ЛитМир - Электронная Библиотека

– Да ладно! – крикнул Тарл. – Уже идем.

Проковыляв вперед по изящной синусоиде, он отпер засов, и дверь мгновенно распахнулась, отбрасывая его назад и впечатывая в стену. Котик проскочил мимо него с такой скоростью, словно его из большого лука пустили, а за ним в коридор прорвались Ронан с Тусоной. Марвуду показалось, что с той стороны к двери бросаются два кобрата, но тут Тусона с размаху ее захлопнула и, тяжело дыша, привалилась к стене.

– Клят, – сердито пробормотал Тарл, с трудом отлепляя себя от каменной стенки. – Что еще за спешка? Пива на всех хватит.

Он осекся, когда Тусона ядовито на него посмотрела.

– А что такое? – поинтересовался он затем. – Ты что, загрустила? На, пивка выпей.

Тогда Тусона во всех подробностях объяснила ему, что он должен со своим пивком сделать, и лицо Тарла посерело от потрясения.

* * *

Первые пять кобратов наблюдали, как их новый хозяин вместе со своими друзьями вытряхивается за дверь. В то самое мгновение, как дверь за хозяином захлопнулась, они повернулись к роще и начали охоту, а двое вновь прибывших, лишенные своей добычи, к ним присоединились. Кобраты знали, что пятеро мужчин попали в ловушку, а потому не торопились, забавляясь с ними как кошки с мышками.

Первым выпало умереть Холдею. Он визжал как свинья, пока бритвенно-острые когти распарывали его жирное брюхо на корм кобратам. Скороед стал следующим. Прошло десять полных дикого ужаса минут, пока кобраты гоняли его и мучили. Наконец тварям наскучила забава, и они за считанные секунды разорвали его на куски. Шнобель к тому времени уже был мертв, ибо один из маленьких кролионов нашел его прячущимся в кустах, после чего член совета, подобно его предшественнику Нафталину, умер мучительной смертью от яда.

Шекель, убегая через подлесок в задней части пещеры, попал, как ему показалось, в липкую рыболовную сеть, и только после того, как эта сеть так облепила его, что он уже никак не мог высвободиться, Шекель понял, что это на самом деле такое. Тем не менее он отчаянно дергался, однако его усилия лишь пробудили гигантского паука, который эту паутину соткал. Пять минут спустя, когда Шекель был так опутан, что не мог даже глазом моргнуть, паук своими мощными жвалами проколол ему кожу на шее и приступил к кормежке.

Последним выпало умереть Зарванцу. Прошел почти час с начала погони, час, доверху полный ужаса и страдания, когда кобраты наконец приперли его к стене. Но тут слабое, изношенное сердце Зарванца сдало, и он умер раньше, чем они его тронули. Тогда кобраты склонились над ним, довольные тем, что успешно выполнили приказ хозяина, и стали кормиться. Их работа была закончена, и теперь они могли подождать здесь, в том месте, где они родились, пока хозяин поставит перед ними новые задачи.

ЭПИЛОГ

…и из всех, кого Ронан Однорукий и его друзья от Темных Гномов спасли, самой знаменитой следует считать кентавриху Трагату, ту самую, что в дальнейшем одной из известнейших фотомоделей Среднеземья сделалась. Прославилась она тремя годами позже, когда фотография ее обнаженной натуры бросилась всем в глаза на развороте гутенморгского журнала «Досуг в „Морге“, и, как злые языки говорили, не найти тогда было конюшни, где бы этот разворот не висел…

«Розовая Книга Улай»

Тарл стоял у входа в просторный зал и глазел на восемь металлических кабинок с толстыми стальными дверцами и панелями управления, сплошь покрытыми рычагами, циферблатами и переключателями. Поверху каждой кабинки гномскими рунами была выведена какая-то надпись.

– А что, мы уже выяснили, что это за фиговины? – спросил Тарл у Марвуда.

– Согласно рунам, это – передатчики материи, – ответил Марвуд, который занимался тем, что составлял перед собой большие деревянные ящики. – Как думаешь, что вообще-то передатчик материи делает?

– Гм… всякими там тряпками торгует? – предположил Тарл.

Марвуд взломал сбоку один из ящиков и с сомнением посмотрел на его содержимое. На вид оно очень напоминало большие красные свечи, однако Марвуд резонно предполагал, что эти свечи куда как опаснее обычных.

– Ладно, – сказал он. – Здесь мы закончили. Пора на выход. Вряд ли нам стоит быть поблизости, когда вся эта ерунда рванет…

* * *

Трое суток Тарл, Тусона, Гебраль и Марвуд обследовали город Тарарам, пока Ронан с забинтованной рукой лежал на койке в Отделе Медикаментов и выздоравливал. Он потерял столько крови, что к тому времени, как они доставили его к Гебрали, он опять впал в бессознательное состояние. Геб использовала всю свою силу, чтобы ему помочь, но с его отрубленной кистью даже она сделать ничего не сумела.

Большую часть этого времени Ронан проспал, а Тусона, сколько смогла, молча просидела у его койки. Когда Ронан просыпался, она с ним разговаривала. Им нужно было обсудить множество планов на будущее, ибо теперь, после устранения совета «Оркоубойной», их миссия была выполнена. После того как благодаря декану Нибалу Ронан стал почетным магистром киллерологии и оказался тем самым в безопасности от киллеров, он сумел выполнить и свою часть сделки. Внук декана был живым и невредимым вырван из лап гномов, а вместе с ним Трагата и остальные пленники. На следующий день после освобождения они сытыми и хорошо вооруженными группами отправились по домам.

Орки отбыли сразу же после того, как осушили все гномское пиво, на что у них ушло ровно двадцать четыре часа. Тарл с Марвудом при содействии Чирика поддерживали среди них некое подобие порядка.

Большую часть этого воинства составляли городские орки, всю жизнь привыкшие болтаться по кабакам, рассуждая о днях минувших и о легендарных устроителях пирушек вроде Газа Высокого. Для них это был первый опыт настоящей военной пирушки, и опыт этот оказался весьма успешным. В результате Чирик стал для них окончательным и бесповоротным героем, и они выполнили бы любое его требование (если он только им бросить пить не приказал).

Что касалось гномов, то их осталось совсем немного. Очень многих убили орки, а другие бежали из города. От силы сотня сдалась. Все они, похоже, искренне сокрушались по поводу клятских безобразий преступного режима Аминазина. По душам с ними переговорив, Тусона с Гебралью приняли их клятву на верность. Гномы показали им город, объясняя суть различных изобретений и открытий, однако Тусона хорошенько позаботилась о том, чтобы никому не было позволено проникнуть в Виварий.

Как раз тогда Гебраль услышала про свойства различной взрывчатки и обнаружила, какие громадные ее количества гномы успели произвести. Немного подумав, она пришла к мысли о том, что следует сделать с Тарарамом. Оставшиеся гномы не имели ни малейшего желания надолго здесь задерживаться и собирались присоединиться к крупной экспедиции, давно планировавшейся в гномском мире, целью которой было вновь заселить заброшенный гномский город Камот под горами юго-западного Галиадора.

Было очевидно, что оставлять Тарарам на произвол судьбы слишком опасно. Требовалось что-то поделать со смертоносным оборудованием и существами, которые там все еще оставались. Тусона со своей стороны уже твердо решила позаботиться о том, чтобы кобраты дневного света больше никогда не увидели. Тогда перед гномами поставили задачу разместить всю имеющуюся взрывчатку в двенадцати стратегически выбранных точках по всему городу. Через три дня работа была закончена, после чего гномов освободили от их клятвы на верность, и они покинули город, направляясь к гномским землям на юго-западе. Затем Тарл, Марвуд и Гебраль сделали все приготовления, необходимые для успешного одновременного подрыва всей взрывчатки.

План был прост. В каждой из двенадцати груд взрывчатки имелся открытый ящик, в центре которого лежала единственная шашка ТНТ. Под запалом этой шашки, располагалась одна из двенадцати свечей, лично выбранных Гебралью. Она рассчитывала, что сможет одновременно зажечь все эти свечи с далекого расстояния при помощи заклинания Поджога. Не далее как через полчаса она была намерена это сделать.

68
{"b":"3537","o":1}