ЛитМир - Электронная Библиотека

– Не обижайся, просто нам показалось.

– А если не показалось, что теперь?

– Но он же женат!

– А я нет, – выпалила я и с вызовом уставилась на мать.

– Доченька, если бы Паша даже и был свободен, я бы не была рада.

– Интересно, почему.

– Он мне не нравится.

– ПОЧЕМУ? – заорала, не контролируя себя я.

– Он не сделает тебя счастливой. Я так чувствую.

– Тогда понятно, – расслабилась я. В конце концов, ей никогда не нравились мои мальчишки. Дай ей волю, она отдаст меня за выпускника духовной семинарии. Я не вижу в этом ничего плохого, но согласитесь, не очень подходящая пара – батюшка из храма и уголовный адвокат с бульдожьей хваткой и кащеевой алчностью. И вообще, может быть Паша мне вовсе не позвонит. Тогда и проблем не будет, успокоила я себя. Сразу стало так легко и просто. Просто хорошие старые знакомые, просто прекрасный уик-энд.

Глава 3

Свое счастье…

Будни навалились на меня со все их очевидностью. Голова болела от необходимости работать. Нет слов, я люблю свою работу, но, наверное, если бы мне сказали, что я могу не работать, а кто-то добрый и щедрый сверху будет посыпать меня купюрами, я бы согласилась. А что? Это вовсе не значит, что я легла бы на диван и стала бы проводить время жизни, поедая картофельные чипсы у голубого экрана, стараясь предугадать очередной поворот тугой и неторопливой реки мексиканского сериала. Многие так и поступают, но не я. Я нашла бы себе другие занятия, поинтереснее. Я бы долго и тщательно ухаживала за собой. Я бы со вкусом, умом и смыслом покупала бы каждый свой наряд. А то сейчас я влетаю в магазин в перерыве между клиентами, хватаю первый приблизительно подходящий по фактуре костюмчик и несусь дальше выполнять Аганесов план. И вообще, стану рисовать, снимать кино, организовывать приемы… Да… Кто бы посыпал меня купюрами как перцем? Дураков нет, это понятно. Так что я встроилась в круговерть юридической рутины и практически забыла бы историю с Пашей, если бы он действительно не позвонил. Но он, как это ни странно, позвонил на следующий же день.

Лара, скажи, ты обо мне еще помнишь?

Конечно, – кивнула я, старательно вчитываясь в текст инструкции о порядке регистрации граждан на территории РФ. Я пыталась предположительно установить конституционность требований письменного согласия сособственников на регистрацию одного из них и конечно в мыслях у меня не было думать о Мелкове. Но все равно мне было приятно услышать его голос.

– А чем ты занята?

– Я… Э… Работаю.

– Ты в суде? – он явно был настроен поболтать, в отличие от меня.

– Да нет, готовлю один документ. А ты где?

– Я думаю о тебе. Не переставая. Я дома.

– В Серпухове?

– Угу. Мне тут очень-очень плохо без тебя. Когда увидимся?

– Я даже и не знаю, – протянула я. Паша был мне очень приятен, но втягиваться в долгий мучительный роман с женатым мужчиной я не собиралась.

– Я завтра повезу в Москву цемент. Могу потом заехать к тебе.

– Куда? – поинтересовалась я удивленно. ТО-то обрадуется моя мама.

– Куда скажешь, – отдал инициативу в мои руки он.

– Я могу, конечно, пригласить тебя к себе попить чайку. Моя мама обрадуется, я думаю. Только ты уверен, что именно этого хочешь, – отбрила я его. Пусть сам решает вопросы, если хочет волнующих отношений вдали от такой бесчувственной жены.

– Я тогда должен подумать, что делать, – задумался он. Я не возражала. – Но я обязательно что-нибудь придумаю.

– Ясно дело, – хмыкнула я и повесила трубку. До вечера никто не мешал мне дедуктировать относительно перспектив посудиться с паспортными службами Москвы. Однако что-то в голосе Павла показалось мне смутно знакомым. Так в сериалах моей мамы герои говорили, когда решались на что-нибудь великое. Я спокойно вернулась из офиса домой, выпила чаю и задумалась о перспективах Пашиного со мной романа. Студент меня задолбал. Хороших кандидатов в мужья вокруг нет ни единого. Если бы Паша был свободен, я однозначно рассматривала бы его в качестве жизненного шанса. Он красив, умен, в меру интеллигентен, насколько это вообще возможно для выходца из Малоярославца. Мы хорошо знаем и понимаем друг друга, мы нравимся друг другу. Нам хорошо в постели. Но у него жена и что самое плохое, любимая дочь. Я никак не могу стать на пути счастья ребенка. Правда, он говорил, что Ксюша к нему совершенно равнодушна, но, думаю, что утрировал. Что же мне с ним делать? Если он уже позвонил, значит перезвонит и еще.

– А почему бы тебе не закрутить с ним роман? – резонно спросила меня Дашка, когда я, не найдя сил решит дилемму, позвонила ей.

– Ну а как же совесть? – загрустила я.

– Причем здесь твоя совесть? Ты, что ли, жене будешь изменять?

– Нет, – тупо поддакнула я.

– Вот пусть твой Паша ею и мучается. Я поняла бы еще, если бы я была на твоем месте. Я каждый раз совестью мучаюсь.

– Ага. Но это сильно положения не спасает.

– Именно. Так что не пытайся обмануть инстинкты, – повела она итог и не без удовольствия отметила, что, слава Богу, теперь не одна она сред нас будет не без греха. Звонить Алине я не стала, ее ответ был мне и так очевиден.

– О чем речь? Он нравится тебе? Тогда вперед. – Алина вообще не поняла бы, над чем тут рассуждать. Марго же показала мне взгляд с другой стороны.

– Самый лучший расклад. Он с тобой спит, дарит тебе цветы и водит в кабаки, а носки с трусами, пепельницы с окурками и варку борщей ты оставляешь другой.

– Ты права, – кивнула я и подумала, что никому не обещала быть ангелом. До страшного суда еще далеко, а кушать хочется сейчас. Правда я подумала, что Паша с его профессией шофера вряд ли обеспечит мне бриллианты и рестораны, но мне показалось это такой мелочью, к которой и придираться-то – непростительная бестактность.

Назавтра Паша позвонил мне где-то в обед и предложил встретить около работы. Я не возражала и в шесть часов маячила перед подъездом, ожидая его Газель. Меня мучил вопрос, придется мне или нет кататься по городу на этом чуде отечественного автопрома или удастся уговорить Пашу поехать на моей машине.

– Какая ты солидная барышня, – восхитился он, увидев мой деловой костюм и не менее деловое выражение лица. Я не без удовольствия поцокала на каблуках перед ним и спросила:

– Что будем делать?

– А что бы ты хотела?

– Из чего выбирать? Ресторан, бар, стриптиз? – пошутила я.

– Прогулка по городу, ужин на двоих в квартире одного моего хорошего знакомого, ночь со мной там же. Как тебе такой план? – он притянул меня к себе и поцеловал, обхватив лицо ладонями. Я почувствовала себя глупой и счастливой одновременно.

– Принимается, – решила я и мы поехали. На обеих машинах через весь город в какое-то странное место под названием Бусиново. На северной окраине столицы располагался район, содержащий в себе несколько жилых домов и огромные трубы ТЕЦ. В небе клубились пары воды. Они срастались в клочкастые низкие облака и оседали на землю мелкой водяной взвесью. Наверное, в этом месте было сыро в самую солнечную летнюю погоду. И лица аборигенов выражали одновременно терпение и муку.

– Это вот тот дом, – махнул в сторону серой от времени шестнадцатиэтажной башни.

– Слава Богу, а то находиться на здешней улице мне совершенно не хочется.

– Да уж, неприятное место. Но для меня главное, что ты рядом! – Он сжал мою ладонь и мы вошли в подъезд. Дальнейшие события обрушились на меня со стремительностью снежной лавины в горах. Я была готова к чему угодно, но только не к тому, что произошло в действительности. Не первый день живя на свете и хорошо зная особенности и повадки племени под названием «мужчины», я допускала и простой секс в командировках из Серпухова в Москву, и красивый, бодрящий как ледяная кола, роман с обещаниями, которых никто никогда не исполняет, с подарками, которые оставляют приятные воспоминания. Возможно даже и долгую нежную дружбу с налетом эротики, но только не это. Паша, по-прежнему проникновенно глядя мне в глаза, перевернулся на чужом скрипучем диване и сказал:

7
{"b":"35611","o":1}