ЛитМир - Электронная Библиотека

Он развернул фантик и протянул конфету собаке. Та принюхалась, и сразу же на ошейнике сменилась надпись. Теперь на нем было написано: «Кушать!» Конфетка исчезла во рту у Тяпы, и Емеля заметил, что глаза собаки стали еще преданнее и ласковее. Может быть, конфетка и впрямь была волшебной? Но Емеля удивился совсем не этому.

– Оказывается… – прошептал он. – Оказывается, ты умеешь разговаривать? Ну и ошейничек! Только вот жалко – конфет у меня больше нет.

Емеля машинально скомкал фантик, который превратился в маленький бумажный шарик, и бросил его в кусты. Волнение помешало ему сообразить, что мусор в парке вообще-то надо выбрасывать в урны. Тяпа рванулась следом за улетающим бумажным шариком, и на ошейнике появилась новая надпись. Емеля догнал собаку у куста и прочитал: «Искать!»

– Что это вы разыгрались! – услышал он за спиной сердитый возглас тетеньки. – Отдавай поводок! Ты, наверное, обманул меня? Нет там нигде никакого молодого человека.

– А я… – растерялся Емеля. – А я… Наверное, это не вас разыскивали. Извините, что так получилось. Какой у вас замечательный ошейник! Где вы его купили? Тяпа с ним просто самая настоящая говорящая собака.

Тетенька взглянула на ошейник и переменилась в лице.

– Все, мальчик! – чуть не закричала она. – Иди своей дорогой, не приставай к нам! Обманщик! Иди, иди, что же ты стоишь!

Емеля даже попятился от такого напора. Что можно сказать, когда тебя так настойчиво прогоняют? Вот только почему? Его обман ведь был совсем безобидный…

Он оглянулся и встретился с жалобным взглядом Тяпы. Собака словно спрашивала: «Куда же ты? Мы только что подружились…»

Но тетенька так сердито сверкнула на Емелю своими зеркальными очками, что он поспешил отвернуться. И только услышал, как она взволнованно забормотала:

– Ну наконец-то, наконец-то! Ищи, ищи, Растяпочка! Порадуй меня, моя кисонька…

«Хоть бы научилась с собаками по-человечески разговаривать, – сердито подумал Емеля. – Кисонька! А мышкой ее не надо назвать?»

Емеля снова поднялся на террасу и осторожно глянул вниз. Через какое-то мгновение он увидел, что во рту у Тяпы оказался бумажный шарик, скрученный из фантика. Емеля не удержался и прыснул, сразу же отпрыгнув подальше от ограды. Снизу донеслись сердитые возгласы тетеньки:

– Глупая собака! Всякую гадость ты умеешь разыскивать, а на серьезные дела у тебя ума не хватает. Фу, фу!

Емеля выглянул еще раз и увидел, что она вырвала у Тяпы шарик и забросила его подальше в кусты. Теперь она тащила Тяпу за поводок куда-то дальше по тропинке. Подальше и от шарика, и от Емели, который следил, затаившись за оградой террасы. Вот они и скрылись за дальними кустами.

Ну и встреча! От всего происшедшего у Емели просто кружилась голова. Во-первых, вполне возможно, что конфета оказалась все-таки волшебной. Ведь можно считать, что Тяпа с ним подружилась! Во всяком случае, она передавала Емеле свои мысли… Но что же разыскивает здесь тетенька с помощью чудесного Тяпиного ошейника? Шарики из фантиков ее явно не устраивали.

«Но ведь я не в последний раз пришел сюда на прогулку, – подумал Емеля. – Все интересное, кажется, впереди! Эх, Тяпа-Тяпа! Никакая ты не растяпа…»

Емеля был в этом абсолютно уверен.

Глава II

Единственный экземпляр

– Выбрал! – сообщил Емеля радостную новость, столкнувшись с папой в прихожей. – Выбрал собаку!

Папа понял не сразу. Секунд пять он оторопело смотрел на Емелю. Странный народ эти родители, которые работают в школе учителями! Требуют от своих учеников сообразительности, а сами не всегда соображают быстро.

Папа испуганно выглянул за дверь на лестничную площадку.

– Ты что, привел ее домой? – спросил он.

– Если бы так, – вздохнул Емеля. – Но я же не ничейную собаку выбрал.

Они прошли на кухню.

– Ну и какая это порода? – спросил папа. – Интересно, за чье право на жительство в нашей квартире нам предстоит бороться?

– Если бы мама ее только увидела! – воскликнул Емеля. – Ни за что нам не надо было бы бороться. А порода… Я не знаю такой породы.

– Подожди-ка, – сказал папа. – Я тоже не сидел сложа руки. Купил собачий справочник.

Он принес альбом, на обложке которого были нарисованы фигурки собак.

– Вот, ищи свою избранницу, – протянул папа Емеле книгу.

– Почему это избранницу? – удивился Емеля. – Вообще-то ее зовут Тяпа.

– Это я просто так сказал, – пояснил папа. – Дело ведь не в конкретной Тяпе. Важно определиться с породой.

Определиться оказалось непросто. Емеля пролистал справочник один раз, другой… Похожей на Тяпу собаки не попалось.

– Внимательней смотри, – посоветовал папа. – Художник мог неточно нарисовать.

– Как же неточно, если это справочник? – вздохнул Емеля. – Нет здесь такой породы. И мне кажется, ее вообще нет.

– Как это? – не понял папа. – Только что ты сказал, что выбрал… Значит, видел собаку! А сейчас говоришь, что такой породы вообще нет.

– Ну и тугодум ты, папа! – сказал Емеля. – Ставлю тебе двойку по собаководству. Хотя мне совсем не до шуток. Подтвердились мои догадки. Собака, которую я выбрал, – неопределенной породы.

– Так-так-так… – задумчиво пробормотал папа. – Значит, получается, единственный экземпляр, что ли? Но все-таки, может, таких неопределенных пород тоже много? Надо в Интернете посмотреть. Раз уж мы решили обзавестись собакой, то придется изучать этот вопрос досконально.

– Как ни изучай… – невесело отмахнулся Емеля. – Ничего не изменится от этого изучения. Вот я тоже и на тебя, и на маму одновременно похож. Но у меня же нет брата-близнеца! Значит, и я единственный экземпляр. И Тяпа…

– Вот именно! – поднял вверх палец папа. – Но это не значит, что ты беспородный! Тьфу ты, кажется, я начинаю запутываться в этой истории. Итак, надо определить, из каких пород получилась эта твоя Тяпа, и как раз искать такую же. К тому же можно расспросить ее хозяев, где они ее взяли. Может, действительно, есть у этой собаки братья-сестры. Не близнецы, но все же. Из любой ситуации должен быть выход. И твой выбор… Неужели он такой окончательный? Ты же никогда не отличался капризностью, никогда не падал в магазинах на пол, требуя какую-нибудь игрушку…

Папа, наверное, хотел похвалить Емелю, сказав, что тот никогда не отличался капризностью, но Емеле от этого неожиданно стало стыдно.

– Действительно, – вздохнул он. – Осталось только упасть на пол, как маленькому. И закричать: хочу только такую собачку! Ладно, пап, не переживай. Забудь эту историю.

– Получается, ты меня успокаиваешь, – сказал папа. – А ты сам не расстраивайся. Ничего страшного не произошло! Мы еще не начинали настоящих поисков.

Емеля пожал плечами, машинально пролистал альбом еще раз и пошел к себе в комнату.

– Ну вот… – Папа приоткрыл дверь через пять минут. – Ты уже сидишь, уставившись в одну точку. Мне это не нравится! Я не хочу, чтобы ты привыкал к нерешаемым проблемам или ожидал, что они решатся по щу… сами собой. Надо учиться искать выход! Это я во всем виноват. Ведь это я посоветовал тебе начинать свои поиски таким образом. А надо было начинать выбор не с прогулок, а хотя бы вот с этого справочника. И как мне могло прийти в голову сказать тебе, чтобы ты приглядывался к чужим собакам?

– Лучше бы я не брал в руки ее поводок, – вздохнул Емеля. – И не разговаривал бы с ней.

– Как это ты с ней разговаривал? – удивился папа. – Хотя понятно. Ты, наверное, что-то ей приказал, а она сразу же послушалась. Но ведь почти все собаки понятливые! Ничего удивительного.

– Если Тяпа что-нибудь хочет, это загорается на ошейнике, – задумчиво продолжал Емеля. – Кушать, играть, искать…

– Ну, ошейник никакого отношения к ее умственным способностям не имеет! – воскликнул папа. – Наверное, какая-нибудь электронная японская штучка! На любой собаке она будет точно так же действовать. Купим и мы такой же. И даже на мне проверим – прямо в магазине.

3
{"b":"35245","o":1}