ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

«Судя по тому, что я еще жив. из-под настоящего обстрела мне удалось уйти. Но они будут переносить огонь в глубь оставляемой территории по мере получения рапортов от командиров подразделений, значит, останавливаться нельзя. Здесь уничтожат все. - Он совсем перестал падать и теперь бежал, рассчитывая только на свою непостоянную удачу. Открылось второе дыхание, - Часть мутантов наверняка успеет прорваться на плечах отступающих к самой Второй линии. Пока я их не догнал, я под угрозой. Но ведь это еще километров пять как минимум…»

Слева что-то блеснуло, и Дезертир по наитию выстрелил. В свете горящего спорттородка - ну совсем, как у них в спецбатальоне! - он разглядел и свою жертву.

Солдат.

«С почином тебя, дорогой! - мысленно поздравил себя Дезертир и подошел к трупу. - А как ты думал? Они будут стрелять в тебя, а ты - в них».

Двигаться дальше босым было невозможно, он и так уже жалел, что не остановился у первого трупа. Аккуратно развязав шнурки совершенно спокойными руками, Дезертир переобулся, не забыв и о носках. Никакой брезгливости он не испытывал - дело есть дело. Размер не подошел, оказался меньше на единицу, а учитывая состояние ног. и на две. но Дезертир сейчас думал не о боли, а лишь о сохранности своих верных средств передвижения. Стоит лишь серьезно проколоть ступню - и конец приключениям.

И снова бег, теперь он продвигался быстрее, даже перепрыгивал воронки. Вокруг сгустилась темнота: от пылающей Первой линии Дезертир ушел достаточно далеко, а новый бой кипел где-то впереди. Сзади артиллеристы играли в какую-то свою игру, связанную, видимо, с клеточками на карте - взрывы доносились то с одной, то с другой стороны,

«Может быть, пытаются отрезать тварей, теснить их куда-нибудь? Тогда они ни черта не понимают: монстры идут только на запад, и проще всего их остановить, если бить прямо перед собой, наплевав на тех из своих, кто не успел унести ноги».

Такой вариант Дезертира, конечно, не устраивал. Только на гуманизм командования коалиционеров он теперь и мог рассчитывать.

«Но ведь Вторую линию тварям все равно не прорвать, если придется совсем туго, артиллерия будет бить и по своим. Любая будет, хоть русская, хоть американская. Что я стану делать, если выживу? Зароюсь в землю? Подниму руки?»

Он бежал по дороге, совсем новой, ровной асфальтовой дороге, лишь местами полотно подпортили недавние взрывы. Бежал мерно, стараясь беречь дыхание. В воздухе появились первые вертолеты, они шарили прожекторами по земле где-то впереди, в паре километров или даже дальше. Когда Дезертир в очередной раз перепрыгивал воронку, слева кто-то выстрелил. Упав и перекатившись, беглец ответил короткой очередью и усльппал в ответ ругань.

«Немцы!» Трудно было не узнать характерное произношение.

Дезертир встал, поднял над головой автомат, - Нихт шиссен! - Вот когда пригодились усвоенные из телевизора выражения. -Гутен морген! Русишь зольдат!

Снова вроде бы выругались, но стрелять не стали. Дезертир побежал в темноту и вскоре оказался рядом с двумя бундесами, залегшими за мотоциклом.

- Работает? - тут же спросил Дезертир, показывая на технику. - Ездит? Фарен? Арбайтен?

Вряд ли немцы поняли смысл его слов, но на жесты среагировали. Один, опасливо поглядывая на дорогу, приподнялся, постучал по мотоциклу. Дезертир разобрал слово «гут» и тут же ухватился за руль, дернул.

- Фарен, фарен! Шнелль!

Уговаривать бундесов, цеплявшихся за вверенное им казенное имущество, пришлось не меньше минуты - огромный срок, когда за спиной сверкает артиллерийский ад. Насколько понял Дезертир, оба насмерть перепугались проходящего перед ними парада уродов и пытались отсидеться в стороне! На многократно повторенное «битте» немцы не реагировали, и Дезертир уже совсем собрался пристрелить обоих, но вовремя всплыло более уместное слово.

- Капут! Артиллерия - капут! Шнелль, битте!

Вот тогда они все поняли. Молодые, крепкие ребята, но совершенно оглушенные происходящим. Один из них был ранен в ногу, он сел сразу за водителем, а Дезертир устроился позади.

Немец вел медленно, то и дело петляя между ползущими по дороге тварями. Дезертиру не было видно, но, похоже, парень еще и блеванул на всю катушку. Его раненый товарищ палил почем зря во все стороны, почти всегда мазал. «Какие же вы дети! Точно как мы в спецбатальоне. - сидим, смотрим, а ничего о Зоне не знаем. Совершенно ничего! - злился Дезертир. - Устроиться бы к вам инструктором! Правда, вся наука будет короткой: убивай только тех, кто к тебе лезет, и ни о чем постороннем не думай. Жаль, меня убьют первым ваши же командиры - за разглашение межгосударственной тайны».

Часто оглядываясь, Дезертир пытался понять принципы, по которым артиллерия обрабатывает свои квадраты. Увы, с дороги в этом разобраться было невозможно. Особенно впечатлил его момент, когда снаряды стали рваться всего метрах в трехстах от них, да так, что осторожный водитель поддал газу и двое задних едва не свалились с мотоцикла,

«Уходим пока, успеваем. Но надолго ли это? -Дезертир постарался мыслить конструктивно. - С немцами я подружился, представился русским. На мне даже форма есть, хоть и без петлиц, без погон, без шеврона, и все же номер на ней намалеван. Если удастся добраться до их начальников, то меня, наверное, отправят в часть. А уж там - под суд за дезертирство… О чем я? Пристрелят меня, и не здесь, и не у наших, а по дороге. В крайнем случае отправят в Германию, спецрейсом. Материал для опытов. Так мне и надо, идиоту…»

Оказавшись среди разумных, нормальных людей, понятия не имеющих о Зоне, Дезертир будто почуял слабый аромат прошлого. Он - Никита Нефедов, девятнадцатилетний салага, зачуханный дедами и сбежавший от них в Зону во время припадка паники.

«Нет, - вдруг понял он. - Это не я. Я - Дезертир Зоны, а все остальное неправда, остальное было с кем-то другим. Тем, у кого не было шрамов ни на лице, ни на душе».

Прожектор вертолета скользнул по мотоциклу и тут же вернулся, окончательно ослепив водителя. Бундесы замахали руками, даже закричали что-то, смешные. Не обращая на них внимания, Дезертир соскочил с почти остановившегося мотоцикла и бросился в темноту, прочь от луча. Если бы он промедлил хоть секунду - накрыло бы взрывом и его.

- Недолго мы дружили, пацаны! - Что еще было сказать? Когда Дезертир оглянулся, на дорогу как раз упал покореженный руль. - Вот и все. Ну, спасибо, что подвезли.

Он снова побежал, на этот раз по обочине, здесь было меньше шансов оказаться застигнутым лучом. Вертолеты, насколько он мог понять, искали скопления живой силы противника и уничтожали их ракетными ударами. А впереди пылал бой, теперь Дезертир видел его границу. Оставалось не больше километра.

- Я почти смог!

Он заставлял себя не бежать слишком быстро. Дыхание - вот проблема, а ноги движутся, словно заведенные, и боль в ступнях какая-то тупая, не настоящая. Действительно имело смысл вколоть себе пару шприцов заморской дряни, без этого беглец бы сейчас уже был растерзан снарядами далеко позади.

Вскоре он повстречался еще с одним военнослужащим бундесвера, как выяснилось, бывшим. Парень с пистолетом в руке спокойно шагал по самой середине шоссе к западу. Обогнав его, Дезертир оглянулся, и не зря - тот уже вытягивал руку с оружием. Безумные глаза и какое-то совершенно нечеловеческое лицо. Всадив ему в грудь очередь, Дезертир сообразил, в чем дело: у солдата совершенно отсутствовала нижняя челюсть, через рану в горле виднелись шейные позвонки.

«Когда его успели зомбировать, кто?! - изумился он, продолжая свою сумасшедшую трусцу и едва не рассмеялся от собственной наивности. - Контролеры, да и еще полно всякой дряни! Дай им волю, и они всю коалиционную рать повернут в другую сторону! И те, в воздухе, это знают».

Рокот вертолетов над головой внезапно стих. Дезертир остановился, чтобы понять, чем же грозит такое изменение обстановки. Шальные пули бились об асфальт, фронт, если таковой существовал, проходил совсем рядом. Артиллерия работала достаточно далеко, но… Он повернул прочь от шоссе и побежал в темноту. Когда сзади взорвалось, казалось, само пространство, воздушной волной Дезертира швырнуло на траву, но он тут же снова вскочил и бежал, пока не налетел с размаху на дерево. Размазывая по лицу кровь из разбитых губ, беглец продолжил путь с вытянутыми руками и понял, что находится в лесу, который, скорее всего, скоро вспыхнет.

76
{"b":"35548","o":1}