ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

– Отныне, батенька, это занятие не для вас, – сказал доктор.

– Что ж, у меня еще остается футбол, – улыбнулся «маленький».

Теперь, рассказав читателю, как начиная с детских лет шаг за шагом, иногда даже не подразумевая этого, втягивался Борис Чесноков в спортивную жизнь, становился спортсменом по духу, по зову сердца, по любви, я перейду к описанию его футбольной биографии.

Но для того чтобы понять ее, чтобы лучше уяснить все, что сделал этот маленький с виду, но большой по духу и темпераменту человек, мы должны совершить с вами небольшое путешествие в прошлое, заглянуть в него, побыть в атмосфере тех лет, когда в Москве рождался и заявлял о себе во весь голос его величество футбол!

Итак, мы отправляемся в прошлое

В главе, посвященной футбольной семье Бутусовых, мы попытались хотя бы вкратце заглянуть в историю зарождения русского футбола вообще. Теперь несколько слов о том, как утверждался он в нашей нынешней столице.

Впрочем, скажем сразу: когда и как начался футбол в Москве, установить с абсолютной точностью теперь уже, вероятно, невозможно – слишком разноречивы показания немногих живых свидетелей той поры, а специальная литература до обидного скудна и очень мало оперирует датами – современников рождения футбола, людей, стоявших у его колыбели, они, разумеется, не интересовали.

Первые сведения, не вызывающие никакого сомнения, относятся к 1895 году. В одной из московских газет мы читаем заметку о том, что «на зеленой площадке, что у завода Гопнера (ныне завод Владимира Ильича. – Л. Г.), англичане, работающие здесь, затеяли играть в футбол. Москвичи проявляют к этой новой для них забаве великий интерес. Смотреть, как гоняют мяч, собираются по двести-триста человек…».

Говорят, что одна ласточка не делает весны, но эти первые футбольные ласточки, носившиеся по первому в нашем городе настоящему игровому полю, сделали весну – подлинную весну жизни московского футбола.

Сейчас сообщение о том, что кто-то где-то играл в футбол, естественно, не может вызвать ни у кого из нас ни тени удивления. Но те, первые, несомненно, совершали подвиг. Нужно вспомнить тогдашний уклад жизни – даже в городах, в столицах, – сильно отдававший патриархальностью, чтобы понять, что значило для «усатых» и «бородатых» мужчин выйти на люди в трусах и футболках, гонять мяч, – одним словом, делать то, что никогда и никто не делал. Пришлось этим пионерам пережить и насмешки, и освистывание со стороны невежд, и колкие нападки печати… Но что может остановить истинно влюбленных в дело людей?!

Началось все с простой забавы членов московской английской колонии, решивших потешить себя любимой на их родине игрой. Но вскоре нашлись у нас люди, сумевшие разглядеть на первый взгляд в непонятной игре большое будущее, прекрасное средство физического воспитания. Мы бы проявили явную неблагодарность, не назвав имен Р. Ф. Фульда, избранного впоследствии председателем Московской футбольной лиги, а также его товарищей – А. Я. Торнтона, братьев Ф. Л. и В. Л. Казалет, А. И. Вашке. Многие из них относились к «верхушке общества», но проявили себя в области физической культуры передовыми людьми и сделали для отечественного спорта ничуть не меньше, чем, скажем, глубокочтимый Третьяков для русского искусства.

Именно по инициативе Романа Федоровича Фульда и его единомышленников была создана уже в 1896 году при Московском гигиеническом обществе «комиссия по устройству подвижных игр». Вскоре по ее инициативе на Ширяевом поле, в Сокольниках, было оборудовано по всем правилам футбольное поле, а затем комиссия содействовала постройке такого же поля в дачном местечке Быкове, куда на лето перекочевывала основная масса играющей молодежи – первой футбольной нашей гвардии.

Итак, поле у завода Гопнера, Ширяево поле и Быково – вот три исходные точки, три колыбели новорожденной игры в Москве. Многое в играх, возникавших здесь, носило еще, конечно, стихийный и примитивный характер, многое выглядело первобытно, но делу дан был ход.

Прошло первое десятилетие. За это, в общем-то, незначительное с точки зрения истории время игра успела твердо укорениться в быт москвичей. Команды, которых становилось все больше и больше, стали играть по единым правилам, написанным впервые Романом Федоровичем Фульдой и отпечатанным в 1904 году. А вот еще одно интересное свидетельство происходивших в ту пору перемен, о которых писал журналист Д. Благоев: «Футбол у нас привился – спору нет. Смотреть его стало куда интереснее. Господа, отдающие этому модному занятию свое время, поняли, что игра «толпой», как это было вначале, не приводит ни к каким результатам, что необходимы определенная тактика, костюм и форма».

Через год – в тысяча девятьсот пятом – происходит событие, исключительное по своей важности: Р. Ф. Фульда и его компаньон А. П. Мусси организуют первый в Москве футбольный клуб – Сокольнический клуб спорта – и строят для него также первое в городе, обнесенное забором футбольное поле со скамейками для зрителей. Уютный, расположенный в великолепном сосновом бору стадион существовал еще долгие десятилетия, был любимым владением московских армейцев.

На нем выросло не одно поколение советских чемпионов и рекордсменов.

Говорят: лиха беда – начало. Через два года появляется еще один клуб – КФС (кружок футболистов «Сокольники»), за ним другие. И вот наконец происходит событие, которое с полным основанием можно назвать историческим: был опубликован календарь игр и проведен первый официальный розыгрыш первенства Москвы, в котором приняли участие всего четыре клуба – БКС (Британский клуб спорта, куда входили англичане, проживающие в Москве), СКС, морозовцы и «Унион».

Это событие, несмотря на его видимую сегодня примитивность, имело исторические последствия для московского футбола. Оно дало ему крылья, послужило толчком вперед, увлекающим примером. Один за другим организуются все новые и новые футбольные клубы – в Замоскворечье, у Петровского парка, на Пресне, в дачных пригородах… Вся эта масса команд, жаждущих борьбы, интересных встреч, требовала какого-то единого руководящего центра, штаба, направляющего все нарастающий спортивный поток по новому руслу. И вот 21 декабря 1909 года представители всех клубов собираются на учредительное совещание и провозглашают создание Московской футбольной лиги. Футбол в древней столице России получил свое стройное организационное здание и пошел вперед – все увереннее, все сильнее набирая скорость. Начался розыгрыш Кубка Фульда (для первых команд класса «А»), Кубка Вашке (для вторых команд класса «А»), прошумели первые междугородные матчи, шла подготовка к созданию сборной команды России и посылке ее на Олимпийские игры 1912 года в Швецию, строились все новые площадки, русские фабриканты налаживали выпуск своего, отечественного, инвентаря. Газеты писали: «Футбол у нас становится модным. Теперь на площадках, где идет игра, нередко увидишь благородных господ».

Вот что это было за время, когда начинали свою футбольную карьеру братья Чесноковы.

Неугомонный «малыш»

Первым из семьи Чесноковых с футболом познакомился Борис. В 4-й московской гимназии учились (кажется, на два класса старше) Леонид Смирнов и Марк Варенцов – ребята, уже успевшие познакомиться с футболом и влюбиться в него. (Леонид Смирнов через два года стал игроком сборной Москвы, а затем и сборной России.) Часто до начала занятий и на переменах они выскакивали в гимназический двор, подбирали себе партнеров, назначали соперников и – начинались сражения.

Так получилось, что Борис Чесноков несколько раз оказывался в одной команде со Смирновым – гимназические знаменитости брали его за низенький рост и невзрачный вид: хотели показать, что выбирают себе в помощники самых что ни на есть слабых. Но Борька через две-три игры стал показывать такую прыть, что при дележке игроков все стали требовать:

– Чеснокова нам…

– Нет, нам давайте…

Борька и в самом деле научился очень ловко обращаться с мячом, легко проскальзывал мимо защитников, очень хорошо видел партнеров, а главное, совершенно не уставал.

20
{"b":"350","o":1}