ЛитМир - Электронная Библиотека

Через окно рабочего кабинета Игоря Сергеевича Краснопольского, в криминальных кругах больше известного под кличкой Приз, открывался захватывающий вид на заводскую свалку. Кучи металлолома, отвалы из обрезков линолеума, остов грузовика, ржавая будка трансформаторной подстанции. В стороне на асфальтированной площадке черный БМВ седьмой серии, принадлежавший Краснопольскому. Второе окно выходило в цех, но через мутные, покрытые вековой пылью и копотью стекла, невозможно наблюдать за трудовой жизнью родного коллектива.

– Что-то я не втыкаюсь, Жора, объясни мне еще раз, – Краснопольский, стряхнув сигаретный пепел в банку из-под пива, строго посмотрел на человека, сидевшего с другой стороны стола. – Почему этот малолетний урод, как там его… А, Бобрик. Блин, ну и фамилия. Это точно фамилия, не кликуха? Хорошо. Так вот, почему этот паршивый хрен еще жив?

Евгений Фомин выглядел уставшим и вялым. Пальцами он мусолил галстук, поправляя узел, съезжавший на сторону, глубже запихивал в больное ухо клок ваты.

– Игорь, не сходи с ума, – Фомин поморщился. – Все слова уже сказаны. Я пришел в бокс автосервиса. Бобрик сидел в смотровой яме. И вокруг ни души. Удобный момент, чтобы все кончить. Но когда он вылез, возле бокса стал топтаться дворник. Ну, что мне и старика положить рядом? А заодно уж, коли начал, сжечь к чертям весь этот поганый сервис.

– Жора, ты теряешь квалификацию. Раньше ты умел хорошо обращаться с пушкой и пером. А теперь… Господи… Дворник ему помешал.

– Когда Бобрик приехал на встречу, ну, чтобы плюнуть на стекло бэхи, мы могли положить его прямо на перекрестке. Но в двух шагах от него, на автобусной остановке, торчала целая кодла туристов. Девки, парни… Хрен поймешь кто. Пришлось гоняться за ним. Бобрик ушел потому что…

Приз перестал слушать жалкие оправдания. В тяжелые минуты жизни, когда душа требовала поэтической созерцательности, а не рутины трудовых будней, Игорь Сергеевич, водрузив ноги на рабочий стол, перелистывал страницы книги «Звездное небо»или разглядывал плакаты полуголых девиц, пришпиленные конторскими скрепками к противоположной стене. Одна из девок, полногрудая, с плоским животом и отключенным задом, очень напоминала Краснопольскому его близкую подругу Леру. В ее лучшие времена. Теперь от той уникальной красоты мало что осталась, пока Краснопольский долгих пять лет на зоне строгого режима гнил в ШИЗО и топтал гнилую мордовскую землю, Лерка подсела на иглу, окончательно скурвилась и пошла по рукам. Теперь она – ни на что не годная дешевая потаскушка, которая обретается в кафе «Желтый попугай»что в районе трех вокзалов. Чтобы наскрести на дозу дряни, снимает пьяных вахлаков. Ублажая клиентов, исполняет в постели всякие непотребные номера и симулирует оргазм.

– Хорошо, я понял, – сказал Приз. – Там дворник, там туристы. В поле ветер, в жопе дым. С одним мотоциклистом у нас все получилось. А с другим ничего не выходит. Почему так?

– Парень умеет прятаться, – Фомин замычал и поморщился. – Черт, ухо болит. Игорь, все будет тип-топ. И беспокоиться не о чем. Я навел справки об этом Бобрике. Он весь как на ладони. Пара наших парней дежурит у сервиса, они поговорили со строителями из той общаги, где Бобрик ночует. То есть ночевал до недавнего времени. Малый оставил под своей койкой сумку с барахлом. Там паспорт и немного денег. Он явится за своими вещами или попросит кого-то из коллег привести ему сумку. После этого он наш.

– А если не явится? Со страху забудет о своей сумке? Он ведь знает, что его ищут не затем, чтобы пригласить на пельмени.

– Есть другие концы. Он заядлый мотоциклист, член байкерского клуба «Серебряная стрела». Гоняет на мотоциклах с такими же недоумками, как он сам. Можно попытаться поискать его среди этой публики. Но я бы на его месте совсем уехал из Москвы. Он родом из Никольска, есть такой городишко в пяти сотнях верст отсюда. Наверняка у Бобрика остались там кореша или родственники. Плясать надо от печки.

– Жора, у нас мало времени, чтобы заниматься художественной самодеятельностью, – поморщился Приз. – Плясками и танцами. Парень накатал одно заявление в легавку. Он может накатать вторую телегу. Толку от этой писанины немного, трупы не найдут. А поскольку нет пострадавших, никто не станет всерьез заниматься заявами такого урода. Но чем черт не шутит. Из-за пацана, жизнь которого ничего не стоит, может сорваться большая сделка. Мы потеряем все. Поэтому Бобрик – наша головная боль. Избавиться от нее надо очень быстро.

– Понимаю, – кивнул Фомин. – Что-то ты сегодня плохо выглядишь.

– Посиди в этой вони пару дней, совсем копыта отбросишь, – пожаловался Приз. – Чувствую себя как корова, которую доят каждый день, а е..ут раз в месяц. Только и делаю, что слюнявлю бабки. Одни расходы и никаких удовольствий. И ты не хочешь меня порадовать.

– Потребуется дней пять-шесть, чтобы найти Бобрика, – пожал плечами Фомин. – Это по максимуму. Мы насадили наживку, забросили удочки. Остается только ждать.

– Ждать мы не можем.

– Я завтра же съезжу в Никольск, на его родину.

Краснопольский впервые за сегодняшний день испытал приступ мигрени. Из цеха в его кабинет доносился рокот смесителя, проникал запах метилового спирта и еще какой-то химии, от которой кружилась голова, а во рту делалось сухо и кисло, будто проглотил лимон. На подмосковном заводе полимерных материалов Игорь Сергеевич арендовал эту административную пристройку и небольшой цех, где десяток рабочих расфасовывали в картонные коробки казеиновый в клей сомнительного происхождения. И еще в огромном чане из нержавейки бодяжили и разливали в пластиковые канистры самопальный антифриз. Товар сбывали мелким оптом на рынках Подмосковья и соседних областей. Бизнес не то чтобы процветал, но и жаловаться грех, копейка в кармане оседала.

Около года назад, когда Приз выписался из строго мордовского санатория, он убедился, за последние пять лет жизнь ушла далеко вперед, а он безвозвратно отстал от веселого поезда. Бизнесмены, которые в прежние времена бегали за Призом на цирлах, платили ему за покровительство и защиту, теперь ни в чем не нуждаются. У них есть свои вооруженные до зубов парни из службы охраны. Бригады Краснопольского, состоявшая из спортсменов и уголовников, которой он руководил до посадки, контролируя несколько подмосковных городов и поселков, больше не существовало. Кто-то с концами уехал за границу, кто-то мочканули конкуренты, кто-то переметнулся в стан врагов, кто-то ссучился. Люди, с которыми Приз когда-то делал бизнес, шерстил лохов и коммерсантов, теперь даже не хотели вспомнить его имя. Большой пирог давно поделили, кровавые деньги отстирали, а ему, как мелкой доходной птичке, не оставили даже мелких крошек.

Ни связей, ни влиятельных друзей. Трудно начинать с нуля, на голом месте, когда тебе под сорок. Небольшая квартира на окраине Москвы, несколько корешей, готовых тряхнуть стариной. Вот и все его козыри. Выйти из зоны и сразу же вступить в прямой конфликт с уголовкой, – вариант дохлый. Надо было завоевать в обществе какое-то положение, например, заделаться комерсом. С этим статусом легче решать собственные проблемы.

Деньги, заныканные на черный день, Приз разделил на две части. Одна половина – это НЗ на черный день. На другую половину он взял паленый бумер, прикупил несколько итальянских клифтов по штуке, свел самые заметные татуировки на внутренних сторонах ладоней и пальцах. Он постарался забыть блатные словечки, которыми обогатил свой лексикон на зоне, то оказалось не трудно, потому что Приз всегда считал воров неудачниками по жизни, синяками, презирал их законы. Он даже перечитал брошюрку «Этикет на все случаи жизни». Присмотрел в ближнем Подмосковье предприятие, едва сводившее концы с концами, арендовал этот заводской цех и административное помещение, нанял работяг. И вот теперь он генеральный директор какого-то там сраного АО, название которого без запинки и выговорить не может.

Приз ненавидел этот завод, казеиновый клей и левый антифриз, свой статус мелкого предпринимателя, но тешил себя надеждой, что дерьмо совсем скоро кончится. Ему не нужно будет просиживать несколько часов в день в этом вонючим сортире, подмахивая всякие бумажки, и закрывать зарплату. Остается немного потерпеть, а там… За ближайшим поворотом откроются очень интересные виды и головокружительные перспективы. Совсем скоро, вспоминая этот клоповник, пропахший техническим спиртом, он будет лишь посмеиваться. Но сейчас надо решить небольшую проблему.

18
{"b":"35384","o":1}