ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Двойной удар по невинности
Homo Deus. Краткая история будущего
Кишечник долгожителя. 7 принципов диеты, замедляющей старение
Шесть тонн ванильного мороженого
Рестарт: Как прожить много жизней
Когда утонет черепаха
Любовь на троих. Очень личный дневник
Крав-мага. Система израильского рукопашного боя
Разреши себе скучать. Неожиданный источник продуктивности и новых идей
A
A

— Таити во многом напоминает Голливуд, — заметил он с улыбкой.

Джессуп позволил себе скромно улыбнуться. Ван Горн прошел в гостиную.

— Неужели никого еще нет? — удивился он. — Я оказался пунктуальней всех?

— О, нет, мистер ван Горн, — ответил последовавший за ним слуга. — Кое-кто из гостей отправился купаться, а остальные на берегу.

— Ну что же, я подожду их здесь.

— Как вам будет угодно, сэр.

Ван Горн огляделся.

— Что такое? Нет коктейлей?

— Произошла досадная заминка, сэр. Поставщик спиртных напитков только что явился, и я как раз занимался приготовлением коктейлей, когда вы позвонили.

Ван Горн подошел к стеклянной двери, ведущей на террасу.

— Скажите, что это там? — спросил он, указывая Джессупу на видневшийся вдали огонек.

— Это павильон, сэр, нечто вроде закрытой беседки. Должно быть, там кто-нибудь из гостей.

Ван Горн вышел в сад и побрел к павильону. Внезапно со стороны моря, перекрывая шум прибоя, зазвучали голоса, и актер, не зная, какое ему избрать направление, в нерешительности остановился.

Джессуп тем временем вернулся в столовую, где ожидал старый сгорбленный китаец.

— Милый мой Ву-Кио-Чинг, — сказал слуга, — повару полагается оставаться на кухне.

Старый китаец не обратил на его слова никакого внимания.

— Когда будут садиться за стол? — осведомился он.

— В половине девятого, — церемонно ответил Джессуп. — Возможно, мы немного запоздаем.

Ву-Кио-Чинг пожал плечами.

— Что за дом? Кушанье скоро будет готово. Кушанье готово, гости не готовы, кушанье не годится! — и, направляясь к двери, что-то забормотал по-китайски.

Первым в дом вернулся Вильки Баллоу.

— Нет ли у вас сигарет? — спросил он Джессупа. — А то мой портсигар пуст.

Джессуп предложил Баллоу сигареты и тот, закурив, опустился в кресло.

Вернувшись через четверть часа в комнату, он застал Баллоу в той же позе.

— Я всегда полагал, что китайцы — терпеливый народ, — заметил Джессуп.

— Так оно и есть.

— Но наш повар ни в какой степени не соответствует моему представлению о китайцах, — вздохнул Джессуп. — Он беспрестанно напоминает о том, что еда остывает. Придется созывать гостей.

Взяв гонг, он удалился. Вскоре в отдалении послышались мелодичные удары. Баллоу закурил новую сигарету.

Джессуп вернулся с ван Горном и Ритой Баллоу.

— Почему ты не остался, Вильки? — спросила она мужа. — Я услышала самые интересные сплетни Голливуда.

— Они меня не интересуют, — проворчал Баллоу.

— Бедный Вильки, — улыбнулась Рита. — Уже пора ложиться спать, а ему еще не дали поесть. Утешься, осталось недолго ждать.

Запыхавшись, вбежала Диана Диксон.

— Должно быть, уже страшно поздно, — воскликнула она, — но эти лунные ночи на берегу океана так прекрасны! О, коктейль! Великолепная идея!

Она приняла из рук Джессупа стакан. Остальные последовали ее примеру.

— За здоровье нашей хозяйки! — провозгласил ван Горн.

— Но где же Шейла? — осведомилась Рита.

— Шейла, должно быть, притаилась где-нибудь и выжидает подходящего момента, чтобы выйти на сцену, — насмешливо ответил ван Горн. — Одно из двух: или она выедет к нам на белом коне, или же слетит с неба в раковине. Эффектный выход для нее — все.

Вбежали веселые, раскрасневшиеся Юлия и Джим.

— Добрый вечер, мистер ван Горн. Больше никто не пришел? А где Вал Мартино, Джейнс, Тарневеро?

— Тарневеро будет здесь? — нахмурился ван Горн.

В саду послышалось треньканье гавайских гитар и тихое пение.

Юлия восторженно прошептала:

— Серенада для Шейлы! Разве это не великолепно? Она будет тронута…

Девушка подбежала к двери. Перед домом стояла группа девушек с огромными букетами цветов.

Маленькая японочка выступила вперед и сказала:

— Мы хотели бы видеть Шейлу Фен.

— Да, разумеется. Прошу вас, подождите немного, я схожу за ней. Быть может, вы споете «Сказку Таити»? Это любимая песня мисс Фен.

Вернувшись в гостиную, Юлия обратилась к Джиму:

— Пойдемте в сад. Шейла, должно быть, в павильоне.

— Всегда готов следовать за вами.

— Более эффектного выхода для Шейлы невозможно и придумать. Серенада восторженных почитательниц — она будет очень рада.

Из сада послышалась нежная мелодия любовной песни.

— Поспешим, — бросила Юлия, — я хочу разыскать Шейлу, прежде чем они кончат петь.

Они вбежали по ступенькам, которые вели в павильон, и Джим отворил дверь. Замерев на мгновение на пороге, он резко повернулся к девушке и приказал:

— Ради Бога, ни шагу дальше!

— Почему? Что случилось? — удивленно спросила Юлия.

— Возвращайтесь назад.

Но Юлия не послушалась и, обеспокоенная его тоном, вбежала в павильон. Ее испуганный вопль заглушил звучание гитар.

На полу рядом с креслом лежала Шейла. Она была мертва. Кинжал поразил ее в сердце, и вечерний туалет цвета слоновой кости был обагрен кровью.

Юлия опустилась на колени перед мертвой подругой. Джим приблизился к потрясенной девушке и увлек ее к двери.

— Пойдем. Мы ничем не можем помочь ей.

— Но кто… кто? — лепетала Юлия сквозь слезы.

В замочной скважине торчал ключ. Джим запер дверь и опустил ключ в карман.

Словно оглушенные ужасным происшествием, они побрели к дому. На террасе их поджидал ван Горн.

— Нашли Шейлу? — спросил он. — Выход задуман блестяще — лучшей декорации и окружения не придумаешь.

Взглянув на Юлию, актер замолчал.

— Что случилось?

Джим обвел глазами гостиную. Джессуп собирал на поднос опорожненные стаканы… В саду замер последний нежный аккорд гавайских гитар.

— Шейла Фен убита… в павильоне, — тихо сказал он.

Поднос с грохотом упал на пол.

— Прошу прощения, — машинально прошептал Джессуп.

В саду снова зазвучала музыка. Джим ринулся к двери.

— Перестаньте! — воскликнул он. — Мисс Фен не может выйти к вам, она нездорова…

— Как жаль, — ответила маленькая японочка. — Прошу вас, сэр, передайте ей эти цветы.

И девушка вручила Джиму букеты. Неверными шагами он вернулся в гостиную.

— Цветы, — пробормотал молодой человек. — Цветы для Шейлы Фен…

Глава 4

ЧЕРНЫЙ ВЕРБЛЮД СМЕРТИ

Чарли Чан, храня невозмутимое спокойствие, воздавал должное роскошному угощению. Пора речей еще не пришла, и поэтому ничто не нарушало его покоя.

Инспектор уже собирался отведать рыбы, которая так соблазнительно белела перед ним на блюде, когда к нему подошел метрдотель.

— Вас срочно требуют к телефону, сэр.

Направляясь по длинному коридору к телефону, Чан испытывал легкое недовольство. Охотнее всего он вел бы спокойную, размеренную жизнь обывателя и временами просто ненавидел свою работу. Кому он опять понадобился? Что ожидать от этого звонка? С этой мыслью он вошел в телефонную будку и плотно прикрыл дверь.

До его слуха донесся взволнованный голос:

— Хэлло, Чарли, говорит Джим Бредшоу. Мне сказал ван Горн, что я могу застать вас здесь.

— Что же привело вас в такое волнение?

Бредшоу в нескольких словах рассказал об ужасном происшествии. Чан, не прерывая, выслушал его и пробурчал недовольно:

— Я сейчас буду. Позаботьтесь о том, чтобы никто ни к чему не прикасался.

Чан повесил трубку, вызвал полисмена и отдал ему несколько распоряжений, затем, вытирая платком вспотевший лоб, направился к выходу. Здесь он столкнулся с Тарневеро.

— Инспектор, вы уже поужинали?

— Не совсем, — ответил Чан. — Но меня призывает дело необычайной важности. Давно не случалось мне сталкиваться со столь значительным делом.

— Вот как, — рассеянно заметил Тарневеро.

Чан покосился на него. Никогда не следует упускать случаи сделать определенные выводы:

— Только что, — с расстановкой произнес он, — обнаружен труп Шейлы Фен.

В течение последующих часов Чан пытался разгадать выражение, мелькнувшее на лице Тарневеро в этот миг.

6
{"b":"3544","o":1}