ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Вот именно. – Тикнер уже был посредине коридора. – Позвоните мне, когда что-нибудь узнаете.

* * *

– Об этом нелегко говорить… – начала Рейчел.

Я промолчал. Скапливалось все больше и больше вопросов, они придавливали нас, лишали энергии. Не сводя глаз с дороги, я просто вел машину и ждал продолжения.

– Ленни был с тобой, когда ты впервые увидел эти фотографии?

– Да.

– И они его удивили?

– Так мне, по крайней мере, показалось.

– А вот Черил, наверное, не удивилась бы. – Рейчел откинулась на спинку.

– Почему это?

– После того, как ты узнал от нее номер моего телефона, она позвонила предупредить.

– Насчет чего?

– Насчет нас.

Других объяснений не требовалось.

– Меня она тоже предупредила, – заметил я.

– После смерти Джерри – моего мужа звали Джерри Кэмп – для меня наступили, скажем попросту, тяжелые времена.

– Это я понимаю.

– Нет, нет, не в том смысле, в каком ты думаешь. Мы ведь с Джерри работали вместе недолго. Можно сказать, вообще не работали. Меня отправили в Квонтико на курсы переподготовки, Джерри был там инструктором. Но не просто инструктором – легендой. Это был Агент с большой буквы. Помнишь дело Килроя, о нем еще все говорили несколько лет назад?

– Ты про серийного убийцу?

Рейчел кивнула.

– Так вот, поймали его главным образом благодаря Джерри. Послужной список у него был один из лучших в Бюро. Ну а я… Трудно даже сказать, как все это получилось. А впрочем, не так уж трудно. Джерри был старше меня. В моих глазах он выглядел чем-то вроде отца, патриарха. Я была без ума от ФБР. Это была моя жизнь. Джерри положил на меня глаз. Я была польщена. Но думаю, что по-настоящему не любила его…

Рейчел запнулась, я ощутил на себе ее взгляд. Сам же продолжал смотреть на дорогу.

– А ты любил Монику? – спросила она. – Я хочу сказать – всерьез?

Я почувствовал, как у меня напряглась шея.

– Это еще что за вопрос?

Рейчел, помолчав, сказала:

– Извини. Действительно, вопрос неуместный.

Повисла пауза. Она становилась все более тягостной.

– Ты что-то начала про фотографии. – Я пытался говорить спокойно.

– Да-да. – Рейчел поерзала. Из украшений на ней было только кольцо. Его-то она так и сяк вертела. – Когда Джерри умер…

– Был убит, – перебил я и вновь почувствовал на себе взгляд Рейчел.

– Ну да, убит.

– Это ты его убила?

– Нехорошо это, Марк.

– Что нехорошо?

– Я еще и начать не успела, а ты уже злишься.

– Я просто хочу знать, не ты ли убила своего мужа.

– Позволь мне рассказать эту историю так, как я считаю нужным. – В голосе Рейчел послышался металл.

Я пожал плечами: валяй, мол.

– После его смерти я практически осталась ни с чем. Вынуждена была подать в отставку. Все, что у меня было – друзья, работа, да что там, сама жизнь, – все это осталось в Бюро. Я начала пить. Мне становилось все страшнее… Я оказалась на дне. А когда попадаешь на дно, ищешь возможности выбраться на поверхность. Хватаешься за любую соломинку.

Мы притормозили у перекрестка.

– Нет, все я не так рассказываю, – махнула рукой Рейчел.

И тут, к собственному изумлению, я проскочил на красный и положил руку поверх ее ладони:

– Рассказывай, как рассказывается.

Рейчел кивнула и опустила глаза. Руки я не убирал.

– Однажды вечером, уже сильно выпив, я набрала твой номер.

Я вспомнил, как Риган говорил мне, что проверил все телефонные звонки, поступавшие мне домой.

– Когда это было?

– За несколько месяцев до покушения.

– Кто ответил, Моника?

– Нет, автоответчик. Понимаю… понимаю, что это глупость, но я оставила сообщение.

– И что же в нем было? – Я медленно убрал руку.

– Не помню. Говорю же, пьяна была. Плакала. По-моему, я сказала, что мне тебя по-прежнему не хватает, что жду твоего звонка… По-моему, это все.

– До меня это сообщение так и не дошло.

– Да уж вижу.

– А стало быть, его получила Моника.

«За несколько месяцев до покушения», – сообразил я.

– О Боже! Теперь понятно, почему Моника наняла частного детектива. Она хотела узнать, изменяю ли я. Наверняка она рассказала детективу о твоем звонке, о нашем прошлом.

Рейчел промолчала.

– Но на мой вопрос ты так и не ответила. Что тебе понадобилось в больнице?

– Я приехала в Нью-Джерси навестить мать. – В голосе Рейчел на сей раз слышалась какая-то неуверенность. – Я ведь, по-моему, говорила тебе, она теперь живет в кондоминиуме, в Уэст-Ориндж.

– Ну и что с того? Уж не хочешь ли ты сказать, что она тогда лежала в моей больнице?

– Нет. – Похоже, Рейчел овладела собой. Продолжая вести машину, я по привычке едва не включил радио – просто чтобы что-то сделать. – А что, следовало бы сказать?

– Наверное, да. – Но на самом деле мне все стало понятно. Абсолютно все.

– Муж умер. – Голос Рейчел звучал совершенно бесстрастно. – Я потеряла работу. У меня ничего не осталось. В ту пору я часто разговаривала с Черил и с ее слов поняла, что у вас с женой какие-то нелады. – Рейчел повернулась ко мне: – Не надо притворяться, Марк. Ты не хуже моего знаешь, что прошлое для нас обоих так и не осталось позади. Так что в тот день я пошла в больницу, чтобы посмотреть на тебя. Не знаю, честно говоря, на что я рассчитывала. Неужели была настолько наивна, чтобы думать, будто ты сразу заключишь меня в объятия? Может быть, может быть. В общем, я болталась поблизости от больницы, пытаясь собраться с духом, Я даже поднялась на твой этаж. Но в конце концов так и не смогла заставить себя показаться тебе на глаза – и не из-за Моники или Тары. И не из благородства, хотя очень хотелось бы так сказать.

– Тогда из-за чего?..

– Из-за боязни, что отвернешься, а я этого не смогу вынести.

Наступило молчание. Я не знал, что сказать. Я даже в чувствах своих разобраться не мог.

– Ты злишься, – сказала Рейчел.

– Право, не знаю.

Мы продолжали путь. Мне очень хотелось что-нибудь сказать. И я все подыскивал слова. Мы оба смотрели прямо перед собой. Напряжение достигло такой силы, что окна дрожали. Наконец я вымолвил:

– Все это не имеет больше никакого значения. Главное – Тара.

Я посмотрел на Рейчел. По щеке ее покатилась слеза. Впереди показался знак – небольшой, скромный, едва заметный: «Хантерсвилл». И больше ничего. Рейчел смахнула слезу и сказала:

– Что ж, этим и займемся.

* * *

Заместитель директора ФБР Джозеф Писцилло сидел за столом и что-то писал. Это был крупный – грудь колесом, косая сажень в плечах – лысый мужчина. Он принадлежал к тому типу ветеранов, что напоминают докеров либо бойцов в городских салунах: скрытая мощь. На вид Писцилло было ближе к семидесяти, чем к шестидесяти. Поговаривали, что он скоро уйдет в отставку.

Специальный агент Клаудиа Фишер проводила Тикнера в кабинет и тут же вышла, закрыв за собой дверь. Тикнер снял солнечные очки. Он стоял, заложив руки за спину. Сесть его не пригласили. И не поприветствовали: не протянули руки, не кивнули даже – ничего.

Не поднимая взгляда, Писцилло сказал:

– Насколько я понимаю, вы интересовались обстоятельствами трагической гибели специального агента Джерри Кэмпа.

В голове у Тикнера прозвучал сигнал тревоги. Быстро что-то. Ведь он начал расследование всего несколько часов назад.

– Так точно, сэр.

Скрип пера.

– Он был вашим инструктором в Квонтико, не так ли?

– Так точно, сэр.

– Это был выдающийся педагог.

– Один из лучших, сэр.

– Самый лучший.

– Так точно, сэр.

– Интерес к обстоятельствам гибели агента Кэмпа вызван вашим давним знакомством с ним?

– Никак нет, сэр.

Писцилло отложил перо и водрузил на стол пудовые ладони.

– Тогда чем же?

Тикнер прикинул в уме ловушки и силки, запрятанные в этом вопросе.

– В деле, которое я сейчас расследую, всплыло имя его жены.

52
{"b":"354","o":1}