Содержание  
A
A
1
2
3
...
43
44
45
...
50

Мы вскочили со своих мест, приветствуя эту яростную, так блестяще завершившуюся атаку, но судья Дмитриев показал, что… гола нет. Оказывается, он свистнул, когда Старостин сыграл рукой, и велел бить штрафной (именно штрафной, а не одиннадцатиметровый). Долго бушевали страсти на трибунах, но… приговор футбольных судей, как правило, обжалованию не подлежит. И, несмотря на то, что вся спортивная пресса отметила тогда эту грубую ошибку Дмитриева, счет 1:0 остался неизменным.

Пресса единодушно отметила блестящую игру нашего героя: «В течение всего матча Евгений Шелагин, лидер атак ленинградцев, неудержимо рвался вперед. Защите гостей, кстати сейчас сильнейшей в стране, пришлось затратить немало усилий, чтобы сдержать натиск этого агрессивного, техничного и, кажется, не знающего, что такое усталость, форварда». Через несколько дней великолепный удар Евгения Шелагина с двадцати метров решает в пользу «Спартака» исход его поединка с тбилисским «Локомотивом». Удар был так силен, что вратарь Шудра даже не среагировал на него.

В течение трех сезонов он был неизменным лидером своей команды, футболистом, которого знала и уважала страна. С большим почтением вспоминают о нем сегодня заслуженные мастера спорта Старостин, Акимов, Тетерин. А герой обороны Сталинграда, мастер спорта, знаменитый вратарь «Трактора» Ермасов, когда я спросил его о Шелагине, ответил:

– Ну как же не помнить?! Электричества в нем было много. Всегда был этот парень заряжен на удар, на атаку. Такие не забываются.

Действительно, не может быть забыт, бесследно исчезнуть из памяти человек, который отдал нашему футболу, нашему спорту всю страсть души, весь задор юности.

Среднего роста, всегда подтянутый, аккуратный, с высоким, открытым лбом и неизменным «ежиком» волос, со своим добродушным взглядом, он до сих пор стоит перед глазами как живой. Не могу да и не хочу представлять его другим.

Третьим в этой славной футбольной семье был Валентин – самый молодой и самый неугомонный из Шелагиных. Однажды его спросили, как он стал футболистом. Валентин ответил:

– Простите, а кем я мог стать иным, имея двух таких братьев?!

Действительно, в становлении спортивного характера и футбольного мастерства этого парня решающую роль сыграли Борис и Евгений. Младший брат учился у них мастерству, учился серьезному и обязательному отношению к тренировкам, технике, режиму.

Биография Валентина очень несложна, очень проста и вместе с тем прекрасна, как биография любого советского юноши, жившего в тридцатых годах. Увлеченный пафосом созидания, он идет на завод – сначала на Кировский, потом на Ленинградский механический, ныне носящий имя XXII съезда КПСС.

Недавно мне попалась на глаза изданная в середине тридцатых годов книга «Ленинград в боях за ГТО». Это отнюдь не художественное произведение, не сборник очерков, написанных досужими авторами. Это – боевые рапорты молодежи города Ленина своему народу, своей Родине о том, как закаляла она свои сердца и мускулы для того, чтобы достойно выполнить любой приказ страны, будь то приказ на труд или на бой.

В этой книге я нашел строчки о комсорге цеха, ударнике производства и физорге Валентине Шелагине. Первым среди своих товарищей сдал нормы на значок ГТО II ступени. Увлек других. Стал инициатором организации нового штурмового городка. Награжден специальной грамотой ленинградского горкома ВЛКСМ. «Валентин Шелагин, – говорится в комментарии к заметке, перепечатанной в книгу из заводской стенной газеты, – один из тех, по кому должны равняться все юноши и девушки нашего города!»

В футбол Валентин Шелагин стал играть с десятилетнего возраста. Несколько лет спустя, в 1933 году, в футбольной летописи Ленинграда появляется Шелагин III – он выступает за первую команду «Промкооперации» (впоследствии преобразованной в «Спартак»), считавшуюся одной из сильнейших в городе.

Листая подшивки ленинградской спортивной газеты тех лет, можно нередко встретить теплые слова об этом третьем и последнем представителе питерской футбольной семьи. Причем – это особенно интересно – пресса часто хвалит его и тогда, когда вроде бы хвалить «не положено».

Вот пример. Осенью 1934 года в матче «Промкооперация» – «Красная Заря» решается судьба второго и третьего мест среди первых клубных команд на чемпионате города. Заводские футболисты оказались на этот раз Сильней, они победили со счетом 5:2! Но обозреватель, освещавший этот поединок, счел прямо-таки необходимым указать на то, что «блестящую, порой виртуозную обводку показывает Шелагин В.». Это не случайность. Молодой спортсмен в первых же выступлениях на арене большого футбола большого города зарекомендовал себя как исключительно сильный техник, владеющий многими «тайнами» дриблинга.

Старейший спортивный журналист, потомственный питерец Илья Николаевич Гончаров рассказывает:

– Помню, в начале тридцатых годов ко мне пришел сослуживец и, радостно потирая руки, воскликнул: «Илья, нас всех сегодня можно поздравить. В Ленинграде появился второй Дементьев» (тут просто необходимо пояснить, что город тогда был влюблен в Пеку Дементьева, о старших его братьях широкая публика знала не очень много, а Николай еще был слишком мал и не успел появиться на арене. – Л.Г.). Я ответил ему, что хорошо знаю семью Дементьевых, но второго Пеки среди них пока не вижу. «Да это не из их семьи, – улыбнулся гость. – У моего Дементьева фамилия другая – Шелагин. Валентин Шелагин».

Через несколько дней, – продолжал свой рассказ Илья Николаевич Гончаров, – мы пошли смотреть новичка и действительно были поражены. В матче против «Электросилы» он показывал просто чудеса, обводя на полной скорости одного соперника за другим. На трибунах ему аплодировали. Потом мне еще много раз приходилось видеть Валентина на зеленом поле, и его игра всегда доставляла большое удовольствие. Как говорят сейчас критики, он «смотрелся» изумительно.

В 1935 году юный представитель Шелагиных поступает в Ленинградский институт имени Лесгафта и в этом же сезоне начинает выступать за первую клубную команду этого старейшего в стране учебного заведения.

«С приходом Шелагина в линию нападения инфизкульта, – читаем мы в спортивной хронике, – его команда, выдвинувшаяся за последнее время в число ведущих коллективов города, еще более усилится».

И в самом деле, студенты начали сезон матчем с «Динамо», в составе которого выступали Бутусов, П. Дементьев и другие знаменитости.

«Давно уже не видели, – сообщал автор газетной статьи, – такой увлекательной, острой, дух захватывающей борьбы. Когда на пятой минуте Дементьев открыл счет, казалось, лесгафтовцы обречены на разгром. Но уже через минуту В. Шелагин великолепным ударом забивает ответный гол. Потом студенты, действующие с особым подъемом и завидным мастерством, забивают еще два мяча. Оба они влетели после комбинаций, начатых Шелагиным»… В конце концов, динамовцам ценой огромных усилий удалось в тот раз вырвать победу со счетом 4:3, но какой ценой!

Еще выступая в линии нападения институтской команды, Валентин успел зарекомендовать себя с самой лучшей стороны, завоевать настоящую, искреннюю любовь ленинградцев. И признание специалистов. В самом деле, уже 3 октября 1937 года в газете «Спартак» в списке кандидатов в сборную города мы видим рядом двух Шелагиных – Евгения и Валентина. А еще через несколько дней в статье, посвященной итогам идущего к концу футбольного сезона, заслуженный мастер спорта Петр Ежов писал: «Еще не так давно на зеленых полях бодро, энергично действовал Борис Шелагин, с которым мне довелось играть и рядом, плечо к плечу, и друг против друга. Потом к нему присоединился Евгений – мастер замечательный, очень хорошо успевший проявить себя и обещающий вырасти в большого мастера советского футбола. Теперь мы увидели, что в жарких турнирных боях за первенство вырос еще один большой футболист – Валентин Шелагин. Что ж, Ленинград может только сказать спасибо этой футбольной семье»…

Чудесные слова! Ленинград и в самом деле еще при жизни этих прекрасных мастеров кожаного мяча, искренних спортсменов говорил им свое большое спасибо, отмечал их несомненное искусство, их высокую боевитость, их преданность городу и футболу.

44
{"b":"350","o":1}