ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

В особо тяжелые дни перехода Корд беспокойно расхаживал по берегу, тяжело вздыхая. Но бывало и хорошее время. То есть без таких происшествий, как поломанное колесо, погибшее животное, чья-то ссора или болезнь. Тогда он сидел спокойно откинувшись на вытянутые руки, и подставлял лицо свету далеких звезд, наслаждаясь отдыхом.

Ей стали открываться черты его характера, о которых остальные и не подозревали. В течение дня он был невозмутим, холоден, деятелен и непреклонен. В тайне наблюдая за ним, Джейми убедилась, что он глубоко осознает свою ответственность. Это было его тяжким бременем. Кому-то казалось, что он слишком жестко ведет себя. Но она видела, что под грубоватой манерой скрывается очень чувствительная натура. Просто иначе нельзя командовать такой массой людей.

Порой, несмотря на холодные ночи, он раздевался и бросался в воду. Он плавал, а Джейми любовалась его великолепным скульптурно вылепленным телом, ощущая стыдливое волнение.

Она не испытывала особого чувства вины за свое подглядывание, ведь он ничего не знал.

Что занимало целиком ее взволнованную душу, так это собственные мечты и фантазии о том неведомом чуде, которое называется близостью мужчины и женщины. Нередко ей снились такие сны, после которых она внезапно просыпалась в горячей испарине и долго лежала уже без сна, ощущая неясное томление. В эти дни Корд казался ей таким желанным, что ей приходилось сдерживать дрожь, если она случайно видела его. Потом она долго укоряла себя за непростительную слабость.

Наконец караван достиг восточной границы штата Орегон, но немногие обрадовались при виде пограничного столба. Некоторые жалели, что не остались в Ларами. И почти никто уже не смотрел на Калифорнию как на землю обетованную.

Вымотанные до крайности люди цеплялись за любой повод, чтобы излить свое раздражение. Корду было все труднее сдерживать их. Подобно сухой траве, они готовы были вспыхнуть при первой возможности. Обстановка в обозе становилась непредсказуемой и просто опасной. Участились ссоры и кулачные потасовки. Обычные склоки женщин заканчивались тем, что они вцеплялись друг другу в волосы. В конце концов, Корд стал бояться вечерних сходок. Они всегда заканчивались бурным сведением счетов между семьями. В их тоскливом, однообразном существовании это оказывалось необходимой разрядкой. Обычно потом некоторое время было почти тихо.

В тот вечер, когда Гарри Тернэйдж спросил, надолго ли они остановятся у Большого Соленого озера, Корд заранее знал, какая реакция последует на его ответ «на два дня».

– Два? – переспросил Гарри, перекрывая возмущенный ропот людей. – Да вы в своем, уме?! Это же наша последняя большая стоянка, перед переходом через Сьерру.

– Он прав, черт возьми, – гневно выкрикнул кто-то из толпы. – Господи, да неужели мы не заслужили больше, чем два дня отдыха? Нам такое предстоит! Нет, мы должны отдохнуть как следует. Вы просто издеваетесь над нами!

– Сколько раз я говорил, что мы должны перевалить через Сьерру до снега, – спокойно сказал Корд. – Иначе мы можем оказаться запертыми в горах до весеннего таяния снегов. С наступлением зимнего времени даже почта не решается здесь ездить, а ведь у них есть новомодные подковы для лошадей. Мы должны идти быстро. Каждый день на счету.

– Я считаю, что нужно проголосовать, – раздался визгливый голос Вильмы. – Пусть люди сами решают, сколько времени они будут отдыхать.

– Пока я начальник обоза – никаких голосований. Решать здесь буду я! – Голос Корда звучал по-прежнему спокойно и твердо, хотя он начал раздражаться.

– А если задержаться решат многие? Вы с этим ничего не поделаете, – язвительно высказался кто-то.

– Ну почему же? Я могу оставить всех, кто не будет готов, когда я дам сигнал отправляться. – Корд был даже слегка насмешлив.

– А нам все равно, – выпалила Вильма, отмахиваясь от мужа, который пытался утихомирить ее.

– Делайте что хотите, – бесстрастно заявил Корд. – После двух дней стоянки у Большого Соленого озера я отправляюсь дальше.

Вскоре они должны были подойти к поселению мормонов, откуда уже рукой подать до Большого Соленого озера, после которого Джейми уже давно решила перестать скрываться. Приближение долгожданного и волнующего своей непредсказуемостью момента, когда ей предстояло оказаться лицом к лицу с Кордом, совершенно лишило ее сна. Ночью она снова кралась за ним, не в силах противостоять своему желанию тайком видеть его. Однако на этот раз было так темно, что она еле различала его силуэт. Джейми шла быстро, стараясь не потерять Корда из виду. Одновременно она старалась оставаться незамеченной.

…Корд слышал, как кто-то пробирается за ним через кусты. Он всегда знал, когда за ним следят. Шаги легкие – не иначе, женщина. Занятно! Сначала он хотел затаиться и поймать ее, но потом махнул рукой. Пусть подсматривает, если ей нравится. Это наверняка Вильма Тернэйдж. Небось надеется застать его за непристойным занятием вроде тайной встречи с чьей-нибудь женой или пьянкой в одиночестве. Потом раззвонит всем и каждому и получит громадное удовольствие.

Черт с ней, с ненавистью подумал он, черт с ними со всеми.

Он постоял еще некоторое время, потом направился к своему фургону постелить постель. Увидев ожидавших его Флетчера и Хендерсона, он замедлил шаги. Похоже, опять неприятности. Джаспера, возницы фургона и повара, не было поблизости, но он оставил хорошо разгоревшийся костер. Отсветы его падали на лица охранников, выражения которых не предвещали ничего хорошего.

Сбоку на костре Джаспер оставил котелок кофе, чтобы не остывал. Корд подошел и налил себе кофе в кружку.

Флетчер и Хендерсон поздоровались. Они явно нервничали. Корд сел у костра и спокойно произнес:

– Ну, парни, что-то не так? Рассказывайте что стряслось.

Хендерсон подтолкнул Флетчера локтем, и тот проговорил охрипшим от волнения голосом:

– Есть разговор, капитан. Как думаете, сколько фургонов уйдет от Большого Соленого озера?

Отхлебнув кофе, Корд пожал плечами.

– А не все ли равно? Я иду дальше, с ними или без них. Вас-то что беспокоит? – Он пристально посмотрел на них.

Флетчер молчал, и Хендерсон дал ему еще тычка под ребро.

– Ну, раз уж все остаются, наверное, мы вам больше не нужны.

– Все? – Корд не ожидал этого. Он был ошеломлен. Тем не менее он напомнил: – Вы обязались пройти весь путь. Со мной остаются еще Руфь с Мартой, поэтому хотелось бы, чтобы вы пошли с нами.

Флетчер тоскливо отвел взгляд в сторону. Тогда потерявший терпение Хендерсон брякнул:

– Они тоже не хотят ехать дальше. Мы решили пожениться – я с Руфью, а он с Мартой. Подыщем где-нибудь подходящее местечко, ну и осядем.

Минут десять все молчали. Корд уставился на огонь, крепко стиснув зубы и преодолевая желание избить обоих. Наконец он овладел собою. И как это его угораздило влипнуть в такое дельце. Что ж, он сделал все возможное, чтобы выполнить порученное задание. Конечно, человеку, который нанял его, не понравится, что его деньги пропали. Ну да ничего, он богат и легко перенесет эту потерю. Расстраиваться он не станет. Все отказываются ехать – отлично! Он пойдет дальше один.

Для очистки совести он попытался пристыдить их:

– Вы же знаете, что Руфь и Марта согласились выйти замуж в Калифорнии. Но не по дороге туда.

Хендерсон и Флетчер пробормотали неразборчивые извинения, больше им нечего было сказать.

Корд встал и швырнул пустую кружку в кусты, затем ушел, все еще испытывая дикое желание разбить им морды.

Джейми печально следила, как Руфь и Марта собирают вещи, готовясь покинуть фургон. Уже на следующий день они и так оказались бы у Большого Соленого озера, но Хендерсон и Флетчер настаивали на том, чтобы уйти тотчас. Наверное, они побаивались Корда.

– Я все еще не могу поверить, – растерянно повторяла Джейми. Узнав об их романах, она была совершенно ошарашена. – Я даже не имела понятия о том, что вы были… – Она замолчала, не решаясь высказывать свое мнение о том, что ее не касалось.

19
{"b":"351","o":1}