ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Несколько секунд царило глубокое молчание. Холодная дрожь пробежала по спине Джона, краска прилила к щекам. «Зачем, зачем он уехал так далеко от Бостона? Там никто не мог бы выдвинуть подобного обвинения против кого-либо из почтенной семьи Уинтерслипов».

– Знаете что, мистер Брэд, – обратился к нему судебный следователь. – Я посоветовал бы вам подробно изложить здесь все обстоятельства дела.

– Хорошо! Разрешите закурить? – Брэд вынул папиросу и начал свой рассказ.

В семидесятых годах мой отец внезапно исчез из Англии, бросив мою мать и меня на произвол судьбы без всяких средств. Через некоторое время мы стали получать из разных мест Австралии и Тихого океана письма с деньгами. Затем я узнал, что мой отец стал работорговцем. В восьмидесятых годах нас известили, что он скончался на пароходе «Maid of Shiloh» и погребен на острове Апианг Дэном Уинтерслипом, старшим офицером судна. Мы остались без всякой поддержки и очень нуждались. Через полгода мы получили от знакомого моего отца, тоже капитана, поразительное известие.

Этот капитан написал нам, что в каюте отца хранилась шкатулка с драгоценностями и разными золотыми деньгами на общую сумму около двадцати тысяч фунтов стерлингов. «Дэн Уинтерслип, – говорилось в этом письме, – привел «Maid of Shiloh» в Сидней и сдал по начальству носильное платье отца, кое-какие мелочи и около десяти фунтов деньгами». Затем он с ирландцем по имени Хэгин немедленно уплыл на Гавайские острова. Друг моего отца советовал нам начать немедленно розыски пропавшей шкатулки. Но мы были слишком бедны, чтобы вести судебный процесс где-то за тридевять земель. Но я не забыл об этом деле. По окончании службы в Индии я приехал сюда, чтобы разыскать Дэна Уинтерслипа и свести с ним счеты. Но, как вам известно, кто-то опередил меня, убив человека, которого я искал свыше сорока лет.

– Вы приехали сюда в прошлую субботу, да? – проговорил Хэллет. – Вы тогда же виделись с Каолой?

– Да! Он предложил мне купить шкатулку за пять тысяч долларов. Я заплатил их – их вернут мне наследники Уинтерслипа; он же указал мне местопребывание ирландца Хэгина; вот почему я и поехал на остров Мауи, поехал под вымышленным именем, так как предполагал, что Уинтерслип следит за мной.

– А вы говорили Каоле о вашей поездке?

– Нет, не считал нужным! Я разыскал на Мауи ирландца, но Уинтерслип, по-видимому, давно уже купил его молчание; так как шкатулка имела для меня громадное значение, то я телеграфировал Каоле, чтобы он принес мне ее немедленно по приходу парохода. Через несколько часов после этого я узнал о смерти Уинтерслипа. Его смерть для меня тяжелое разочарование, но она не помешает мне осуществить мои права. Наследники Уинтерслипа заплатят мне. Они обязаны обеспечить мне старость. Таково мое твердое решение.

– Скажите, мистер Брэд, – обратился к нему снова судебный следователь, – имеется ли у вас описание украденных драгоценностей?

– Да! В последнем письме отца – я читал его только вчера – говорится о брошке, купленной им в Сиднее. Это – деревцо из изумрудов, рубинов и бриллиантов на фоне оникса. Отец писал, что пошлет брошь маме, но эта вещь не дошла до нас.

– Еще один вопрос! – проговорил Хэллет. – Как вы уже слышали, у дверей гостиной Дэна Уинтерслипа, ведущей на веранду, найден окурок папиросы марки «Корсика». Как вы объясните эту находку?

– Несколько времени тому назад я угостил владельца отеля «Рифы и пальмы» папиросой этой марки. Он пришел в восторг от нее, и я подарил ему еще несколько штук, которые он сунул в портсигар.

– А, так это вы дали их Джиму Этану?

– Да.

– Мистер Брэд! У нас нет никаких оснований задерживать вас здесь, но мы просим вас пока не уезжать из Гонолулу без нашего ведома. Шкатулка временно останется у нас. Прощайте!

Англичанин поспешно вышел.

– Каола! – сказал Хэллет. – Ты тоже можешь идти!

В этот момент в комнату вошел Чан в сопровождении низенького японца и молодого китайца.

– Подождите немного! – вскричал Чан. – Важные разоблачения. Окамото! Рассказывайте все по порядку.

– Два часа утра, – начал японец. – Стук в дверь. Встаю, смотрю на часы, бегу к двери. Мистер Каола стоит там. Требует, чтобы я отвез его в Вайкики. Я отвез.

– Прекрасно! – сказал Хэллет. – Больше ничего? Нет? Чарли! Уведите этих людей и поблагодарите их – это ваша специальность.

Выждав момент, когда все ушли из комнаты, Хэллет набросился на Каолу.

– Так это ты ездил к Уинтерслипу, ты убил его? Признавайся!

– Нет, нет я не убивал его! – ревел юноша. Чан бомбой влетел в комнату.

– Сейчас прислали спешной почтой! – забормотал он, подавая Хэллету какую-то записку.

Хэллет прочитал ее. Лицо его потемнело от гнева.

– Пошел к черту! – крикнул он Каоле, который не стал дожидаться вторичного приказа и моментально исчез из комнаты. – Каоло невиновен! – заявил Хэллет. – Убийца – Эган.

– Вы удивительно легковерный человек! – вмешался Джон. – Вы верите всем: и Комтон, и Летерби, и Брэду. Брэд говорит, что прошлый вторник в половине второго был уже в постели. А кто может это проверить? Разве он не мог выпрыгнуть в окно… Хэллет сделал отрицательный жест головой.

– Сэр! Я знаю, что делаю… Убийца – Эган. Вспомните об окурке. Мне теперь надо только добиться у него признания вины, и я добьюсь этого. У меня есть средства…

– Вы выкидываете глупости, сэр! – раздраженно воскликнул Джон. – Спокойной ночи!

Кипя гневом, Джон шел по Бесзел-стрит; рядом с ним трусил китаец.

– Часть вашей души съедает гнев! – промолвил Чан. – Хотел бы покорнейше просить вас остыть. Спокойная голова нужнее.

– А что было написано в том письме? Почему он не показал его нам?

– Все узнаем в надлежащее время. Полковник честный человек. Будьте терпеливы.

– Но теперь мы снова носимся по открытому морю. Кто же, наконец, убил моего кузена? Мы ничего не достигли.

– Совершенно правильно! – поддакнул ему китаец. – Много следов ведут нас к неподвижным каменным стенам. Мы все еще ищем настоящий путь.

– Так-то это так, – согласился Джон. – А вот и мой трамвай. Спокойной ночи.

На полпути в Вайкики Джон почему-то вспомнил о мистере Сэлэдине, подслушивавшем под окном. «Что его интересовало? Уж не замешан ли он? Нет, не может быть. Слишком комична эта щуплая фигурка, ищущая свою вставную челюсть в прозрачных водах Вайкики. Но все-таки не мешает последить за этим скромным и настойчивым коммерсантом».

Глава XVI. Второй окурок

В воскресенье после завтрака Джон, гуляя с мисс Минервой по саду покойного Дэна, подробно рассказал ей о допросе Брэда и его разоблачениях. Он не скрыл от нее, что ему, Уинтерслипу, пришлось пережить при этом очень неприятные минуты.

– Ах, друг мой, не принимай этого так близко к сердцу! Никто из нас не считал бедного Дэна святым. Не забывай, что человек – продукт окружающей его среды. Представь себе Дэна на пароходе работорговца под тропиками, богатство так близко, кругом ни души, которая могла бы протестовать против захвата сокровищ. К тому же оно приобретено не совсем честным путем. Даже ты…

– Ну, милая, мне никогда не пришло бы в голову защищать поведение людей, подобных Дэну!

Мисс Минерва рассмеялась.

– Знаешь, что говорят про белых женщин, уезжающих в тропические страны? Сначала они теряют свой светлый цвет лица, потом зубы и в конце концов нравственность.

– Я вижу, что тебе действительно пора вернуться в Бостон, тетя! – раздраженным тоном проговорил Джон.

– Может быть, ты пойдешь со мной в церковь? – невозмутимо спросила мисс Минерва.

– Нет, мне она не столь нужна, как тебе!

* * *

К пяти часам вечера Вайкики наполнилось обычной воскресной публикой. Здесь не было той неприятной праздничной сутолоки, какая царит в курортах материка. Здесь была радостная, веселая толпа красивых людей, загорелые, упругие, стройные тела которых привели бы в восторг всякого любителя красоты. Джон заставил себя надеть купальный костюм и бросился в море.

17
{"b":"3542","o":1}