ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Рана не позволяла Слэшу водить вертолет, поэтому над морем, распугивая чаек, носился Ларри. Каравеллу заметили вечером следующего дня.

– Все наверх! – Фло словно воспрянул к жизни. Все утро он провалялся в каюте, преисполненный черной меланхолии. – Капелька, к Элмеру на «Орху», Ларри – вертолет не садить! Слэш, в машинное!

– Есть, сэр!

– Крис, Марк, вдвоем справитесь? Могу дать юнгу.

Боевая немедленно ответила:

– Справимся, Кэп!

– О'кей!

Зародыш самостоятельно поймал в телеобъектив высокую корму каравеллы, вычленил квадрат по центру и увеличил его на весь экран.

Над резной женской фигуркой не то в плаще, не то в тоге, вилась затейливая старинная надпись: «САНТА РОЗАЛИНА».

– Наконец-то! – воскликнул Капитан. – Йо-хо! Вперед, корсары!

В один голос команда ответила:

– Йо-хо!

Только Бимс тревожно загорланил:

– Полундра! Абордаж!

«Орхидея», влекомая восемью водометами, устремилась к каравелле.

– Полундра! Ракеты! Пор-рох! Пор-рох!

– Заткнись, пернатый, – рявкнул на попугая Марк. – Хвост выщипаю!

Бимс притих, затаился и вдруг внятно сказал:

– Козел! Ненавижу…

Смеяться было некогда.

Неладное первым почуял Питер, сменив несколько ракурсов на мониторе слежения.

– Что за чушь, Стив?

Только он мог обратиться к Капитану по имени, которого остальные попросту не знали.

Фло недовольно оторвался от клавиатуры – вколачивал в оперативку Зародыша экстренную программу.

– В чем дело, Пит?

– Гляди сам, – Зборовски перебросил на монитор Фло изображение кильватерной струи «Санта Розалины». Оно было белесым от множества мелких пузырьков.

– Убей меня бог, если это не кавитирующие винты!

Фло уставился на экран.

– Сэр, обратите внимание еще и на вымпел… – деликатно посоветовал Мортимер.

Фло обратил. Вымпел развевался против ветра, раздувающего паруса.

– Проклятье!

Водометы взвыли, переключенные на реверс, но поздно: подойти успели слишком близко. Чмокнув, вырвалась из голо-поля парусника боевая ракета. В рубке «Деи» ругались Лу и Кертис, наиболее несдержанные в минуты опасности.

Зародыш успел среагировать: ракету сбили точно посередке между «Орхидеей» и лже-каравеллой. Осколки дождем ворвались в кают-кампанию прошив иллюминаторы и корпус. Два носовых датчика приказали долго жить; заклинило одну из двух металлорезок.

– Дьявол! Разделение!

Ларри всадил в неприятеля малую ракету и поспешно отвалил в сторону. По вертолету вовсю лупили из крупнокалиберных пулеметов, светлые гроздья разрывов вспухали в опасной близости.

«Орха» и «Дея» освободились, расходясь в стороны. Пилоны прикрыли борта второго уровня. Секция-матка сворачивала вправо, огибая «каравеллу» (или что там пряталось под голополем). Марк хладнокровно поливал ее огнем левого борта. Пули и снаряды смачно влипали в поле и взрывались внутри; поле шло уродливыми пузырями, и вдруг, сверкнув напоследок, исчезло. Вместо «Санта Розалины» предстал серо-стальной мини-крейсер класса «Ихтиозавр».

– Вот ты кто! – рявкнул Фло. Его не удивило, что крейсер-малютка не имеет собственного названия. Такие суда имели лишь бортовой номер. Но здесь и этого не было.

«Орхидея» и «Дея» пошли на разворот; «Орха» скрылась по другую сторону крейсера.

– Ларри, изображение сверху! – потребовал Фло. Тотчас резервный монитор дал нужный ракурс. «Орха» по прямой уходила прочь.

«Ихти» разворачивался к «Орхидее» носом.

– «Дея», расходимся!

– Есть, Кэп! – Лу завертел штурвал. «Дея», грациозно накренившись, отвалила вправо, на запад. Секция-матка продолжала идти к югу.

– Торпеды, сэр!

– Вижу!

Несколько резвых сигар нетерпеливо неслись к ним. – Зародыш давил их последними ракетами.

– Ракеты, сэр!

– Вижу, Ларри!

Две из трех сбил Марк, еще одну – вертолет, пронесшийся над самой антенной. Крейсер наддал следом.

Крис вылез наружу и ковырялся у поврежденной кассетницы, распластавшись на белой обшивке носа как муха на стекле.

– Эрвин, что у вас?

Фло вдруг сообразил, что с «Орхи» уже несколько минут доносится лишь прерывистое дыхание да глухие удары, будто там сцепились врукопашную.

Капитан взглянул на монитор, работающий с вертолетом: Орха» рыскала на курсе, словно у руля никто не стоял. Собственно, так оно и было.

Когда пилоны освободили «Орху» и характер качки изменился, Арчи переключился в автоном.

Капелька вскрывал ящики с кассетами, подаваемые снизу подъемником. В машинное, на нижний уровень, никто не спускался, было не до того.

Каравелла-оборотень сбросила свою личину. Арчи несколько секунд глазел на крейсер.

– Ух ты! Погляди, Эрвин, кого нам подсунули!

Капелька обернулся, но смотрел вовсе не на монитор, а за спину Арчи. Глаза его сделались удивительно круглыми.

Арчи обернуться не дали: колючая веревка, пропахшая смолой, захлестнулась вокруг шеи. Дышать сразу стало невозможно. Арчи забился, как тунец у кока на крючке.

Трое пиратов с кеча «Колибри», прятавшиеся внизу, поднялись в рубку. Выйти наружу раньше они не могли: после стычки на борту «Орхидеи» Зародыш намертво задраил все люки, замуровав их в железном коконе. Просидев почти двое суток взаперти, оголодав и озлобившись, пираты действовали отчаянно и дерзко. Один придушил Элмера, двое других насели на Капельку. Кроме ножей у них ничего не было; у боцмана не было даже ножа. Толстяк казался неуклюжим, но когда пираты получили ногой по зубам движения их стали ловкими и осторожными. Капелька отлично владел техникой единоборства, но перед ним пританцовывали от напряжения тоже не выпускники воскресной школы. Просоленные морем убийцы, годами разбойничавшие в компании себе подобных и вдобавок убежденные, что отступление означает неминуемую смерть.

Постепенно Капельку оттеснили в самый нос. Штурвал слабо шевелился, «Орха» нетвердо прыгала с волны на волну, предоставленная самой себе.

Одного боцман все же выключил. Но второй вцепился в него бульдожьей хваткой, приставив нож к горлу; вдобавок вмешался третий пират, связавший к тому времени Арчи.

– Дьявол! Вяжи его, Хэнк, вяжи крепче! Клянусь всеми акулами Атлантики, они научат нас управляться с этим адским кораблем!

Хэнк вязал. Крепко.

Арчи не мог даже пошевелиться: удавка тотчас врезалась в горло. Дышал он хрипло, тяжело, с надрывом.

Капельку бросили рядом с ним.

– Эрвин, что у вас? – спросил Капитан отрывисто. Чувствовалось, что он занят.

Пираты всполошились.

– Кто здесь, тысяча чертей?

Фло их слышать не мог, микрофоны, пристегнутые к лацканам Капельки и Элмера, фильтровали посторонние звуки.

– Эрвин, отвечайте!

Грохот взрыва. Пираты смешались и отступили к трапу.

– Эй, кто там? Порази вас брочинг…

Взрыв, еще взрыв, натужный лай пулеметов…

– Вниз их! – скомандовал один из пиратов. Второй, тот, что звался Хэнком, приводил в чувство пострадавшего товарища.

Арчи и Капельку бросили внизу, прямо у трапа. Пираты возились в рубке, проклиная все на свете.

Связанные руки затекали, по коже бродили стада неприятных мурашек. Вязать пираты умели, чувствовался большой навык.

«Дьявольщина! – подумал Арчи. – Бруно Кертис, конечно же, давно уже сумел бы освободиться. А тут без ножа никак…

Стоп! Нож! Он же у меня до сих пор! Тот, что добыл в уличной драке в день, когда встретился с Капитаном Фло! Острый, как акулий зуб!»

– Эрвин, – прошептал Арчи. – Нож!

Капелька с трудом обратил лицо к напарнику.

«Орху» завалило набок при крутом повороте.

– Разрази меня гром, Хэнк, если это не штурвал!

Хэнк, должно быть, брякнулся на пол от такого рывка. Пират-экспериментатор несомненно крутанул штурвал, словно находился на мостике парусника.

– Нож, Эрвин! В кармане! Я не могу пошевелиться! – Арчи заметно страдал.

Капелька, извиваясь словно неуклюжая личинка, подбирался к карману. Арчи закряхтел, когда толстяк навалился на него всем телом.

14
{"b":"35604","o":1}