ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Я едва не выронил телефон. Заметив это, Зия подвинулась ближе. Я вновь сосредоточился: «Думай. Прочь эмоции. Реконструируй картину». Я прикинул свои возможности. Тикнер с Риганом ни за что мне не поверят. И не выпустят отсюда. Вероятно, нас с Рейчел арестуют. Положим, мне удастся доказать свою невиновность. Но почему я, собственно, должен это делать?

Есть ли хоть один шанс, что дочь жива?

Это главное. Если есть, надо возвращаться к изначальному плану. Сотрудничество с властями, особенно если иметь в виду их подозрения на мой счет, ничего не даст. Что, если, как говорится в записке похитителей, у них в полиции крот? В настоящий момент тот, кто взял сумку (неважно, кто), понятия не имеет, что по пятам за ним следует Рейчел. А что будет, если вмешаются полиция и федералы? Похитители ударятся в панику и выкинут что-нибудь абсолютно непредсказуемое.

Есть и еще одно обстоятельство. Доверяю ли я Рейчел, как прежде? Фотографии, надо признаться, это доверие несколько поколебали. Честно говоря, я в шоке. Тем не менее, не остается ничего иного, кроме как счесть всякие сомнения досадной помехой. Следует сосредоточиться на главном. Тара. Как наилучшим образом докопаться до того, что с ней, где она?

– Сильно тебя покалечили? – спросил я.

– Ничего, выживу, – пообещала Рейчел.

– В таком случае жди.

Я отключил телефон и посмотрел на Зию:

– Тебе придется помочь мне выбраться отсюда.

* * *

Тикнер и Риган сидели в дальнем конце коридора, где находилась так называемая докторская гостиная – название, мало подходящее для непритязательной комнаты со стареньким телевизором. Да, еще имелся в наличии миниатюрный холодильник. Тикнер открыл его и обнаружил два пакета с едой, на каждом – имя владельца. Это напомнило ему начальную школу.

Тикнер развалился на диване, давно потерявшем пружины.

– По-моему, сейчас самое время его арестовать.

Риган промолчал.

– Что-то вы и в палате больше молчали. Что там у вас на уме, выкладывайте.

– Меня смущают слова Сайдмана. – Риган поскреб пятно на подбородке.

– Какие именно?

– Вы не думаете, что в них что-то есть?

– Вы имеете в виду его заверения в невиновности?

– Ну да.

– Честно говоря, нет, не думаю. А вы ему верите?

– Не знаю, – задумчиво сказал Риган. – Вернее сказать, не понимаю, зачем ему в таком случае понадобились все эти игры с деньгами. Он не мог знать, что мы раскопали лазерный диск и установили за ним слежку. Но пусть даже и зная, все равно непонятно. Зачем гнаться за машиной? Между прочим, ему сильно повезло, запросто мог убиться. Второй раз выскакивает из могилы. Это возвращает нас к началу истории. Если похищение устроил он вместе с Рейчел Миллз, тогда кто в него стрелял? И почему? – Риган покачал головой. – Слишком много дыр.

– Которые мы одну за другой латаем, – возразил Тикнер.

Риган склонил голову набок.

– Не будете же вы отрицать, что мы массу чего накопали сегодня на Рейчел Миллз? – продолжил Тикнер. – Теперь осталось притащить ее сюда и задать жару обоим.

Риган промолчал.

– Ну а теперь что вам не нравится? – досадливо поморщился Тикнер.

– Разбитое окно.

– Не понял.

– Следите за моей мыслью. – Риган выпрямился. – Вернемся к началу, к убийству и похищению.

– То есть в дом Сайдмана?

– Да.

– Ладно, поехали.

– Окно было разбито снаружи. Через него похититель проник в дом.

– Или, – подхватил Тикнер, – Сайдман сам его разбил, чтобы ввести нас в заблуждение.

– Или у него был сообщник.

– Тоже возможно.

– Но, в любом случае, доктор Сайдман не мог не знать о разбитом окне. Если он действительно причастен к преступлению.

– К чему вы клоните?

– Не торопитесь, Ллойд. Мы считаем, что у Сайдмана рыльце в пуху. Следовательно, он должен был знать, что окно разбито, чтобы все выглядело… ну, я не знаю… так, будто кто-то действует наугад. Согласны?

– Допустим.

– Так почему же, – Риган улыбнулся, – он так ни разу и не упомянул о разбитом окне?

– Что?

– Перечитайте его показания. Он помнит, что съел овсяное печенье, а затем – бац! – пустота. Ни картинки. Ни звука. Никто к нему не подбирается. Ничего. – Риган поднял палец. – Почему он не может вспомнить про разбитое окно?

– Потому что сам его разбил.

– В этом случае Сайдман непременно бы упомянул о нем в своих показаниях. Рассуждайте. Он разбивает стекло, чтобы убедить нас, будто похититель проник через окно в дом и выстрелил в хозяина. Что бы вы сказали на его месте?

– «Я услышал звон разбитого стекла, повернулся и получил пулю в грудь», – так бы я сказал.

Теперь Тикнеру стало ясно, куда клонит Риган.

– Вот именно. Но Сайдман этого не сделал. Почему?

– Может, забыл? – пожал Тикнер плечами. – Он ведь был серьезно ранен.

– А может – продолжайте следить за моей мыслью, – может, он просто говорит правду?

Открылась дверь, и в комнату заглянул молоденький санитар с измученным лицом. Увидев полицейских, он закатил глаза и удалился.

– Минуточку, – сказал Тикнер, – если окно разбил не Сайдман, а похититель, то почему хозяин не слышал звона?

– Возможно, просто запамятовал. Разве так не бывает? Сплошь и рядом. – Риган улыбнулся, ему явно понравилась собственная мысль. – Особенно если человек увидел нечто совершенно поразительное. То, что ему не хотелось бы вспоминать.

– Например, жену, раздетую догола и убитую.

– Например. А может, и кое-что похуже.

– Что же может быть хуже?

Из коридора донесся звонок. Ответили на ближайшем медицинском посту. Кто-то ворчал по поводу смены.

– Мы ведь сами чувствуем, чего-то в этом деле не хватает, – медленно сказал Риган. – Мы твердим об этом с самого начала. Но возможно, все обстоит прямо противоположным образом.

Тикнер нахмурился:

– То есть?

– Мы постоянно примешиваем к делу доктора Сайдмана. Послушайте, мы оба прекрасно знаем статистику. В подобных ситуациях муж всегда оказывается виновен. Даже не в девяти случаях из десяти, а в девяноста девяти из ста. Вот и мы, раскладывая колоду, никак не можем отделаться от Сайдмана.

– А вы считаете…

– Не перебивайте, пожалуйста. Мы ведем Сайдмана на поводке с самого начала. Его брак менее всего напоминал идиллию. Он женился, потому что невеста забеременела. Вот мы и ухватились. Но согласитесь, будь они с Моникой, как Дафнис с Хлоей, мы все равно сказали бы: «Нет, это чистое притворство, такими счастливыми не бывают», – и гнули свое: Сайдман причастен к убийству и похищению. Но давайте хоть на мгновение вычтем доктора из уравнения. Предположим, он невиновен.

Тикнер пожал плечами.

– Давайте.

– Сайдман говорил о том, что его связывает с Рейчел Миллз? Связывало все эти годы?

– Говорил.

– Похоже, он немного помешан на ней.

– Похоже.

– А что, если у них это взаимно? – Риган улыбнулся. – Или даже больше, чем взаимно.

– И что теперь?

– Предположим, Сайдман ни при чем. Он говорит правду. Обо всем. О последней – до супермаркета – встрече с Рейчел Миллз. О фотографиях. Вы ведь видели его лицо, Ллойд. Сайдман не такой уж великий актер. Эти снимки произвели на него шокирующее впечатление. Он не знал об их существовании.

– Трудно сказать, – нахмурился Тикнер.

– Да? В таком случае я обратил внимание еще на одну вещь, связанную с фотографиями.

– А именно?

– Частный сыщик не сделал ни одного снимка, на котором наши герои были бы вместе.

– Ну, да, они соблюдали осторожность.

– Да неужели? Она болталась неподалеку от его работы, заходила в госпиталь. Опасливые люди такого себе не позволят.

– Ну и каков вывод?

Риган улыбнулся:

– Думаю, Рейчел знала, что Сайдман в здании. Но из этого не следует, будто он знал о ее местонахождении.

– Секунду. – Тикнер расплылся в улыбке. – Вы считаете, она его подстерегала?

– Вполне возможно.

– Вдобавок, – кивнул Тикнер, – это ведь не просто женщина. Это хорошо подготовленный федеральный агент.

44
{"b":"354","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Долина драконов. Магическая Экспедиция
Черное пламя над Степью
Безмолвные компаньоны
Опасные игры
Три принца и дочь олигарха
Лицо удачи
Прыжок над пропастью
Ветер Севера. Аларания