ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Лэнни переминался с ноги на ногу, лихорадочно соображая, что бы ему еще сказать. И тут на трибуне один за другим появились четыре черепашки, наряженные божествами народа кечуа. Идущий первым Микеланджело, удивившись тому, что видит возле микрофона Ирму, шепнул ей на ухо:

– Ирма, мы же просили не выдавать наше инкогнито! А ты уже почти нас раскрыла.

Лэнни, не обращая внимания на эти слова, произнес в микрофон последнее, что хотел сказать:

– В знак благодарности за все совершенные вами благородные поступки разрешите от имени всего народа преподнести вам эти скромные цветы. Этим мы хотим выразить свою признательность. Огромное спасибо, черепахи, за то, что вы творите настоящие добрые дела!

– Ну вот! – воскликнул Микеланджело. – Теперь она нас точно выдала!

Находящийся на площади народ, услышав последние слова переодевшегося в девушку Лэнни, неодобрительно загудел. А тот, воспользовавшись небольшим замешательством, вручил каждому из черепашек по букету и с быстротой метеора скрылся в толпе.

Через минуту Витман уже сидел в подземном модуле рядом с Крэнгом, Шреддером, Бип-Бопом и Рокстеди, хвастаясь, как он ловко сумел подсунуть под нос черепашкам опрысканные антимутагеном цветы. Крэнг от удовольствия потирал руки. Его розовое лицо-мозг выражало такое блаженство, как будто он только что очень вкусно пообедал.

Радость была омрачена только тем, что Бип-Боп и Рокстеди где-то по дороге потеряли мешок, в который они запихнули Ирму, и вместо этого мешка принесли совсем другой, где сидела овца.

– Вы идиоты! – гневно закричал Крэнг на кабана и носорога. – Вы должны были сюда доставить эту несносную репортершу, чтобы я смог ей похвастаться и рассказать, как я уничтожил ее друзей. А вы что принесли? Какую-то паршивую овцу! Откуда она у вас? Или Ирма уже научилась волшебному искусству перевоплощения?

– Босс, я не виноват, – ответил Бип-Боп. – Это все Рокстеди. Это он нес мешок, куда мы запихнули Ирму. Мы проходили возле алтаря для жертвоприношения, устроенного в честь прибытия черепах, вот там этот подлый носорог и перепутал свой мешок с другим…

– Что? – возмущенно заорал на кабана Рокстеди. – Ты же сам предложил украсть с алтаря маисовые лепешки! Я по простоте душевной согласился, мне даже удалось проглотить дюжину лепешек… Но потом, когда нас огрел тяжелой палкой какой-то вредный дядька, ты, убегая, сам показал мне на этот мешок.

– Я тебе показал правильно, – попробовал оправдаться Бип-Боп. – Но ты из-за своего косоглазия неправильно меня понял…

– Так эта овца предназначена для жертвоприношения? – улыбнулся Крэнг.

– Получается так, босс! – ответил Рокстеди.

– Замечательно! – воскликнул Крэнг. Прекрасное настроение постепенно снова возвращалось к нему. – Это значит, Ирму принесут в жертву, и мы, таким образом, приложив минимум усилий, избавимся еще от одного нашего недруга… Сегодня у нас определенно день удач!

Глава 23. Черепашки теряют разум

Получив от Лэнни, переодевшегося в Ирму, цветы, черепахи-ниндзя, разумеется, как делают все люди на свете, их понюхали. И как только они вдохнули запах опрысканных антимутагеном цветов, как вдруг почувствовали головокружение и слабость. Отравленные цветы выпали из их рук.

– Ой, Донателло, мне так дурно, – застонал Рафаэль. – Помоги мне!

– У меня, кажется, сейчас расколется голова, – еле выговорил тот.

Состояние Леонардо и Микеланджело было не лучше.

– Я же говорил, – прошептал Микеланджело, – нам нужно быстрее улетать отсюда. Мы и так тут загостились.

Среди находящихся на площади людей состояние божеств вызвало легкую панику. Многие испуганно всплеснули руками, некоторые, в том числе Эйприл, бросились к ним на помощь.

Внезапно налетевший ветер привел черепах в чувство. Через некоторое время они снова овладели собой. Приготовленный Крэнгом по рецепту Лэнни антимутаген не был сделан должным образом, чтобы нанести черепахам какой-нибудь серьезный ущерб. В нем не хватало того самого составляющего 0,57%, химического элемента, который Лэнни так и не смог найти.

– Эй, Донателло, Рафаэль, с вами все в порядке? – спрпросила у черепашек насмерть перепуганная Эйприл. На ней просто лица не было от волнения.

– Да, с нами все в порядке, – ответил Микеланджело. – Но нам надоело созерцать это препоганейшее зрелище. У нас нет времени танцевать в этом задрипанном городке с его мерзкими жителями. Пусть мэр города предоставит нам лучшие апартаменты самой дорогой гостиницы и оплатит счет за неделю вперед…

– Микеланджело, опомнись, что ты говоришь? – удивилась Эйприл. – С каких это пор ты стал так плохо отзываться о людях?

Но девушка так и не услышала ответа от черепашки. Ее внимание привлек доносящийся с алтаря жертвоприношений знакомый крик Ирмы.

«A где же Ирма? – пронеслось у нее в голове. – Она только что была тут, говорила с трибуны какую-то непонятную речь, вероятно для того, чтобы убедиться, что из нее не получится хорошего оратора. А потом вообще куда-то исчезла, как будто сквозь землю провалилась…»

Эйприл бросилась к алтарю, но там никого не было. Только вокруг были разбросаны маисовые лепешки и фрукты, а рядом с тем местом, где приносили жертвы, стоял мешок, в котором, как объяснили ей журналисты местного телевидения, должна была находиться жертвенная овца.

«Странно, – подумала девушка, – мне показалось, голос Ирмы слышался именно отсюда».

– Помогите! – раздалось из мешка.

Каково же было изумление Эйприл, когда она увидела, что в этом мешке оказалась не жертвенная овца, а ее коллега по работе и лучшая подруга Ирма!

– Ты как сюда попала? – взволнованно спросила Эйприл.

Ирма попробовала что-то объяснить, но из ее путаного рассказа можно было понять только то, что Ирма сама не понимает, как оказалась в мешке.

Подоспевшие черепашки тут же обозвали Ирму дурой, неумехой и вообще самой безобразной девушкой, которую они когда-либо встречали, и что поделом ей досталось от того, кто засадил ее в мешок. От этих слов бедная Ирма совсем потеряла дар речи и, насупившись, только бросала из-под толстых линз очков гневные взгляды.

Эйприл не стала разбираться с черепахами, которые, обидев Ирму, подались в гостиницу. Она решила поговорить с ними наедине, Когда ни ей, ни черепахам никто не будет мешать…

* * *

Все четыре черепашки – Рафаэль, Донателло, Леонардо и Микеланджело сидели на диване перед телевизором в самом дорогом номере «люкс» лучшей гостиницы городка Кутарамамбы. Если бы они сидели у себя дома в подвале нью-йоркского метро, то, разумеется, смотрели бы сейчас какой-ни6удь очередной сериал или болели бы вместе со зрителями за любимую бейсбольную команду «Нью-йорк Тинкс». Но в этот вечер они были явно не в духе…

Черепашки просмотрели все сорок четыре программы национального телевидения Мулумбии, но не остановились ни на одной из них. Им все не нравилось, во всем они видели изъяны: то диктор не так говорит, то певец неправильно поет, то киноактер реплики путает. Черепашки готовы были от злости разбить телевизор на мелкие-мелкие детали.

Эйприл и Ирма тоже находились в этой гостинице, но в номере гораздо более дешевом, чем у народных героев – черепах. Эйприл пробовала успокоить до сих пор не пришедшую в себя Ирму:

– Тебе, подружка, лучше сейчас хорошенько поспать. Недаром говорят: утро вечера мудренее… Я лично не думаю, что наши друзья-черепахи хотели оскорбить тебя. С ними, наверное, что-то случилось… я сейчас пойду поговорю с ними. А завтра утром все будет нормально.

Ирма ничего не ответила. Она закрыла глаза и, хотя на улице было еще светло, моментально заснула…

– Это не фильм, а какое-то отвратительное кривляние! – кричал Рафаэль. – Такой ерунды, такого бесполезного телевидения, как в Мулумбии, я нигде не видел!

– Это касается всех без исключения каналов, – добавил Леонардо. – Разве можно так снимать передачи? Разве такие фильмы можно показывать?

43
{"b":"3491","o":1}