ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A
Ама-но кава
Сора нару моно-то
Кикисикадо
Вага мэ-но маэ-но
Намида нарикэри
Небесная река
На небе есть —
Так я слышала.
Но это — из моих глаз
Льющиеся слезы[270]

так было написано. Понял он, что она, видно, стала монахиней, и в глазах у него потемнело. В смятении спрашивает он прислужницу, а та отвечает: «Уже совершен постриг. Оттого дамы и вчера и сегодня беспрестанно плачут и скорбят. Даже у таких ничтожных, как я, сердце болит за нее. Такие прекрасные волосы обрезаны!» Сказав это, она расплакалась, и тут кавалер погрузился в глубокую печаль. «Как же это так, из-за его любовных похождений оказалась она в таком ужасающем положении!» — терзался он, но терзания его уже были напрасны. Плача, написал он ей в ответ:

Ё-во вабуру
Намида нагарэтэ
Хаяку то мо
Ама-но кава-ни ва
Са я ва нарубэки
Этот мир оплакивающие
Слезы льются,
Но так поспешно
В реку Небесную
Превращаться надо ли?[271]

«И сверх этого ничего сказать не могу. Сам вскорости к ней буду», — сказал Хэйтю. И вот он действительно пришел. Дама же в это время затворилась в гардеробной. Рассказал он челяди, как все было, обо всех препятствиях и зарыдал — никак не мог унять слез. «Позвольте мне с вами поговорить. Хоть голос ваш дайте услышать!» — говорил он, но ответа ему все не было. Не знала она, какие помехи стали на его пути, и, видно, подумала, что он говорит с ней из жалости. А кавалер был неподдельно глубоко опечален[272].

104

Письмо Сигэмото-но сёсё[273] от дамы:

Кохисиса-ни
Синуру иноти-во
Омохи идэтэ
Тофу хито араба
Наси-то котахэё
От любви
Прервавшуюся жизнь мою
Вспомнив,
Если спросит кто-нибудь обо мне,
Ответь: уж нет ее[274].

Сёсё в ответ:

Кара-ни дани
Вага китаритэхэ
Цую-но ми-но
Киэба томо-ни то
Тигири окитэки
Даже останкам ее
Пусть скажут, что я приходил.
Ведь если, подобно росе,
Таять — то вместе.
Такую давали мы клятву.

105

Дочь Накаки-но Оми-но сукэ стала духами одержима[275] и заболела. Врачевателем[276] ее стал послушник Дзёдзо-дайтоку, и люди поговаривали о них разное. Да и на самом деле это были не простые сплетни. Стал он навещать её тайно, но люди принялись судачить еще больше, и вот он решил оставить этот мир и удалиться.

Укрывшись в местности под названием Курама, он совершал молебны и обряды. Но все он с любовью хранил память о той даме. Вспоминал он столицу и творил молебствия, погруженный в печаль о столь многом. Однажды, плача, лежал он ничком, посмотрел ненароком рядом с собой, видит — письмо. Откуда тут быть письму, подумал он, взял его, и оказалось оно от той дамы, по которой он тосковал. Написано было:

Сумидзомэ-но
Курама-но яма-ни
Иру хито ва
Тадору тадору мо
Кахэри кинанаму
В черной одежде монаха
На горе Курама
Обитающий человек
Все блуждает, блуждает…
Но как я хочу, чтобы он возвратился[277]

так гласило письмо. Очень он был изумлен: да через кого же послала она, все ломал себе голову. Никак не мог понять, как же случилась такая оказия. Дивился он и как-то в одиночку дошел до ее дома. А затем снова скрылся на горе Курама. Потом послал ей:

Караку ситэ
Омохи васуруру
Кохисиса-во
Утатэ накицуру
Угухису-но ковэ
Только-только
Удалось позабыть
О любви,
И вновь о ней запел
Голос соловья[278].

В ответ было:

Сатэ мо кими
Васурэкэрикаси
Угухису-но
Наку ори номи я
Омохиидзубэки
И вправду, видно, ты
Забыл обо всем,
Если, только когда соловей
Запоет, обо мне
Вспоминаешь[279]

так она сложила.

Дзёдзо-дайтоку еще сложил:

Вага тамэ-ни
Цураки хито-во ба
Окинагара
Нани-но цуми наки
Ё-во я урамицу
Ко мне
Столь равнодушную
Покидая,
Ни в чем не повинный
Свет стоит ли мне упрекать[280]

Эту даму в семье особенно берегли и лелеяли, и хоть сватались к ней принцы и самые высокие чины, но родители предназначали ее к служению государю и не разрешали ей выйти замуж. Но после того как все это случилось, и родители от нее отступились.

106

Хёбугё-но мия[281], ныне покойный, в те времена, когда с этой дамой еще ничего не случилось, сватался к ней. Вот он однажды послал ей:

Оги-но ха-но
Соёгу гото ни дзо
Урамицуру
Кадзэ-ни уцуритэ
Цураки кокоро-во
Как листья оги,
Что от ветра поминутно
Оборачиваются изнанкой,
Так от ветра меняется
Жестокое сердце[282].
вернуться

270

Ама имеет значение «небо» и «монахиня», сора — «небо» означает также «пустой», «никчемный», эти два ряда соединяются воедино словосочетанием Ама-но кава — Небесная река, Млечный Путь, т. е. «Слышала я, что река Монахинь — пустое дело, но из глаз моих льются слезы». Намида — «слеза» — энго к слову «река». Танка встречается в Хэйтю-моногатари, 38.

вернуться

271

Последние две строки танка означают: надобно ли было становиться монахиней (ама-но кава — «река» и ама — «монахиня»). Слова намида — «слеза», нагарэ — «течение», хаяку — «быстро», кава — «река» связаны по типу энго. Танка встречается в Хэйтю-моногатари, 38, в Кондзяку-моногатари, 30 («Повесть о том, как женщина, повстречавшая Хэйтю, приняла постриг», № 2).

вернуться

272

Этот дан имеется в Хэйтю-моногатари и Кондзяку-моногатари.

вернуться

273

Сигэмото-но сёсё (?—931) — сын дайнагона Фудзивара-но Мотоцунэ.

вернуться

274

Танка имеется в Синкокинсю, 14.

вернуться

275

По народному поверью, болезнь насылают вселившиеся в человека духи.

вернуться

276

Монахи в те времена часто выполняли роль лекарей.

вернуться

277

Танка встречается в Госэнсю, 12, Кокинрокутё, 2 (раздел «Горы»), в Кондзяку-моногатари, 30.

Курама (название горы) имеет омоним кура, что значит «темный». Тадо-фу («плутать», «искать на ощупь») — энго к слову кура. Сумидзомэ — «цвет туши» — цвет одежды монахов-послушников, здесь используется как дзё к слову кура.

вернуться

278

Угуису («соловей») — аллегорическое обозначение дамы, в то же время созвучно выражению уку [намида-ни] хидзу, т. е. «в унынии заливаться слезами». Говоря «голос соловья», автор имеет в виду послание, полученное от возлюбленной.

Танка помещена в Кондзяку-моногатари, 30.

вернуться

279

Танка помещена в Кондзяку-моногатари, 30.

вернуться

280

Танка помещена в Сикасю, 7, Кондзяку-моногатари, 30.

вернуться

281

Хёбугё-но мия — принц Мотоёси (см. 227).

вернуться

282

Танка помещена в Мотоёсимикогосю, содержит омонимы урами — «упрек», «обида», «ревность» и «любоваться бухтой».

17
{"b":"3518","o":1}