A
A
1
2
3
...
45
46
47
...
91

– Привет, Томми, – сказал Кидди, услышав на линии знакомое «Ну». – Это Кидди. Я был у Моники. Мне нужно встретиться с тобой.

Брюстер ответил не сразу. Сначала раздалось сопение, затем пиканье какой-то аппаратуры, наконец звук сдвигаемого кресла, шелест одежды. Кидди сошел со ступеней медицинской академии, присел на нагретый солнцем гранитный парапет позеленевшего от времени фонтана. Здесь, в старом городе, он всегда чувствовал себя, как и в университетском городке. Гиганты нового города выстроились в отдалении, превращая горизонт в широкую темную ленту.

– Откуда ты взялся? – наконец отозвался Брюстер.

– Я вернулся, Томми, – терпеливо ответил Кидди, вытащил из кармана мячик Михи и стал подбрасывать его. – Я был у Моники. Мне нужно встретиться с тобой. Есть о чем поговорить.

– У Моники? – переспросил Брюстер. – Ну конечно, где же тебе еще быть? Восемь лет прошло, Кидди. Какого черта ты слез с этой своей Луны? Ванда говорила, что тебя показывали по TI200, но я подумал, что…

– Тут хорошо у вас, Томми, – прервал его Кидди. – Солнце. Трава. Вода бьет из фонтана. Я сейчас у входа в академию. Ты мне нужен, Томми.

– Чего ты хочешь? – продолжал упираться Брюстер. – Что нужно знаменитости от простых смертных? Подписал компрессию? Ну и гулял бы по этой своей компрессии! Что ты забыл здесь?

Кидди поймал мячик, сунул его в карман.

– Ты знаешь, что я забыл, – раздельно произнес он. – Моника мне рассказала все.

– Все? – удивился Брюстер. – Мне почему-то показалось, что «все» она не сказала никому.

«Конечно же не все», – подумал Кидди. Конечно же с Моникой придется встретиться еще раз. Да и как по-другому избавиться от нее?

– Главное – сказала, – ответил Кидди Брюстеру и добавил: – Томми. Мне нужно тебя видеть. Ты можешь открыть мне пропуск в академию?

– Нет! – почти испуганно ответил Брюстер и тут же поправился: – Это очень сложно. Ты ведь не маленькая рыбка! Там еще не толкутся поблизости наглецы с каналов? Видеосканеры не жужжат в воздухе?

– Пока нет, – ответил Кидди.

– Скоро будут, – пообещал Брюстер. – Вот ты бросил линию, а знаешь ли, что всякий раз, когда ты делаешь это, они могут тебя пеленговать? Да, мой дорогой, закон о доступности информации! Радуйся, что они не слышат, о чем ты говоришь. Пока не слышат. Правда, как раз теперь Государственный совет рассматривает предложения по ограничению вмешательства в частную жизнь со стороны прессы, но тебе это уже не поможет!

– Ты мне должен помочь, Брюстер! – отчеканил Кидди. – Помоги, и я исчезну с твоих глаз!

– Хорошо, – бросил Брюстер после паузы. – И все-таки. Послушай, Кидди. Мне бы не хотелось встревать в это дело. Ну в то дело, о котором тебе рассказала Моника. Короче, разве ты не можешь вытребовать пропуск через свое управление?

– Я в отпуске, Томми, – объяснил Кидди. – Или в отставке.

– Ты прилетел к Монике или к отцу? – спросил Брюстер.

– Том! – почти заорал Кидди. – Или выйди, или впусти меня в здание!

– Я выйду, – недовольно проворчал Брюстер. – Я выйду. Только не бросай линию хотя бы в ближайшие полчаса и подойди к северному входу, там неплохое кафе.

Брюстер появился минут через двадцать. Кидди еще издали заметил его. Брюстер пересекал площадь, то и дело оглядываясь по сторонам. Отсутствие репортеров его успокоило не слишком; входя в зал, Брюстер уже вытирал платком вспотевший лоб. Он нисколько не изменился. Симпатичное, но слишком маленькое черное лицо на большой голове, слишком короткие ноги для внушительного туловища, крепкие руки, но удивительно покатые плечи и, в довершение всего, одежда, которая, даже будучи изготовлена на заказ, все равно оказывалась Брюстеру мала. «Карикатура на человека, – прошептал про себя Кидди слова Михи и тут же добавил, как добавил когда-то и сам Миха: – Добрая карикатура на доброго человека».

– Привет, – Брюстер чиркнул мокрыми пальцами по ладони Кидди, нервно оглянулся и крикнул тонким голосом: – Пасту, сыр, томаты и… вино! Португальское!

– Ты начал пить? – удивился Кидди.

– Еще нет, – отмахнулся Брюстер и раздраженно прошептал: – Если не заказать вино, вместо официанта подлетит эта мерзкая тележка с заказом. Да и нужно смочить горло. Подсластить радость от неожиданной встречи! Ты неплохо выглядишь. По-прежнему мучаешь тренажеры в спортивных залах или пользуешься пластикой? Уже поел?

– Да, – Кидди отодвинул блюдо. – Я не пользуюсь пластикой. Мне надо поговорить с тобой, Томми.

– Говори, – кивнул Брюстер и тут же добавил: – Только не забывай, что у меня двое детей. Две девчонки. Мне не нужны проблемы, я не собираюсь ради кого бы то ни было лезть в грязь.

– Помню, – усмехнулся Кидди. – Раньше, когда Стиай затевал какое-нибудь баловство, ты всегда вспоминал про мать и отца. Как они?

– С ними все в порядке, – опустил ладони на стол Брюстер и наклонился к Кидди: – А вот со мной – не знаю. Если бы я увидел тут хотя бы одного журналиста, развернулся бы и вернулся в академию!

– Чем ты напуган? – нахмурился Кидди.

– Я? – взбодрился Брюстер. – Пока ничем. Если не считать, что мой приятель расстался с жизнью, – ничем. Если не считать, что служебное расследование по этому поводу оборвано весьма странным образом, то ничем. Если не считать, что академия сотрудничает с корпорацией «Тактика» по медицинскому обеспечению компрессии, – тоже ничем.

– Тебя Стиай тоже привлек? – спросил Кидди.

– Не меня, – пробормотал Брюстер. – Бери выше, кое-кто из седовласых старцев то ли сильно нуждается в деньгах, то ли Стиай окончательно задурил им головы обещаниями бессмертия! Но я не в программе. У меня хватает и собственных задач! Вот вы всегда называли меня слабаком, а ведь выходит, что это вы все легли под Стиая! Все! Кроме меня!

– И Миха, и Рокки?

– И Миха, и Рокки! – Брюстер засучил рукава, выдернул из держателя влажную салфетку и вытер руки. – Конечно, я не имею того заработка, который мне был предложен… который мне мог быть предложен в корпорации, но я остаюсь в академии. У меня хорошая лаборатория, и я не хотел бы получить безмозглого управляющего себе на шею! Я не хочу участвовать в сомнительных предприятиях!

– Чем тебя напугал Стиай? – спросил Кидди. – Ведь не на ринг же он тебя пытался вытащить? Я так понял, что тебе было сделано серьезное предложение? Ты, судя по твоим словам, отказался, жив и здоров, ну так и живи! Какое мне до этого дело?

– Ты Рокки об этом спроси, если найдешь его. – Брюстер подхватил с подноса блюдо и ткнул пальцем в одну из трех бутылок, что принес высокий седой официант. – Ты будешь пить? Нет? Я сам налью, идите.

– Что случилось с Михой, Томми? – Кидди наклонился над столом и остановил руку Брюстера, который уже собирался опрокинуть в рот бокал.

Брюстер вздрогнул, откинулся назад и все-таки выпил. Потом пододвинул к себе блюдо пасты, украшенной ломтиками томатов, но посмотрел на еду почти с ненавистью.

– Что с Михой, Томми? Я узнал о его смерти позавчера.

– Стиай говорил, что сообщил тебе и ты даже скорбишь, – расплылся в презрительной улыбке Брюстер.

– Это неправда, – стиснул зубы Кидди.

– А Моника? – удивился Брюстер.

– Она не связывалась со мной, – Кидди сделал над собой усилие. – Я заблокировал ее вызовы.

– Странно, что Моника не нашла способа сообщить тебе о смерти Михи, – облизал вилку Брюстер. – Я был уверен, что она празднует это событие и не преминет тебя пригласить на торжество.

– О каком празднестве ты говоришь? – не понял Кидди.

– По случаю своего освобождения! – воскликнул Брюстер. – Или ты думаешь, что никто не знал о твоих утехах с Моникой? Не видеть этого мог только слепой! По ее счастливой роже всякий раз можно было определить, с кем это она встретилась не так давно!

– Отчего же никто из вас не набил мне рожу? – наклонился к Брюстеру Кидди. – О том, почему этого не сделал Миха, я уже слышал от Моники. Он воспринимал меня как климатическое недоразумение в стране его мечты. Но ты-то? Рокки? Стиай?

46
{"b":"357","o":1}