ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Линда прикоснулась губами к щеке Бруно и провела по ней кончиком языка – предложив сначала деньги, а потом и себя, она могла быть уверена – все будет так, как ей нужно. За долгие годы она прекрасно выучила, как ладить с мужчинами и как с ними бороться.

– Ты предлагаешь мне кинуть Аруна?

Бруно немного отстранил лицо от Линды, но та сжала ноги прочным кольцом и зашептала на ухо:

– Его уже кинули. Но он не может ничего сделать, ты сам должен это понимать. У Аруна на хвосте висят твои коллеги, и они очень хотят найти пропавшие два килограмма. Только дело в том, что их уже нет.

– Как так? А что Пепе повезет продавать?

– Это не твоя забота, но кокаина нет, глупая служанка пыталась постирать им простыни. Зато пока еще есть деньги, которые готовы за него заплатить. Ты знаешь, где они, и ты знаешь, как их забрать.

– Нет, я не могу, – Бруно попытался встать с кресла, но Линда не позволила ему этого сделать, она успела прочитать в глазах полицейского и алчность, и желание, осталось совсем немного – и он сломлен.

– А в чем дело? – полотенце развязалось и упало на пол, Линда тут же почувствовала реакцию Бруно и улыбнулась. – Ты получишь не только деньги.

– Через пару часов на сиолимском перекрестке будет Арун с двумя парнями в полицейской форме, я им достал ее, чтобы самому не ввязываться в это дело.

– Вот как, – Линда слезла с Бруно и обвязала полотенце вокруг тела. – Но ведь нам ничего не мешает сдвинуть время сделки на час раньше. А чтобы ты не переживал, что Арун тебя в чем-либо заподозрит, я отправлю туда Пепе – пусть они разбираются сами. Ты же на работе сейчас, регистрации проверяешь? Проверь ее у иностранца в белом «джипси» у церкви Святого Энтони.

Линда поцеловала Бруно в губы, полотенце опять упало на пол, он попытался этим воспользоваться и прижал ее к себе, но Линда, ловко вывернувшись, прошла к двери и открыла ее – напарники Бруно, скучающие у ворот, присвистнули, увидев обнаженное тело и ярко представив, чем тот занимался все это время.

– Возвращайся скорее, я очень хочу сдержать свое обещание. Удача сегодня с тобой, хоть ты и говорил, что тебе она не нужна.

Линда дождалась, когда Бруно заведет машину и тронется, закрыла дверь и прошла на кухню, нашла в справочнике номер телефона ближайшей к аэропорту гостиницы и забронировала номер на ночь, потом заказала билеты на утренний рейс до Бомбея и позвонила Пепе:

– Бери своего братца и срочно приезжай.

27.

Вода в душе, огороженном со всех сторон пальмовыми листьями, была такой же горячей, как из-под крана в Королеве. Болту нравилось, как солнце искрится в брызгах, падающих из пластмассовой лейки, он стоял под струями и смывал с себя соль и песок, налипшие за час игры во фрисби.

Раньше Серега и не думал, что с виду обыкновенное кидание пластмассовой тарелки может оказаться настолько захватывающим. Минут пятнадцать он учился правильно ее запускать, а потом, слегка освоившись с техникой, носился по пляжу как угорелый – прыгал вверх, когда диск летел высоко над головой, и падал в песок, не дав тарелке опуститься на землю раньше, чем он сам ее поймает.

Морджим начинал нравиться Сергею. В отличие от Мандрема, тихого и спокойного в любое время суток, жизнь здесь начиналась рано утром и не заканчивалась до полуночи. Бунгало, которое Лида сняла двое суток назад напротив ресторана «Шанти», так и осталось за Болтом – Лена, в знак благодарности за проведенную им сторожем ночь в ресторане, предложила остановиться у нее в гестхаусе на несколько дней.

Морджим был не настолько туристическим местом, как сначала показалось Сергею. Да, здесь были люди, которые прилетали на две недели из холодной Москвы, снимали пальмовые бунгало или фанерные домики, проводили четырнадцать дней в угаре и возвращались обратно, оставляя после себя кучу нерешенных вопросов, типа разбитых скутеров или неоплаченных счетов. Однако большая часть русских на Морджиме туристами не были – они, как серые сибирские журавли, о которых рассказывал Вася, прилетали на зимовку и выжидали, пока в России появятся первые подснежники. Гнездились русские, как правило, в виллах и добротных домах, которые начали строиться на Морджиме, как только на них появился спрос.

Жить на юге, даже в Индии, дорого. Те, у кого не было собственного банка в Москве или хотя бы квартиры, которую можно сдать на зиму – денег за месячную аренду однокомнатной в Беляево вполне хватало на месяц жизни рядом с Морджимом, – «мутили», как они сами выражались, какой-нибудь бизнес на месте. Кто-то перепродавал билеты на чартеры, кто-то пересдавал втридорога жилье – таких, в принципе, как и туристов, тоже было немного, но они создавали инфраструктуру, необходимую для любого сообщества.

Большая же часть русского комъюнити на Морджиме занималась ничегонеделанием – а чем еще можно заниматься, когда под боком теплый океан, белый песок и официант со свежевыжатым ананасовым соком?

Лень была неотъемлемой частью гоанского синдрома, а им в этой деревне были больны все.

Около десяти утра на пляже появлялись первые загорельцы, к одиннадцати в «ГлавФише» подавали завтраки, а уже в двенадцать начиналась сиеста. В отличие от мандремской спячки, на Морджиме это было время для решения важных вопросов – чем заняться вечером, где достать стафф и как им грамотно распорядиться. Закончив играть во фрисби с голландцем Эриком, который, собственно, и научил Болта правильно запускать тарелку, Сергей пошел по пляжу в сторону устья реки Чапора в сопровождении четырех собак. Около полудня со стороны океана начинают дуть ветра – все побережье, от Морджима до Арамболя, – идеальное место для кайтинга. Красивые разноцветные парашюты-крылья поднимаются в воздух и носят на досках по волнам любителей экстрима. Там, где река впадает в океан, – волны побольше, и адреналина, соответственно, тоже.

– Можешь научить? – Болт подошел к парню, который старательно раскладывал на песке стропы.

– What? – он даже головы не поднял.

– Понятно, не можешь, – Сергей пошел обратно; собаки, громко лая, помчались в сторону чаек, поднимая огромную белую стаю в воздух. Несколько тысяч птиц одновременно взлетели, выждали, пока псы угомонятся, и вновь заняли место у воды, охотясь на крабов, ищущих спасения в своих норках.

«Casa Goana», «Montego Bay», «Bora Bora» – Болту нравились названия, хоть он и не понимал их смысла. В каждом хотелось остановиться и что-нибудь заказать, но все они пустовали, а сидеть в полном одиночестве и смотреть на синее море – тогда можно было и не уезжать из Кавелоссима. В «ГлавФише» всегда кто-то был, не обязательно для того, чтобы поесть или попить, – для русского Морджима это было основное место сбора, обмена новостями, сплетнями и эмоциями. На стене у входа висела доска объявлений, а на противоположной – жестким напоминанием – огромная карта Москвы. Чтоб до конца не расслаблялись и помнили.

«Меняю квартиру в Электроуглях плюс дачу где-то там же на любой дом в Морджиме» – объявление выглядело, как шутка, но внизу красным маркером было добавлено: «СЕРЬЕЗНО».

Болт развалился на матрасике у низкого столика – все-таки очень удобно, когда в ресторане можно лежать, – и заказал мохито. Освежает и слегка пьянит – то, что нужно в нерабочий полдень.

– Серега, ты что ли? – с противоположного конца ресторана подскочил паренек. Болт понял, что это его одноклассник, двоечник Миха, только когда тот сел рядом. – Ну ни фига ж себе. Ты что здесь делаешь?

– Мохито пью.

– А в Гоа как оказался?

– Сам понять не могу.

– Давно прилетел? Надолго?

– На две недели, в это воскресенье уже улетаю.

– Вот бля, невезуха! – Миха искренне посочувствовал Болту. – А я тут уже второй сезон торчу. Бизнес в Москве идет нормально, моего присутствия не требует. Вот я и кайфую, жизнью наслаждаюсь. Ты где остановился?

– Номер в гостинице в Кавелоссиме, вещи на Мандреме, а сам здесь, в «Шанти».

42
{"b":"35306","o":1}