ЛитМир - Электронная Библиотека

– Такого не может быть, – с полной убежденностью отрезал старший техник.

– Я же говорю, не спорь с ними, – утешил меня Старх. – Это особенности нашей расы. Мы всегда умеем сосредоточиться на чем-то. У техников просто не хватает воображения понять, что ты представитель другой расы. Зато мы не умеем, как вы, люди, быстро откинуть одну проблему и переключиться на другую. Из-за этого мы медленнее реагируем на разные неожиданности. Поэтому мы предпочитаем все спланировать заранее.

Теперь мне понятно, почему мне так легко удавалось ставить в тупик их пилотов – я, полный дилетант в пилотаже, выкидывал такие коленца, которые они просчитать были не в состоянии. Выигрывали только за счет опыта. Но когда начинался пилотаж за пределом возможностей компенсаторов, то там не помогал и опыт. Там нужно мгновенно реагировать на ситуацию. Зато в анализе мне никогда было не приблизиться к хоргам. Они как орешки щелкали все головоломки, которые я мог только вспомнить или придумать. Мне же удавалось решать только те, что у них были в первом классе. Вообще, если я что и понял, так это то, что хорг в состоянии решить любую проблему, если ему дать на это время.

Через месяц подобных развлечений доктор Вултон последний раз просветил меня каким-то прибором и довольно кивнул.

– Ну вот, кажется, весь твой организм наконец-то приведен в стабильное равновесие. Но я все же еще присмотрю за тобой в течение месяца. Так, на всякий случай. Чтобы быть уж совсем спокойным. Вытерпишь?

– Постараюсь, – пообещал я, втайне довольный, что мучения со всеми процедурами заканчиваются. Но Вултон явно хотел что-то еще добавить, но никак не решался. Такая нерешительность доктора на моей памяти была впервые. – Что-нибудь еще, доктор?

– Да… нет… – Вултон помялся. – Кирилл, видишь ли, я хочу обратиться к тебе с одной просьбой. Нет, если не хочешь, то можешь не соглашаться. Я пойму.

– Да в чем дело, доктор? – удивился я.

– Видишь ли, в чем дело, Кирилл. Как я уже говорил, программа оживления была разработана для военных нужд, но она вышла не совсем удачной. В частности, нам так и не удалось осуществить повторное оживление…

– Повторное?

– Ну да. Только один раз. Если умирает уже оживленный, то тут никакой считыватель не поможет. Он просто ничего не записывает. Остается чистым. Так, словно в мозгу не было никакой информации, но это в данный момент не важно…

– А что важно?

– Важно то, что в настоящее время ты единственный оживленный. А я – пойми, я же все-таки стоял у самых истоков этого проекта, – не могу двигаться дальше. Мне нужны данные для завершения работы. Не мог бы ты помочь мне и пройти полную программу подготовки, чтобы я мог посмотреть результаты и соответственно исправить возможные ошибки.

Я задумался. О том, что эта программа разрабатывалась для военных, я уже успел благополучно забыть.

Видя мою задумчивость, доктор сник.

– Да, я понимаю, что тебе это не надо… Извини… – Доктор повернулся к выходу, совсем забыв, что это его лаборатория и уходить, по идее, должен был я. Мне стало жаль доктора. В конце концов, я уже понял, что для него его эксперименты все – жизнь, хлеб, страсть.

– Это действительно так важно? – поинтересовался я.

– Конечно, – тут же воспрял духом доктор. – Ты пойми, подобного еще не было. А надо выяснить твои способности? Надо. Надо посмотреть твою выносливость, возможность ведения боевых действий…

Дальше доктора уже понесло. Он сыпал терминами, с жаром пытаясь доказать, насколько мне все это будет интересно и какую услугу я окажу галактической науке, если соглашусь пройти обучение по специально разработанной для оживленных методике.

Я сильно сомневался, что мое обучение на воина по специальной методике окажет большую услугу науке галактики, но отказать доктору я не смог.

– Ты не бойся, – успокоил меня Вултон. – По полной программе тебе и не надо готовиться. Мы только посмотрим основные параметры. Этого будет довольно.

Если бы я только знал, на какой ад соглашаюсь… Этот ад начался на следующей неделе…

Не то чтобы я возражал, но бегать сотню кругов по специальному трековому тренажеру – это занимает слишком много времени. Инструктор по рукопашному бою, к которому я попал на следующий день, пожелал выяснить пределы моей физической выносливости.

После того как я побежал сто первый круг, он меня остановил.

– Хм. – Инструктор с задумчивым видом обошел меня со всех сторон. – На этот раз, кажется, у этих ученых вышло что-то путное. Пожалуй, ты еще долго можешь так бегать, а времени у нас не очень много.

Я мысленно оценил свое физическое состояние. По всему выходило, что я могу еще четыре раза сбегать по сотне кругов. Да, кое-какие преимущества с этим телом у меня есть. Я поделился с инструктором своими наблюдениями.

– Ты точно это определил? – поинтересовался он.

Я еще раз прислушался к себе.

– Точно. Хотя и не понимаю, откуда эта уверенность.

Инструктор Рогтер заглянул в мою медицинскую книжку.

– Ага. Вот. У тебя повышенная выносливость, что, впрочем, неудивительно. Беда в том, что ты сам не можешь оценить свое состояние. Твои органы, с завышенным болевым порогом, просто не успеют сообщить тебе о критическом переутомлении. А это для тебя чревато смертью. Поэтому и были в тебя встроены своеобразные биологические часы, которые следят за твоим состоянием и сообщают о нем. Следи за ними внимательно. Ладно. – Рогтер с силой захлопнул какой-то журнал. – Раз тебе не нужны занятия по развитию силы и выносливости, приступим сразу к обучению. Сейчас я буду тебе показывать приемы, а ты запоминай. Потом на роботах будешь отрабатывать.

– На роботах?! – изумился я.

– А ты думал, я с тобой заниматься буду?! Благодарю покорно, но мне мое тело еще дорого. Со мной ты в состоянии справиться и без всяких приемов.

– Но вы же знаете уязвимые места…

– Не у тебя. Ты же инопланетянин для меня. Забыл? К тому же, – Рогтер снова заглянул в мою медицинскую книжку, – твои уязвимые места хорошо защищены мышцами. А теперь приступим…

И началось… Рогтер гонял меня совершенно без жалости. И если я плохо что-то запоминал, то роботы мигом вбивали в меня знания.

– Эй, послушайте, – возмущенно завопил я, после очередного удара робота отлетев к стене. – Доктор Вултон сказал, что я должен заниматься чисто для познавательных целей.

– Я не знаю, что сказал тебе Вултон, – отрезал Рогтер, – но если я кого-то учу, то учу серьезно.

Черт, черт, черт!!! Я должен был догадаться! Ведь знал же, что хорги ко всему относятся серьезно! В их языке нет даже слова «халява» или близкого к нему по смыслу. Ну, Вултон, я тебе это еще припомню. Впрочем, сам виноват.

Основательно помятый, весь в синяках, я выполз из спортивного зала. Здесь меня сразу перехватил Вултон.

– Закончили? Великолепно! Кирилл, прошу за мной. Я должен посмотреть, как физическая нагрузка повлияла на твой организм.

Я тихо застонал, но отказаться не мог. Тем более Вултон заметил, что надо посмотреть стабильность моей системы.

Еще два часа меня мучил Вултон вместе со своими ассистентами.

– Все нормально, – под конец осмотра заявил доктор. – Данные я собрал. Теперь их надо проанализировать. А пока посмотрим, как на тебя действует умственная нагрузка. Через два часа жду.

Честно, я не сразу сообразил, что хотел сказать Вултон. Понял, только когда покинул лабораторию. Здесь меня уже ждала вежливая и миловидная (по стандартам хоргов, конечно) девушка.

– Как себя чувствуешь? – с милой улыбкой людоеда осведомилась она. – Говорят, ты сумел поразить Рогтера? Мне бы хотелось поговорить с тобой. Не возражаешь?

Я тяжело вздохнул. Эту девушку мне уже показывал Старх и представил ее как главу психологической службы.

– Нет, – ответил я, хотя мой тон был прямо противоположен словам.

– Отлично, – с той же милой улыбкой людоеда ответила она. – Кстати, можешь звать меня Мелиана.

9
{"b":"34993","o":1}