ЛитМир - Электронная Библиотека

– Таточка, ты очень устала? А у нас гости!

– Кто? – не без раздражения спросила мама.

– Одна дама, которую ты будешь рада видеть.

Но тут уж я не выдержала и выскочила в коридор.

– Аська! – взвизгнула мама и бросилась ко мне. – Аська, солнышко, откуда? Что-то случилось?

– Сгорела наша школа. И я приехала к вам. Я больше не могла, я так соскучилась!

– Как сгорела школа?

– Ну как? Там был пожар, понимаешь?

– Какое счастье! – воскликнула мама, крепко прижимая меня к себе.

Глава II

НАХОДКА

Тетя Липа и папа уже ушли спать, а мы с мамой все не могли наговориться. Она засыпала меня вопросами о моей парижской жизни, и чем больше было этих вопросов, тем теплее становилось у меня на душе. Что греха таить, иной раз мне казалось, что маме совсем не до меня и она даже рада, что я далеко, в другой стране...

– Мамочка, как хорошо, что я приехала... Ой, мама, а что там у Мотьки? – спохватилась я. – Мне Олег что-то говорил, будто ты...

– Да, у Мотьки грандиозные успехи, она репетирует в антрепризе у Илюши Меркулова, помнишь его? Он от нее в полном восторге и скажу тебе по секрету, ты ей пока не говори, он подыскивает еще одну пьесу, где у нее опять была бы главная роль.

– Мама, но это же просто здорово! Значит, она действительно будет актрисой!

– Думаю, она будет настоящей звездой, я видела, как она показывалась Илье. Это было так талантливо, я даже подумала, что, наверное, такой была юная Алиса Коонен, когда показывалась Станиславскому... Помнишь, ты читала ее мемуары? Такие же огромные синие глаза, поразительный артистизм...

Господи, неужели это все о моей подружке Мотьке? Но когда же я теперь с нею увижусь? Утром она в школе, а потом, наверное, в театре...

– Мама, а она каждый день репетирует?

– Думаю, что да. У них же скоро премьера...

– Тогда я заявлюсь к ней утром, часов в восемь!

– А ты проснешься? – засмеялась мама. – Смотри, уже третий час!

– Ничего, будильник поставлю!

– Ну дело твое. В таком случае иди спать. Да и мне пора, завтра с утра на телевидение...

Без четверти восемь я уже выскочила из дому и помчалась к Мотьке.

– Кто там? – спросил незнакомый голос из-за двери.

– Степанида, открой, свои! – сказала я.

– Кто свои?

Она произносила «хто».

– Открой или позови Матильду!

– Моотя! Тут хтой-то тебя спрашивает!

– Кто там? – раздался родной Мотькин голос.

– Матильда! Это я!

– Матерь Божья, Аська! – завизжала она.

Дверь распахнулась. Мы обнялись.

– Мооть, это шо, та самая Аська? – дернула Мотьку за рукав Степанида. Она была хорошенькая, чем-то похожая на Мотьку, только не такая хрупкая и изящная, а крепко сбитая, невысокая, с совершенно хулиганскими карими глазами.

– Та самая! – восторженно отозвалась Мотька. – Аська, ты когда приехала?

– Вчера вечером, поздно...

– Ой, Аська, а ты письмо-то мое успела получить?

– Успела, успела! Только ни черта не поняла...

– А тетя Тата тебе ничего не говорила?

– Говорила... Это просто потрясающе! Мо-тька, а мне можно будет на репетицию пойти?

– Нет, нельзя! – ответила Мотька и как-то странно подмигнула мне. – Илья Михайлович не разрешает... – И она еще раз мне подмигнула, едва заметно кивнув в сторону Степаниды.

– Понятно. Потерплю до генеральной...

– Степанида, быстро на кухню! – распорядилась Мотька. – Там уже все готово! А то в школу опоздаешь!

– А ты?

– Я сегодня прогуляю! – решительно заявила Матильда. – А то у меня времени не будет с Аськой пообщаться!

– И я не пойду в школу!

– Еще чего! Поговори у меня. Пойдешь как миленькая! И чтобы не смела вякать!

– А я твоей классной руководительнице скажу, что ты прогуливаешь.

– Да ради Бога! Подумаешь, большое дело! Говори, кому хочешь, доносчица – собачья извозчица!

– Я не доносчица!

– Пока нет, но, видимо, будешь... А среди моих друзей доносчиков нет и не будет. Вот и делай выводы.

Степанида задумалась. А я была поражена – до чего же повзрослела Мотька.

– Ладно, так и быть, не скажу... – широко улыбнулась Степанида. – Я понимаю, вам поговорить надо...

– То-то же! И давай быстрее ешь!

Выпроводив наконец Степку, Матильда опять бросилась в мои объятия.

– Ох, Аська, как же здорово...

– Ну, рассказывай! – потребовала я.

– Сейчас, сейчас... Ох, Аська, как же вовремя ты приехала... Как вовремя!

– А что, опять надо что-то расследовать? – пошутила я.

– В том-то и дело!

– То есть как? Ты шутишь?

– Какие шутки! Не до шуток мне! Не знаю, что и делать... Может, ты что-нибудь присоветуешь...

– Матильда, ты серьезно? – все еще не верила я.

– Да уж куда серьезнее... Погоди, я сейчас!

Она приволокла из кладовки стремянку и полезла на антресоли. Вытащила оттуда старый чемодан и подала мне.

– Открой!

Я открыла чемодан, откуда разило нафталином. Там лежали какие-то старые вязаные кофты, шапки, цигейковый вытертый воротник и все в таком роде.

– Моть, что тут такое? – спросила я и чихнула.

– Увидишь, – мрачно бросила Мотька и нагнулась над чемоданом. – На, смотри!

И она протянула мне какой-то сверток в черном пластиковом пакете, перетянутом бельевой резинкой.

Я осторожно сняла резинку и с опаской сунула руку в пакет. В нем лежала кожаная мужская сумочка, такие называются барсетками. Я вопросительно взглянула на Матильду. Она криво улыбнулась.

– Открой!

Я открыла «молнию» и оторопела – в сумке лежала толстая пачка стодолларовых купюр.

– Мотька!

– Вот тебе и Мотька!

– Откуда это?

– От верблюда! В буквальном смысле слова!

– То есть? – не поняла я.

– Ох, Аська, и почему все это на мою голову сыплется?

– Ты можешь толком объяснить, в чем дело! – рассердилась я. – Ты что, украла эти деньги?

– Украла? – вскинулась Мотька. – Я, по-твоему, воровка? Степка их... нашла.

– Нашла? – ахнула я. – Где это такие деньги находят, адресок не дашь?

– Запросто!

– Слушай, Матильда, ты, конечно, уже почти звезда, но будь добра, объясни простым смертным, что все это значит!

– Ох, Аська, не злись. Прости, подруга, я что-то не в себе... Я боюсь...

– Если ты мне сейчас же все не расскажешь, я просто уйду!

– Расскажу, обязательно расскажу, у меня на тебя вся надежда, я уж не знаю что думала, а как ты появилась, я решила, может, все еще обойдется...

– Матильда!

– Да, да, прости. Так вот, это случилось позавчера. Мы репетируем сейчас уже в театре, на сцене. После репетиции меня отвозят домой на машине... Это тетя Тата настояла, а наш администратор согласился, и обычно он сам меня отвозит...

– Ты и впрямь звезда, – хмыкнула я.

– Ладно тебе, просто я репетирую после школы, часто допоздна, ну и они говорят, что я им к премьере живая нужна... Они-то смеются... – всхлипнула Мотька. – Так вот, репетиция кончилась, Яков Леонидович, это администратор наш, подвез меня домой... Ох, зачем я все это рассказываю, дура набитая... Короче, вхожу я в квартиру, навстречу мне Степка вылетает, вид у нее еще тот, глаза горят, она хватает меня за рукав, даже раздеться не дает и тащит на кухню, а там на столе эта барсетка лежит, раскрытая. Я так и ахнула. «Степка, откуда это?» – спрашиваю. «Мотечка, я нашла! Мы теперь с тобой богатющие будем. Тут целых двенадцать тысяч, я пересчитала. Это ведь много, правда?» – радуется эта дура.

А у меня душа в пятки ушла. Неужто она украла? Да если даже нашла, тоже хорошего мало. Ну я к ней с ножом к горлу, колись, Степанида. А она рассказала, что ходила в магазин за молоком, а когда вернулась, лифт не работал, она пошла пешком и между третьим и четвертым этажом лежала эта барсетка. Ну, она и решила, что лучше всего взять ее домой. Дома поглядела, что там такое, и пришла в восторг. Теперь, говорит, можно папке написать, чтобы возвращался, она, дескать, теперь разбогатела и спасла семью. Видала дуру? Ой, Аська, что теперь будет? Я печенкой чую, не оберемся мы неприятностей, и это еще мягко сказано!

3
{"b":"35648","o":1}