A
A
1
2
3
...
50
51
52
...
91

– Ну. – Сиф вытащила из ниши грязновато-желтый цилиндр, оказавшийся свечой. – Чего больше испугаешься, если я фитиль щелчком пальцев зажгу или какой-нибудь другой осветительный прибор из воздуха извлеку?

– Привыкать начинаю, – ответил Кидди.

– Мы спим, – улыбнулась Сиф и повторила, наклонившись к стоящему ступенькой ниже Кидди: – Ты-то уж точно спишь!

47

Кидди просидел в кафе еще около часа. Хотел встать сразу после того, как Брюстер поднялся, как-то опасливо, воровато огляделся, похлопал его по плечу и заковылял к выходу, но не нашел в себе сил. Точнее желания. Внезапно он понял, что вот теперь, в этот самый миг, он уже не хочет ничего. Восемь лет, выстроившие за его спиной пусть и нелюбимое, казенное, холодное, но прочное здание, вдруг обрушились окутанной пылью грудой. И готовый заменить развалины дом на краю плещущего чуда показался вдруг орденом, пришпиленным к наброшенному на манекен чужому кителю.

«Я просто устал, – подумал Кидди, не находя сил даже поднять руки, чтобы обстоятельный и неторопливый механический уборщик вытер со стола. – Так бывает. Когда бежишь долго, очень долго, усталость наваливается сразу, но настоящая усталость приходит на следующий день. Это пройдет. Сейчас бы таблетку ноллениума, чтобы выжечь кусок памяти. Выжечь и начать все сначала, ведь есть силы, пусть их сразу и не отыщешь, но они есть, до них можно докопаться, к ним можно вынырнуть из глубины, если не будет тянуть в бездну память. Отмерить и вычеркнуть, стереть, выжечь, вырвать. С какой точки начать? Стой самой, когда Сиф бросила линию и назвала собственный адрес? Или с того вечера, когда привыкший не жить, а преодолевать жизнь, пока еще щуплый, но упрямый и уверенный в себе сирота при живом отце Кидди Гипмор двинулся через окутанный паутиной мягкого лазера зал к самой яркой девчонке университетского городка? Что он тогда наговорил Монике, кроме сомнительных комплиментов по поводу случайного сочетания запахов? Чем приворожил высокомерную красавицу? Уж не тем ли, что больше не подошел к ней ни разу? Да и какая разница, если он до сих пор не может сам себе ответить, чем его приворожила тогда на берегу океана Сиф? Так с какой же точки начать?»

Кидди отмахнулся от подлетевшего стюарда, на розовом экране которого помаргивали строчки меню, несколько секунд ждал, пока обернется девчонка, шушукающаяся с подружками через два столика, до удивления напоминающая Сиф, потом щелкнул чиппером.

«Справочная управления опекунства».

– Сиф? – с некоторым трепетом спросил Кидди и повторил: – Пасифея Буардес?

«Нет информации».

– Год рождения, родные, место жительства?

«Нет информации».

– Уильям Буардес?

«Умер пять лет назад».

– Причина смерти?

«Закрытая информация».

– Жена, дети?

«Уильям Буардес не был женат. Уильям Буардес не имел детей. Информация о доверенных лицах для распоряжения частной информацией закрыта».

Кидди рассеянно и недоуменно вновь посмотрел на девчонку, напомнившую Сиф. Курносый профиль стер ощущение даже случайного сходства. Что значит – «не имел детей»? Только то, что опекун не имеет никакой информации о Сиф. С другой стороны, кто сказал, что он должен иметь информацию о каждом? Еще когда Кидди работал в управлении опекунства, изредка случалось, что в базы заносились данные не на новорожденных, а на детей, а то и подростков. И раньше не все жители Земли отслеживались, а теперь, с узакониванием детехнологизированных зон, многие вообще могут не попасть под опеку? Но Сиф… Как же она пользовалась транспортом? И пользовалась ли она им? Если только таким же купе, на котором и разбилась в конце концов. С другой стороны, чиппера у нее на руке уж точно не было. Никогда не было.

– Эла Гипмор?

«Погибла в возрасте тридцати четырех лет тридцать один год назад. Причина – несчастный случай. Не криминальное. Нет запросов по поиску. Бывший специалист по геологической разведке. Все контакты: муж – Бак Гипмор, сын – Кидди Гипмор».

– Это я и есть!

«…»

– Я – Кидди Гипмор – прошу доступ к базе данных Элы Гипмор!

«Вы получали информацию о подробностях несчастного случая с Элой Гипмор восемь лет назад. Продублировать?»

– Нет. Мне нужна общая информация обо всех авариях и несчастных случаях в данном районе. Даты, время, свидетельства.

«Информация закрыта».

– Это информация общего пользования!

«Информация закрыта по схеме защиты источников информации».

«Стиай, – бессильно сжал дрожащие пальцы Кидди. – Стиай это сделал. Только как? Допустим, он сумел засекретить под каким-то предлогом происшествие с Сиф, а заодно с ним и все происшествия в этом пустынном уголке, но ведь сама она не могла исчезнуть? Наследница владельца корпорации «Тактика» не могла исчезнуть просто так! Ни у кого нет доступа к базам опекуна! Ни у кого не может быть доступа к базам опекуна! Как можно удалить оттуда информацию? И зачем это делать?»

– Меню?

Стюард вновь висел возле столика, призывно помаргивал экраном, чуть слышно, в пределах такта, распространял аппетитные запахи.

– Нет. – Кидди поднялся, вытащил из кармана и надел подаренные Порки очки.

В глаза хлынула темнота, фигуры сидящих за столиками сразу же окрасились красным, желтыми линиями разбежалась паутина скрытых в стенах магистралей, набухли оранжевыми квадратами автоматы. Кидди нащупал сенсор на дужке, фигуры расплылись, расцвели калейдоскопом цветов, на мгновение предстали обнаженными и наконец обрели естественный вид. Кидди снял очки с усмешкой. Снаружи они оставались черными.

48

Узкие каменные ступени вели вправо и вверх, вкручиваясь в темноту башни зубчатой спиралью со скользящей по камню Сиф с горящей свечой в руке в качестве острия. Сиф то и дело оглядывалась, морщилась от сладкого запаха, исходящего от потрескивающего фитиля, объясняя, что сало какого-то зверя не лучший материал для свечей. Кидди старался не отставать от нее, хотя на каждом этаже невольно замедлял шаги. Но не пустынные просторные залы с высокими окнами вводили его в ступор, а то, что он видел в прорезях причудливых переплетов. Пейзажи сменяли друг друга. То это были ребристые оранжевые дюны под темно-зеленым небом, то покрытые ледяной коркой леса на берегу холодного моря, то переплетенные ползучими зелеными паразитами джунгли, то убегающие к темно-красному горизонту мертвые руины.

– Сколько? – с трудом переводя дыхание не от подъема, а от увиденного, прошептал Кидди. – Сколько этажей нужно миновать, чтобы добраться до Билла? Или он тоже еще не пришел?

– Пришел, – успокоила его Сиф. – Этажи я не считала, но нужный будет следующим в тот момент, как ты утомишься разглядывать виды за окном. Я же говорила, башня пронзает миры как листы бумаги.

– Это какой-то фокус? – нахмурился Кидди.

– Это сон, – рассмеялась Сиф и взяла его за руку. – Пойдем!

Последний поворот она почти пробежала, смешно задерживая шаги, когда подобие обуви пыталось соскользнуть с ее ног. Кидди едва успевал за ней. Неожиданно преградившая путь деревянная дверь со скрипом отворилась, и Кидди почувствовал лицом тепло. Открывшийся взгляду зал был заполнен мягкостью и древностью. На стенах висели распадающиеся от старости, но все еще яркие ковры, на полу и с трудом угадываемых предметах обстановки топорщились шкуры незнакомых зверей, над головой подрагивали от теплого воздуха растянутые полотна холста. Свет с трудом пробивался через съеденные льдом окна, но окон было много, к тому же свет падал откуда-то и сверху, где слышалась возня и птичий гам. От мусора, летящего сверху, как раз и спасали полосы ткани. В высоком, уходящем в те же столбы света камине потрескивали угли, на закопченном треножнике исходил паром котел, а перед странным, по грудь, столом стоял Билл.

– Мы не опоздали? – спросила Сиф, подхватывая с одного из лежаков длинное темно-зеленое платье и расстегивая на ходу рубашку.

– Нисколько, – отозвался Билл и, не обращая особого внимания на Сиф, шагнул к Кидди. – Как долго добирались?

51
{"b":"357","o":1}