена. А может быть, даже раньше, не знаю. В общем, он знал: что-то такое существует. И его все время тащило туда, на Запад, куда они все уплыли. Люди остались здесь, а они-то все уплыли. Туда. И вот он долго тащится, тащится, хочет туда доплыть. И, в конце концов, получается так, что он собирает народ и плывет. И, проплыв сквозь все туманные места, а они в тумане в диком каком-то плывут, и вечер, то есть, уже ночь, и они видят вдалеке-вдалеке огни. Но тут мне уже не хватает слов, потому что я понимаю, что они видят, я понимаю, как это действует. Когда у людей волосы дыбом встают, когда мурашки идут по коже, по хребту. Но то, что он доплыл, уже неважно. Важен факт вот этого проникновения, то, что они увидели огни…

31
{"b":"3490","o":1}