ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Весь вопрос – успеет ли она увести своего ненаглядного до приезда бригады. А что Сережа приведет сюда целый милицейский полк, или что там у них, Артем не сомневался. Тем более, что на дискотеке вряд ли у ментов был серьезный улов, зато здесь они выполнят годовой план по наркоманам.

– Дай-ка сюда телефон этой самой Аллы Константиновны, – Артем протянул руку. – Как эту родственницу зовут? Леля?

– Леля. И она на самом деле родственница не Андреевой мамы, а той ее подруги, у которой золото сперли.

Оборот Сережи Артема немного обрадовал – значит, не больно он верит, что это сделал панк. Иначе так бы и сказал – «у которой Андрей золото спер».

Достав из кармана бумажку, Сережа отдал ее Артему.

– Слушай, – как-то нерешительно сказал Артем, – не надо бы… Если они Андрея заметут… ну, понимаешь…

Он хотел сказать, что Ика может не выполнить задания, что Андрей, как равноправный член наширявшейся компании, угодит в ментовку, а утром там кто-нибудь начнет разбираться с сигналом из «скорой» насчет подозрительного суицида, и все подвиги панка увяжутся в один узелок. Что он из цирка вылетит – это однозначно. Гаврилову хватит на конюшне патентованных алкоголичек и беременных, наркомана он там не потерпит. И дальнейшая судьба несуразного панка будет не то что туманна, а очень даже неприятна…

– Понял, – ответил Сережа. – У меня дружок после Афгана в таком вот бардаке сгинул. Ты, надеюсь, тоже понял?

И, не дождавшись ответа, развернулся, побежал, нацелился на телефонную будку возле кино…

Понятно, думал Артем, понятно, понятно, понятно… Толковать с бывшим десантником о слюнтяйской гуманности было бы сейчас нелепо. Вот он уже в будке, вот он набирает короткий номер, вот он уже ведет переговоры… и что-то больно долго там общается… уж не напоролся ли сразу на того сослуживца? Нет, такого быть не должно, думал Артем, трубку сперва возьмет дежурный, потом Сережу еще будут посылать по разным инстанциям, потом выяснится, что запланированный налет на дискотеку ментовка провела и на сегодня с нее хватит.

Но с тем же успехом мог найтись там кто-то неглупый и с инициативой.

Более того – облеченный минимальной властью. И через четверть часа тут начнется настоящий шмон.

Артем попытался сосредоточиться.

Он мог сейчас прийти на помощь Ике и вывести оттуда панка силком. Ну и что он будет делать посреди ночного города с невменяемым панком?

Сережа в будке, очевидно, получил инструкции. Он вышел, помахал издали Артему рукой – мол, полный порядок! – и кинулся наперерез свободному такси.

Артема это вовсе не обрадовало.

Что же получается?

Перепуганный странным интересом к себе со стороны матери своей подружки панк удирает в чужой город. Интерес действительно серьезный, поскольку скуповатая для родной дочери женщина заваливает парня подарками. И для чего-то с ним регулярно фотографируется. Может у любительницы бриллиантов проснуться в груди девичья сентиментальность? Может эта странная посетительница гостиниц, где водятся интуристы, и добытчица каких-то засекреченных денег носить с собой фотографию желанного мальчика и тосковать над ней?

Стоп, сказал себе Артем, чтобы тосковать, достаточно видеть на снимке его рожу, а своя собственная тут ни при чем! А раздобыть фотографию парня, когда дружишь с его матерью, несложно. Сложнее регулярно затаскивать его в фотоателье…

Надо спросить у Ики, где все эти фотографии, сообразил он, не завела же ее мама для них особый альбом!

И надо позвонить домой к Алексу – узнать, нашла ли Светка то письмо от Байданова, которое испортило старику настроение. Если бы все ограничилось его плохим настроением, то и проблемы бы не было. Но пришел непонятно кто и напоил Алекса снотворным. И утащил с перепугу пустые упаковки.

Если тот человек вкатил художнику лошадиную дозу снотворного по причинам, не имеющим отношения к панку, то уже станет чуть полегче. Если же из письма можно будет понять, что это именно за причины, то станет совсем неплохо.

Артему очень не хотелось, чтобы со снотворным химичил панк.

Но в первую очередь ему следовало самому поговорить с той Лелей, которая ждала к позднему ужину Аллу Константиновну. То, что мама панка пропала бесследно, тоже осложняло ситуацию.

Артем чувствовал, что странное поведение Икиной мамы, которую звали, кажется, Лида («тетя Лида» – так, вроде бы, сказал панк?) как-то через панка связано и с Алексом, и с исчезновением его матери. Одна возможная ниточка, которая протянулась между всеми ими, – это украденное золото.

Допустим, золота никто не крал. Что же тогда заставило Лиду погнать Аллу Константиновну в чужой город за сыном? Неужели она действительно до такой степени помешалась, что любой ценой хочет выйти замуж за панка?

Артем не видел пока в этой истории ни складу, ни ладу.

Он решил так – первым делом нужно позвонить Леле.

Сережа просто не знал, о чем ее спрашивать. Артем тоже не знал, и все-таки… Иногда на него накатывало. И он импровизировал, блефовал, корчил шута горохового. До сих пор это как-то сходило с рук. Сам Артем даже не понимал, откуда в такие минуты что берется.

Возможно, этой непонятно чьей родственнице Леле (Ика не была уверена, что состоит с ней в родстве) известно о пропавшей Алле Константиновне что-то важное. Женщины иногда бывают некстати наблюдательны, думал Артем, торопливо шагая к той же телефонной будке, возможно, когда эту Лелю по телефону предупреждали о приезде, когда звонили ей с вокзала, было сказано что-то очень важное…

– Алло, – как можно тише сказал Артем. – Извините за поздний звонок…

Это Леля?

– Да, это Леля, – ответила женщина. – А вы, простите, кто?

– Вы сегодня говорили с моим коллегой. Его Сережа зовут. Мы с ним из цирка. Он спрашивал вас об Алле Константиновне и обещал, что еще будет звонить…

– Вы что-то узнали? – перебила его женщина. – Где она? Что случилось?

– Это не телефонный разговор. Я догадываюсь, где она и что случилось, но нельзя ли к вам подъехать? Мы бы поговорили…

В трубке ничего на это предложение не ответили.

– Я понимаю, – сказал Артем. – Звонит незнакомый мужчина, неизвестно кто такой и чего ему надо, назначает ночное свидание… Все это выглядит совершенно по-идиотски! Но я работаю вместе с Андреем, с сыном Аллы Константиновны, мы, собственно, его искали, а оказалось, что и она пропала. Для нас очень важно его найти, то есть, для нас с Сережей…

– Сережа мне говорил, – сказала женщина. – Он сказал, что вы в курсе дела… и знаете, почему Алла примчалась…

– Да, мы оба это знаем. И больше никто! – заверил Артем. – Андрея вытаскивать надо. И я боюсь, что Алла Константиновна стала это делать на свой страх и риск и натворила больших глупостей.

– Вы что-то узнали! – воскликнула женщина.

– Да, мы кое-что узнали. Но, возможно, вы знаете больше нашего, – стал подъезжать Артем. – Понимаете, у женщин не только интуиция, у них еще и память замечательная. Алла Константиновна ведь звонила вам перед приездом?

– Конечно, звонила.

– А бывала она раньше в вашем городе?

– Бывала, – подумав, ответила женщина.

– И у нее были здесь знакомые, кроме вас?

– Наверно, с кем-нибудь и познакомилась… – неуверенно сказала женщина.

– Что же в этом удивительного?

– Давайте все-таки встретимся! – взмолился Артем. – Куда мне подъехать?

Если вы боитесь, можете выйти ко мне с мужем, ну, с кем-нибудь…

– Мужу про все эти дела знать незачем, на то он и муж, чтобы поменьше знать, – на том конце провода женщина явственно усмехнулась. – Я нарочно не сплю, сижу на кухне, ночное кино смотрю, чтобы он трубку не взял.

– Вы умница! – воскликнул Артем. – А он, выходит, спит?

– Ему рано вставать. Вы не представляете, как я передергалась… – призналась женщина.

– Представляю. Значит, я беру такси и еду. Только что мне сказать таксеру?

– Скажите – к бывшему военторгу. Его еще мавзолеем называют. Напротив военторга сквер, я там буду. Я сама к вам подойду, вы только скажите, как вас узнать.

21
{"b":"35433","o":1}