ЛитМир - Электронная Библиотека

– Вы холодный и черствый мужчина, мистер Джо Трона.

– Возможно.

– Не хочешь сказать свои "да, мэм", "рад видеть вас", "как поживаете" и так далее? А произнести "с удовольствием"?

На глубине вода была совсем ледяная. Но, несмотря на холод, я вдруг почувствовал прикосновение рук Джун, а это было уже настоящей сенсацией, о которой я раньше и мечтать не мог. Вытащив коробку изо рта, я продолжал барахтаться, держа ее в руке.

Отпустив рубашку, Джун положила ладони мне на щеки и крепко поцеловала меня. Мне и дальше хотелось бы оставить все как есть, но молния больно врезалась в самый чувствительный орган, и я стал тонуть. Тогда Джун развернулась, разбрасывая серебряные брызги, и поплыла к лесенке, которая спускалась с ее веранды прямо в воду.

Она поднималась передо мной, вся облепленная шелковым платьем, а с ее стройных ножек стекали переливающиеся в лунном свете ручейки.

Джун помогла мне выбраться из воды на веранду, взяла у меня изо рта коробочку и положила на столик. Я отвернулся, однако Джун, положив мне руку на плечо, повернула к себе лицом и снова припала губами к моему рту. Продолжая целоваться, мы зашли внутрь, и она повела меня дальше. По дороге я неуклюже натыкался на какие-то предметы, но, к счастью, ничего не уронил и не разбил. Мы миновали гостиную, кухню, столовую с шоколадом и корзинкой из магазина подарков, еще одну гостиную с бледно-лиловыми розами на каминной полке, коридор с фотографиями в рамках, висящими на стенах, но пока Джун довела меня до спальни, я видел лишь ее лоб, одну щеку и сверкающий карий глаз. В спальне Джун развернула меня на девяносто градусов, и мы вместе направились в ванную. Ее губы ни на секунду не отрывались от моих. Я почувствовал, как она что-то повернула, и услышал шум льющейся из душа воды. Потом Джун еще что-то включила, и над головой послышалось гудение, а мою спину и шею окутал мощный живительный поток тепловой лампы. Дверь закрылась, и наступила темнота. Скорее, полутьма. Глядя поверх щеки Джун, я заметил отражение наших тел в зеркале над раковиной.

Какое-то время ушло на то, чтобы снять одежду. При этом мы не отпускали друг друга, продолжая страстно целоваться и подрагивая всем телом в ожидании, когда лампа согреет наши тела, а горячий душ вернет нам силы. Это заняло немного времени. А может, и прилично. Этот поцелуй перевернул мое восприятие времени, и мне было не до часов.

Потом мы зашли под душ и подставили тела под горячие водные струи. Помню пышную мыльную пену и гладкое, податливое и сильное тело, прильнувшее ко мне, и руки нежные, ищущие, жадно поглаживающие и ощупывающие меня, словно на всей земле остались только два наших тела. Непередаваемое наслаждение. Джун опустилась на колени и принялась меня мыть. Я попросил ее делать это не так энергично, особенно в моей интимной зоне, но, казалось, она умышленно не обращала внимания на мои слова. Пока она мыла меня в темноте, я стоял неподвижно, как статуя, опершись руками на кафельную стенку. Когда она закончила, я присел и так же энергично занялся ею. Джун тихо застонала и, запустив пальцы в мою шевелюру, притянула мое лицо к себе. Еще один глухой стон, почти рычание. Ее словно ударило током. Джун не отпускала мою голову. По мере того как она вздрагивала, казалось, горячая вода проникала через мою кожу, согревая мышцы и кости. И я снова ощутил ту же небывалую легкость, что и в ресторане. Мне казалось, я мог бы, как воздушный шар, взлететь к потолку и сверху наблюдать за Джун.

Но мне хотелось совсем другого. Мы вышли из душа и попытались обсохнуть, но вся ванна была заполнена паром. Джун уложила меня, мокрого и потного, на свою кровать. Когда моего тела коснулся прохладный ночной воздух, по коже побежали мурашки, словно распустились невидимые цветы.

Мы начали заниматься любовью в 10.13. Я знал это, поскольку у Джун рядом с кроватью стояли электронные часы с большими зелеными цифрами. Мы продолжили в 12.25, 5.58 и 8.44. В 11.40, 2.05 и 8.20 мы перекусывали прямо в постели – мороженое с шоколадным сиропом; остатки еды из ресторана; сосиски и блинчики с соусом, разогретые в микроволновке. Последний раз мы занялись любовью, когда совсем рассвело, после чего я ушел. Спускаясь по ступенькам крыльца, я чувствовал, как гудели мои ноги, как ныла моя интимная зона и даже челюсти побаливали. Но я был счастлив, как никогда до этого за всю свою жизнь, может быть, кроме того момента, когда я оказался в доме Уилла и Мэри-Энн на тастинских холмах. По силе оба потрясения были похожи. Мое сердце прыгало в груди, а в ушах радостно звенело. В эти моменты я жадно ловил глазами, носом и всеми органами чувств все, что мог ощутить, потому что боялся, что мой новый дом – так же как и Джун Дауэр – очень скоро может исчезнуть из моей жизни.

Глава 16

Ночной клуб "Бамбук-33" располагался на улице Больса, в самом сердце Малого Сайгона. Я припарковал "БМВ" Уилла в дальнем углу стоянки и выключил мотор. Было одиннадцать часов вечера, и стоянка была полупустой. Вечер выдался ясный, без тумана и облаков. Дул лишь теплый восточный ветерок из пустыни, а небо было усыпано звездами.

Через несколько минут прибыли Берч и Одеркирк. Я просигналил им фарами.

Мы собрались около "краун-виктории" Берча. До меня доносился запах еды из вьетнамских магазинчиков, смешанный с сухим ароматом пустыни. Вдоль всей Больсы ярко горели фонари, а машин было хоть и немного, но уличное движение было довольно интенсивным.

– Не думаю, что тебя ждет теплый прием, – заметил Берч. – Если тебе удастся отыскать Бернадетт, покажи ей снимок, где она вместе с Гэйленом. И намекни, что совсем нетрудно подбросить эту картинку в камеру Сэмми. Попробуй вытащить ее наружу, где мы могли бы немного потолковать.

Я задумался, как бы ее выманить на улицу.

– Если она выйдет со мной, это может показаться подозрительным и об этом могут донести Сэмми.

Берч вручил мне копию снимка, который я сунул в карман куртки.

– Если она передаст тебе то, что нам нужно, забирай это и линяй. Если тебя не будет здесь через час, мы зайдем проверить внутри.

Я подошел к входу в клуб и показал свое удостоверение. Вход стоил двадцать баксов. Но женщина-билетерша, не взглянув на мое лицо и отшвырнув деньги, просто показала на дверь.

Охранником был огромный бугай, похожий на гавайца, в форменной одежде с полицейской дубинкой на поясе. Он взглянул на удостоверение и нахмурился.

– У нас все нормально. Нет поводов для беспокойства.

– Можно просто позавидовать, – пошутил я.

– Кого вы здесь ищете?

– Бернадетт.

– Столик наверху.

– Очень признателен.

Бросив быстрый взгляд, он распахнул дверь. Внутри находился довольно просторный зал. Подсвеченная площадка была забита танцующими, которые мерно покачивались в ритм музыке. Над ними висел сверкающий зеркальный шар, на котором играл мерцающий луч стробоскопа. Вокруг танцплощадки были расставлены кофейные столики, за которыми сидели в основном вьетнамцы: некоторые – помоложе, другие – постарше. Большинство в костюмах и платьях. В воздухе висело плотное облако сигаретного дыма.

Ансамбль на сцене исполнял "Вьючное животное" из репертуара "Роллинг Стоунз". Вокалисткой была симпатичная стройная девушка, одетая в блестящие черные брюки и жилетку из кожи или винила. Справа я заметил бар, а на другой стороне – лестницу наверх, где тоже стояли столики и откуда открывался вид на танцующих.

За мной следило множество любопытных глаз. Я направился к лестнице и поднялся на второй этаж, по-прежнему ощущая на себе любопытные взгляды. Официант в черном костюме, держа поднос с напитками, отскочил в сторону, пропуская меня.

Наверху я немного постоял и оглядел ряд столиков вдоль балкона. Бернадетт Ли в полном одиночестве сидела в самом углу. Мельком взглянув на меня, она снова стала смотреть на танцующих.

Когда песня закончилась, я подошел к ее столу.

49
{"b":"359","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Дыхание по методу Бутейко. Уникальная дыхательная гимнастика от 118 болезней!
Дневник книготорговца
Конец Смуты
Там, где кончается река
Презентация ящика Пандоры
Без компромиссов
Часть Европы. История Российского государства. От истоков до монгольского нашествия
Дочь убийцы
Раунд. Оптический роман