ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Рисуя образ этого человека, нельзя не отметить, что Петр Дементьев отнюдь не сразу стал совершенным бойцом, подлинным гроссмейстером футбола. В начале тридцатых годов люди часто видели на поле безудержного мальчишку, для которого конечный результат состязания, в конце концов, не имел никакого значения, а важна была сама игра, счастье борьбы, возможность проявить свое собственное «я». Пожалуй, самую красивую игру он показывал именно тогда, хотя красота эта была ради красоты – не больше. Бывало, в ту пору он творил чудеса: возьмет мяч, проскользнет с ним сквозь все оборонительные заслоны, дойдет почти до вратарской площадки соперников и… начинает двигаться в обратную сторону. Разъяренные игроки соперничающей команды бросаются ему наперерез, задавшись целью отобрать все-таки мяч у этого чародея, свои партнеры останавливаются, фактически выключенные из игры, на трибунах – сплошной гул, аплодисменты, смех, крики, а Пека знай себе играется – именно играется – с мячом, и никто не может помешать его забаве.

Много тогда было написано о Дементьеве статей, где с восхищением соседствовали слова острой критики, призывавшей молодого футболиста отказаться от индивидуализма и подчинить свое выдающееся мастерство интересам команды, интересам коллектива. Но ни в одной из них, к счастью, не было посягательств на его индивидуальность, на его оригинальность и самобытность.

«Среди нынешнего поколения питерских футболистов, – писал в 1932 году Василий Павлович Бутусов, – пожалуй, самой колоритной фигурой является Петр Дементьев. Мы все чрезвычайно заинтересованы, чтобы он, безусловно сохраняя свой игровой почерк, отдал большую дань духу коллективизма, научился взаимодействовать не только со своим центральным нападающим, но и со всей линией нападения. Это сделает его еще более яркой личностью на зеленом поле и придаст новую силу командам, за которые он выступает».

Эти советы не проходили для Дементьева даром. Несмотря на свой сравнительно юный возраст (в тридцать втором ему исполнилось девятнадцать лет), он проявил чувство высокой ответственности, большой творческой серьезности и правильного отношения к критике. С каждым матчем его игра становится все более глубокой по мысли, все более содержательной и целеустремленной.

Постараемся восстановить хотя бы некоторые матчи, героем которых был Петр Дементьев.

Ну возьмем любой день. Например, памятный июньский день 1935 года. В городе на Неве встречаются сборные команды Ленинграда и Тифлиса. Грузинские футболисты в ту пору уже успели заявить о себе во весь голос, их выступление ожидалось с большим, вполне понятным интересом. Многие обозреватели предсказывали победу гостям.

И вот борьба началась. Южане со свойственным им темпераментом бурно атакуют, рвутся вперед, стремительно, красиво маневрируют. Удар в штангу. Угловой. Бросок вратаря. Еще удар в штангу. На трибунах сплошной гул. Кажется, вот-вот хозяева поля будут смяты, раздавлены.

Но постепенно игра выравнивается, теперь уже и ленинградцы все чаще идут вперед, но их волнообразные атаки разбиваются обороной гостей. Защитники южан действуют смело, быстро, они явно опережают нападающих северян. Никак не удается обмануть их бдительность, невозможно вызвать их на неверный шаг.

Пошла двенадцатая минута. Мяч у Петра Дементьева. Он медленно смещается влево, набирает скорость, обходит одного защитника, другого, врывается в штрафную площадку, изготавливается к удару. Один из игроков сборной Тифлиса падает ему в ноги, но… мяч уже отброшен вправо – туда, где оказался свободный Кусков. Удар – и мячу просто некуда деваться, он трепещет в сетке ворот. 1:0.

Прорыв гостей не сломлен, игра продолжает быть острой, интересной, увлекательной. Темп взвинчен до «бешеного», как писала после состязания одна из газет. Не успел начаться второй тайм – прошло всего тридцать секунд, – и гости уравнивают счет прекрасным ударом полузащитника Аникина, произведенным с тридцатиметровой дистанции. Борьба приняла еще более острый характер, яркие моменты, возникающие то у одних, то у других ворот, держат публику в огромном напряжении. Но защита обеих сторон очень внимательная. Кажется, что результат так и не изменится.

И вдруг следует очередной тактический ход Дементьева, он играет «в стенку» с Бутусовым, делает вид, что вновь хочет сделать ему передачу, но неожиданно, удивительно тонким, кажется, рассчитанным до миллиграмма пасом за спину защитника выводит на удар Ярцева. Ленинград ведет 2:1. А когда прозвучал свисток судьи, счет был уже 5:1.

«Вчера, – читаем мы отчет об этом состязании, – нападение нашей сборной показало на редкость слаженную и красивую игру, чего мы уже давно не видели. Мяч легко, молниеносно и точно переходил от одного ленинградца к другому, словно мыслящее существо. Этой организованностью и мудростью команда обязана Петру Дементьеву, который, бесспорно, был лучшим игроком матча. Из пяти проведенных в ворота тифлисцев мячей ни один не «сделан» без его прямого участия».

Отойдем еще на год назад – в тысяча девятьсот тридцать четвертый год. В столице шел матч трех городов – одно из популярнейших состязаний того времени. Встречались сборные команды Москвы, Харькова и Ленинграда. Победили москвичи (с Ленинградом 2:1, с Харьковом 5:2), но специально учрежденный Высшим Советом физической культуры приз – именные часы – • получил Петр Дементьев. На их крышке было выписано три слова: «За виртуозную технику». Как бы разъясняя их, газета «Красный спорт» пишет: «В лице ленинградца П. Дементьева мы сегодня имеем безусловно игрока международного класса. Его дирижерские способности, его тактическая мудрость, его умение создавать для своих партнеров идеальные условия делают его непревзойденным инсайдом советского футбола».

Для понимания творческого облика нашего героя важно остановиться на одном моменте. Даже в то время, когда Петр Дементьев выступал, многообразный глас любителей представлял его в глазах общественного мнения как идеального разыгрывающего, первоклассного дирижера, идеального партнера Бутусова, человека, с чьих подач другие забивают мячи. В сущности, все так и было. Высочайшее индивидуальное мастерство, быстрота и глубина футбольного мышления, техническая виртуозность сами по себе предопределили эту роль для Дементьева.

Но в корне неправильна мысль, которую иногда приходилось слышать, что, дескать, сам он забивать голы не любил и не умел. Нет ничего обиднее такого суждения по отношению к Пеке. Он был первоклассным бомбардиром, мастером меткого и точного удара, футболистом, умевшим не только великолепно завязывать комбинации, но и блестяще завершать их.

Достаточно, вероятно, было бы привести для примера всего лишь один матч, состоявшийся летом тысяча девятьсот тридцать четвертого года. Шло первенство города. Динамовцы принимали команду Ленинградского Дома Красной Армии. Достаточно сказать, что в двух названных мной коллективах играли тогда четыре игрока сборной страны и семь человек, удостоенных впоследствии звания заслуженного мастера спорта СССР.

Победили в тот раз динамовцы с астрономическим счетом 9:0! Шесть мячей в ворота армейцев провел Петр Дементьев. Статистика, учитывающая все официальные соревнования в нашей стране, считает этот блестящий результат абсолютным рекордом матчей (а рекорд в играх чемпионатов страны остается по-прежнему за Евгением Шелагиным). Если добавить к этому, что все шесть мячей были забиты Пекой с дальних дистанций, что все они выдались редкими по красоте, станет ясно: он не был «безобидным» для вратарей. Недаром после уже вышеназванного матча одна ленинградская газета писала: «Вчерашнее состязание стало настоящим и полным триумфом Петра Дементьева, показавшего всем – кто этого еще не видел, – что он футболист, обладающий огромным по силе и редким по точности завершающим ударом. Только отсутствие должного спортивного тщеславия приводит к тому, что этим своим качеством он, к сожалению, пользуется не всегда так часто, как хотелось бы».

И в этой цитате, очень правильной по существу, удивляет неточность наблюдения и знания Дементьева. Ведь только в тот год и только в играх чемпионата города он забил более двух десятков мячей. Кроме Бутусова, я не знаю человека, который мог бы сравняться с Пекой.

48
{"b":"350","o":1}