ЛитМир - Электронная Библиотека

– Ну как же? Что в этом общего?

– Мы худеем, чтобы словить мужика, – заявляла я.

– Ну конечно. Я худею, чтобы прежде всего нравиться самой себе, – утверждала Марго.

– Мужикам на вес наплевать, – уверяла нас Даша.

– Почему это?

– Мой муж с таким удовольствием щупает меня за жир, – ухмыльнулась она, – и вообще, если верить его рукам, то задница – главное достоинство, которым я владею. А она у меня, сами знаете, не из маленьких.

– Да уж, – вздыхали мы и задумывались каждая о своей заднице.

– А ты как считаешь, зачем худеть? – спросила я у Алинки.

– Худеть я не буду. Меня и так любят, – отмахнулась она и пошла строить глазки бармену из банного бара.

– Конечно, что за проблемы, если она готова отдаться кому угодно.

– Одно условие – наличие у объекта в штанах прибора, – расхохоталась я и предложила всем не мешать Алине устраивать свое женское счастье и пойти париться.

– Не вопрос, – согласился коллектив и мы забурились в парилку. Парилка тут знатная. Чудная рубленая баня, настоящая русская печь. Широченные деревянные полати, стойкий аромат то ли дуба, то ли березы. Лепота.

– Вот почему в Москве не делают нормальные бани? – возмутилась Марго.

– А чем тебя сауны не устраивают?

– Да это как резиновая кукла. Все на месте, но любви нет. – Марго после пары стопок начала метать бессмертные цитаты.

– Кстати, Лариска, а когда ты уже замуж выйдешь?

– Тебе что, водка не в то горло попала? – возмутилась я. О замужестве я не думала и думать пока вроде бы не желала, так что Дашкин вопрос мне не понравился.

– Ну а что? Тебе двадцать пять, работа есть, перспективы радужные. Сколько же ты карьеру собираешься делать?

– А чего ты к Марго вон не пристаешь или к Алине? – возмутилась я.

– С Марго совсем другой случай, – отбрила меня Дашка. Из бара вернулась расстроенная Алина и все с восторгом принялись прочить мне судьбу старой девы и страшные муки одиночества.

– Вы так говорите, словно бы ко мне очередь из женихов выстроилась, а я только и делаю, что их отваживаю.

– А я тебе как психолог говорю, что пока ты сама не захочешь замуж выйти, никто и не предложит.

– А ты вот скажи мне, психолог, как единственная замужняя среди нас дама. Ты сама сильно счастлива? А, Дашк?

– Я? – она икнула и задумалась. – Ну а как же? Конечно, счастлива.

– Да? И это ты от счастья своего немерянного каждый отпуск проводишь в Турции или Египте?

– Ай-яй-яй. Замужняя женщина, а ведь такое там вытворяешь! – кивнула довольная начатой темой Аля.

– Измена разрушает брак! – внесла свою лепту в заклевывание Даши я.

– Перестаньте, девки. Это же моя трагедия! – попыталась разрыдаться она. Но я налила всем по стопке и рыдания отложили. Трагедия Дашки состояла в том, что при всех своих высоких моральных достоинствах муж едва дорос ей до плеча. Маленький и субтильный, он очень радовал ее как личность, но совершенно не возбуждал в постели. Она мужественно терпела всю зиму, но по весне каждый раз начинала метаться и пытаться развестись, пока не уезжала в отпуск, где за пару недель добирала любви мускулистых загорелых красавцев. Этой инъекции хватало обычно до осени, и тогда она брала вторую пару недель отпуска. Так они с ее Георгием и жили. А поскольку сейчас была весна, а в отпуск она еще не ездила, трагедия стояла перед ней во всей красе.

– А нечего меня замуж гнать. За кого мне идти? – продолжила я.

– Да ты после своей волосатой обезьяны вообще никого не видишь.

– Не смей обижать моего Аганесова. Он как-никак мой шеф.

– И что? Вы разошлись больше года назад. Все давно быльем поросло.

– Что именно поросло?

– Не ерничай. Неужели легко без любви?

– Ну почему без любви? – возразила я. И в самом деле. Во-первых, после интеллигентного, но ненасытного Рафика мне требовался большой перерыв для восстановления. Во-вторых, я время от времени встречалась с одним влюбленным в меня мальчиком. Мы познакомились в юридической академии около полугода назад. Я пришла туда узнать, что надо сдавать в коллегии адвокатов, а он как раз с этот день сдавал криминологию. Он выскочил из класса и взвизгнул так, как орут индейцы, когда сдерут с кого-нибудь скальп. Я улыбнулась и спросила:

– Пять?

– Три! – гордо ответил он. – Но и это чудо!

– Молодец. – Одобрила я. И вроде бы ничего я такого не планировала, однако через полчаса мы с ним сидели в кабачке неподалеку и пили кофе.

– Сережа, – представился он.

– Лариса Дмитриевна, – представилась я, после чего он посерьезнел и принялся целовать мне руки. Вечером того же дня он проводил меня до дому, а назавтра мы с ним уже целовались в каком-то кинотеатре. Романтика. Он даже хотел на мне жениться.

– У нас будет двое детей. Ты не против? – спрашивал он. Но я не обольщалась. Фамилия этого Сережи заканчивалась на «енко», еще пару лет назад он протирал штаны в одиннадцатом классе Харьковской школы на Украине. Так что перспектива жениться на юристе с автомобилем из Москвы могла быть и не связана напрямую с его большим и светлым чувством. Хотя…Он обаятелен, я чертовски обаятельна. И, как говорится, ничто не препятствовало. Однако об этой связи я подругам не рассказывала, не считая ее серьезной. Он писал мне стихи и посылал их по СМС. Я улыбалась и писала очередное исковое заявление. Годы учебы в юридическом ВУЗе, а особенно последующая трудовая деятельность у Аганесова убедили меня в том, что брак – дело серьезное и к любви имеющее крайне отдаленное отношение. Первое же дело, которое мне поручили было связано с разводом. Пожилая пара, дорастившая своего отпрыска до отметки дееспособности, решила, что незачем проедать друг другу плешь и дальше. В этом вопросе у них было полное единение. А вот логичного и удобоваримого решения относительно дележа нажитого они найти не смогли. Супруга, очарованная напором и мужским обаянием Аганесова, решила поручить раздел имущества нам.

– Ларочка, составьте опись имущества, найдите свидетелей и выясните требования этого изверга, – бросил он мне через плечо и я впервые в жизни погрузилась в разборки разводящихся супругов. Таких скандалов и оскорблений я до той поры не слышала. А поскольку работа в направлении уголовного права меня с детства пугала, то разводы наряду с прочими гражданскими исками стали для меня нормой жизни. К слову сказать, та семья так и не смогла найти консенсуса. Пришлось около года вытрясать из мужа бабки наличными. А когда мы с судебными приставами забрали его автомобиль, он чуть не рыдал.

– Извините, девочки, но я даже не знаю, что должно произойти, чтобы я захотела замуж, – честно сказала я, а про себя подумала, что уж лучше встречаться со студентом раз в неделю, чем потом делить бензопилой мой ПЕЖО. Хотя он куплен до брака, делить не придется. Но вообще, штамп – взрывоопасная штука, с которой надо иметь дело только в крайних случаях.

– Да что тут непонятно. Должно произойти одно. Он должен быть богаче тебя настолько, чтобы от развода выиграла ты.

– А вот такого я еще не встретила. За все двадцать пять лет, – констатировала я.

– А Аганесов?

– А у Аганесова четверо детей.

– Ну и что? Надо было развести!

– Ну конечно. И потом жить в ожидании той, кто разведет меня с ним. И вообще, я не так стара, чтобы хвататься за соломинку. Будет еще на нашей улице праздник, – заявила я и почувствовала, что две стандартные темы для обсуждения на женских посиделках меня достали. Я предложила пойти и обмыть колесики моей личной, не обремененной совместной семейной собственностью машине. Дальнейшее мы все помним с трудом. Остатки водки мы вылили на колеса, а потом мы пошли в бар. Кажется, я стояла под оленьими рогами, а Дашка фотографировала меня. Алина с нами в номере не ночевала. Не уверена, что она ночевала в пансионате, так как вновь мы увидели ее только после обеда. Практически перед отъездом она вернулась заспанная, с размазанной тушью, но очень счастливая. А об остальном говорил счет. Когда я его увидела, чуть там же и не кончилась. В конце концов я, как начинающий адвокат, обремененный кредитом да еще и без мужа, резко потребовала от подруг участия в оплате. После долгих воплей они покорились моей профессиональной логике и достали кошельки. Правда, Алина только пообещала заплатить, так как денег с собой у нее не оказалось.

3
{"b":"35611","o":1}