Содержание  
A
A
1
2
3
...
98
99
100
...
124

– Сколько нам еще осталось ехать? – спросил он, решив сменить тему.

– Два дня, может быть, три, в зависимости от того, сколько снега будет на следующем перевале. Это горы. Ты знаешь, куда идти после того, как мы туда доберемся?

Он покачал головой.

– Я не уверен. Каурон направился в некое место под названием Хадивайзель. Возможно, это город.

– На Ксал Сливенди нет городов, – сказала она. – Во всяком случае… – Она запнулась. – «Адивара» – это слово, означающее «сефри». Старики говорят, что там был реун.

– Значит, это должен быть он, – сказал Стивен.

– А ты представляешь себе, как его найти?

– Понятия не имею. Каурон упоминает о беседе со старым хадиваром, из чего следует, как я полагаю, что он нашел реун. Но все это происходило очень давно.

– Ты его найдешь, – уверенно сказала Пейл. – Так предначертано.

– Но если прежде нас догонит Хесперо…

– Да, это будет плохо, – согласилась она. – Значит, тебе придется отыскать реун быстро.

– Верно, – сказал Стивен без особой надежды.

Он уже начал понимать, насколько большими могут быть горы. И вспомнил выход из реуна в Королевском лесу. Стоило удалиться от него на четыре ярда, как разглядеть его не представлялось возможным. С тем же успехом можно искать каплю дождя в реке.

Стивен вытащил страницы, которые успел переписать, рассчитывая, что сумеет уточнить перевод. Пейл молча смотрела на него.

Среди прочих листочков Стивен обнаружил выпавшую страничку, о которой уже совсем забыл. Она была очень древней, буквы выцвели, но он узнал причудливое смешение алфавитов завета, который ему доверили, и с растущим возбуждением понял, что у него есть ключ к переводу.

Конечно, завет остался у Хесперо, но Стивен ведь читал его, а значит, должен вспомнить…

Его вдруг мороз продрал по коже.

– Что? – спросила Пейл.

– В часовне что-то было, ответил он. – У меня раньше не было времени об этом подумать. Но, клянусь, я слышал голос. И лампа – в ней возникло лицо.

– В лампе?

– В ее пламени, – уточнил Стивен.

Пейл совсем не удивилась.

– В горах часто блуждают призраки, – сказала она. Ветры уносят их в долины, и они не могут вернуться.

– Если это и был призрак, то очень древний. Он говорил на языке, уже тысячу лет как мертвом.

Она задумалась.

– Никто не знает, что сталось с Кауроном. Некоторые утверждают, что он так и не вернулся, пропал в горах. Другие говорят, что однажды ночью он появился в часовне, что-то бормоча как в лихорадке, хотя его кожа оставалась холодной. Нашедший его священник уложил Каурона в постель, но на следующее утро тот исчез. На постели не осталось никаких следов, и священник начал сомневаться, действительно ли он видел Каурона или все это ему лишь привиделось.

– А тебе приходилось чувствовать что-нибудь подобное?

– Нет, – призналась Пейл. – И я никогда не слышала, чтобы кто-нибудь рассказывал о таких вещах. Но ты другой: ревестури и наследник Каурона. Может быть, он говорил с тобой именно поэтому.

– Я не знаю. Кто бы это ни был, он не показался мне дружелюбным. По-моему, он надо мной насмехался.

– Ну, тогда я не знаю, – пожала плечами Пейл. – Возможно, у Каурона были враги, и твое появление их привлекло. В горах прошлое и настоящее – не слишком дальние родственники, скорее, брат и сестра.

Стивен кивнул и сложил свои заметки.

– Пожалуй, стоит попробовать немного поспать, – сказал он.

– Кстати… – Она вздохнула. – Знаешь, я могу дать тебе еще один шанс.

– О чем ты?

– Я уже говорила, ночь будет ужасно холодной.

Стивен хотел что-то сказать, но Землэ заткнула ему рот поцелуем, благоухающим ячменным вином. Он не стал закрывать глаза, удивляясь, насколько иным выглядит лицо с такого близкого расстояния.

Она легонько укусила его за ухо, а потом поцеловала в шею.

– Я действительно мало что знаю о женщинах, – извинился Стивен.

– Ты это уже говорил. Значит, пришло время учиться, к сожалению, я не могу дать тебе полноценный урок; сейчас ты можешь посеять во мне ребенка, а этого мы не хотим. Но нам вовсе не обязательно заглядывать в конец книги, ведь так? Я полагаю, что и первые главы могут оказаться весьма занимательными.

Стивен не ответил; он не сомневался, что любые его слова будут неправильными.

Кроме того, он внезапно потерял всяческий интерес к разговорам.

ГЛАВА 3

НОВЫЙ ВЗГЛЯД НА ИСТОРИЮ

Не обращая внимания на протесты сэра Лифтона, Энни решительно направилась к дальней стороне площади, где гвардейцы поспешно возвели баррикаду из ящиков, досок, кирпичей и камней между двумя зданиями, почти полностью перекрывающими проход между стенами.

За пару часов они успели сделать немало, но этого было недостаточно. На глазах Энни отряд доспешных воинов устремился на штурм баррикады. Примерно половина копьями теснила гвардейцев в сторону, пока остальные, с мечами и щитами, медленно продвигались вперед. Они уже успели подняться на баррикаду. Планы Энни рушились прямо на глазах.

Линия обороны вот-вот будет прорвана.

– Святые! – закричала Остра, вторя мыслям Энни, когда один из гвардейцев упал, получив удар копьем в лицо – острие вошло ему в рот и высунулось из затылка, словно чудовищный язык.

– Лучники! – взревел Лифтон, и на атакующих обрушился ливень стрел с крыш и из окон окружающих зданий.

Атака захлебнулась, поскольку солдатам пришлось вскинуть щиты, чтобы защититься от оперенной смерти, гвардейцам удалось сомкнуть ряды и вновь занять баррикаду.

К Энни вернулась было надежда, но ее людей по-прежнему оставалось слишком мало. Быть может, ей следует уйти сейчас, пока еще есть возможность? Взять с собой Казио и Остру и спуститься в тоннель? Так она хотя бы сможет избежать плена, и руки Артвейра не будут связаны угрозами ее жизни.

Но мысль о том, чтобы оставить своих людей умирать, была невыносима.

Противник перестроился и вновь бросился в атаку. Многие падали, но остальные продолжали теснить защитников площади.

– Ваше величество, умоляю вас, отойдите отсюда, – сказал Лифтон. – Они вот-вот могут прорвать оборону.

Энни стряхнула его руку с плеча и прикрыла глаза, ощущая, как звон стали и хриплые крики боли вибрируют в ней, и потянулась с их помощью к той силе, которая ей требовалась, чтобы вскипятить чужую кровь и мозг. Если она сумеет разбудить мощь, которая была с ней в Крубх Крукхе, то изменит ход схватки или хотя бы даст своим людям передышку.

Однако в Крубх Крукхе нечто, обладающее силой, таилось в земле, средоточие болезни, которую ей удалось выдавить на поверхность, словно гной из нарыва. Здесь она ощущала что-то похожее, но оно было дальше и не таким очевидным, а рядом она чувствовала присутствие демона, ждущего, когда она откроет ему путь. И все же она колебалась.

Неожиданно новый звук перекрыл шум сражения, и Энни открыла глаза, чтобы выяснить, что происходит.

Ее сердце сжалось, когда она увидела, что нападающие получили подкрепление и почти удвоили численность – так ей показалось сначала.

Но потом она поняла, что ошиблась: вновь прибывшие не носили доспехов, во всяком случае большинство из них. Они были одеты как ремесленники, купцы и земледельцы. В руках они сжимали дубинки и вилы, гарпуны и охотничьи луки, ножи и даже несколько мечей, и они врезались сзади в ряды ее врагов.

Гвардейцы дружно испустили боевой клич и ринулись в атаку со стены. Реки крови потекли по улицам Двора Гобеленов.

– Народ Эслена, – прошептала Остра.

Энни кивнула.

– Я послала четверых солдат, чтобы они рассказали людям о нашем прибытии. Мне хотелось проверить, могу ли я рассчитывать на их поддержку. – Она обернулась к подруге и улыбнулась. – Похоже, что некоторые готовы за меня сражаться.

– Не вижу в этом ничего удивительного, – с жаром ответила Остра. – Ведь ты же их королева!

На закате Энни стояла у окна башни Святого Кизела на Твердыне. Вечер выдался на удивление красивым; в огромное брюхо солнца вонзались далекие башни Торнрата. Залив Энсэ превратился в красное зеркало, различимое между остроконечных вершин Том Вота и Том Каста. Она видела бархатистый в темноте Выгнутый луг, а много ниже – залитые винными отблесками дома мертвых в Тенистом Эслене. Ветер дул с моря, принося свежие и чистые ароматы.

99
{"b":"352","o":1}