1
2
3
...
49
50
51
...
84

– Меня зовут Джо Трона.

– Знаю. Приятель Сэмми.

– Я всего лишь охраняю его. Можно присесть?

Она кивнула, и я сел на стул. Бернадетт была чертовски хороша собой. У нее темные сверкающие глаза и высокие, изогнутые дугой брови. Резко очерченные скулы, аккуратный носик и изящные сочные губы. Кожа бледно-матового оттенка. А одета Бернадетт была в черное платье с полосами на груди и вдоль рукавов. У нее прямые черные волосы, спускавшиеся до плеч, и длинная челка. Тонкие белые пальцы с длинными алыми ногтями, которыми она постукивала по сотовому телефону, лежавшему перед ней на столе.

– Это Сэмми вас прислал? – Голос у нее был мягкий и с легкой хрипотцой.

– Он тревожится о вас.

– С какой стати?

– Потому что новый сосед достал его разговорами, что вы маетесь в одиночестве.

– Великан Майк?

– Ну да, Великан Майк. Послушайте, мисс Ли, мне надо с вами кое о ком поговорить. Не о Сэмми. Думаю, нам было бы неплохо выйти на улицу, подальше от этого грохота.

– По крайней мере пятьдесят человек в этом клубе передадут Сэмми, что я ушла вместе с вами. Зачем его огорчать? Просто скажите мне, что вы хотите знать.

Я наклонился к ней. Ее духи издавали тонкий аромат с привкусом кардамона.

– Меня интересует Джон Гэйлен.

Она быстро взглянула на меня, и, казалось, все очарование исчезло с ее личика.

– Я не знаю такого. И никогда о нем не слыхала.

– Мисс Ли, у меня с собой фотография, где вы вместе с ним сидите в машине.

Она отрешенно посмотрела на танцующих и не глядя набрала номер на сотовом телефоне. Я не слышал, что она сказана в трубку. Выключив "мобильник", Бернадетт молча встала и взяла сумочку со стула.

– Пошли со мной.

У нашего стола появились из темноты два молодых вьетнамца. Подтянутые, в темных костюмах. Один из них возглавлял, а другой замыкал нашу процессию, пока мы спускались по лестнице. Мы проскользнули мимо танцующих пар на другую сторону зала. Здесь у дверей стоял другой вьетнамец, пропустивший нас дальше. Дверь за нами захлопнулась. Коридор был слабо освещен, за стеной слышались звуки электрогитар. Бернадетт прошла вперед по коридору, скрипя туфлями по старому линолеуму, и привела меня к двери в маленькую комнату. В центре стоял стол для заседаний и шесть стульев, а сбоку – холодильник. Над головой мигала и гудела лампа дневного света. На стенах были развешаны фотографии вьетнамских певцов и певиц. Жалюзи на узких окнах опущены.

Бернадетт швырнула свою сумку на обшарпанный стол.

– Дайте-ка мне взглянуть на нее, – попросила она и прикурила сигарету.

Я протянул ей фотокопию и сел напротив. Она рассеянно взглянула на снимок, а затем на меня.

– Так что Великан Майк прав. Я была одна.

– Как насчет вечера в среду тринадцатого июня? Вы были с ним?

Она быстро забарабанила ногтями по крышке стола. Потом, вздохнув, порылась в сумочке и вытащила оттуда миниатюрный ежедневник. Металлический держатель в блокноте отделял прошлое от настоящего. Она откинула его и перелистнула несколько страничек. Потом поставила держатель на место и кинула блокнот назад в сумку.

– Нет.

– Где он был в тот вечер, мисс Ли?

– Без понятия. Я встречалась с ним лишь несколько раз.

– Однако достаточно, чтобы свериться с ежедневником.

Она холодно взглянула на меня, а на ее алых губах мелькнула усмешка.

– Для этого достаточно. Что вас так беспокоит?

– Он убил моего отца.

Она передернула плечами и отвела глаза.

– Думаю, каждый получает то, что заслужил.

– Выходит, Деннис Франклин заслужил свою смерть?

– Сэмми его не убивал. Копы подтасовали свидетельства, а окружной прокурор и рад стараться.

– Есть два очевидца этого убийства, мисс Ли. И пуля, извлеченная из головы Франклина, пущена из пистолета Сэмми.

– Доказательства можно сфабриковать. Вам это известно. – Она грациозно выпустила изо рта дым и стряхнула пепел. Дым окутал гудящую под потолком лампу. – Так вы собираетесь заложить меня Сэмми?

– Не знаю. Вы хотите вынудить нас это сделать, мисс Ли.

Она снова взглянула на меня.

– Вы один из самых противных типов, которых я встречала в жизни. Вам кажется, что у вас хорошие манеры, но вы ошибаетесь. Валяйте, покажите Сэмми этот снимок. И оставайтесь потом наедине со своей совестью. Но в тот вечер меня не было с Джоном Гэйленом. Я была здесь, в клубе, одна. Как всегда.

– А где был Гэйлен?

Она зло посмотрела на меня.

– Вы ведь собираетесь показать эту карточку Сэмми?

– Если бы вы сказали, где был Гэйлен, это могло бы вам помочь, мисс Ли.

– Проклятие! – Она смахнула пепельницу вместе с сумкой на пол и вскочила со стула так резко, что тот опрокинулся. – Да пошел ты. Знаешь, как Сэмми называет тебя в письмах? Годзилла!

Разумеется, мне это было известно из его почты и из сеансов прослушивания его приятелей в тоннеле модуля "Е".

– И вправду похоже, – согласился я. – Так где же находился Джон Гэйлен в тот вечер, мисс Ли?

– Пошел к черту.

– И все же?

– Вы что, предлагаете мне сделку?

– Что вы, нет.

– Ну тогда я предложу. Первое – вы не показываете эту фотографию Сэмми. Тогда я расскажу, что узнала от Гэйлена о том вечере.

– Обещаю, что снимок к Сэмми не попадет.

– Отдайте его мне.

– Это всего лишь копия. Она вам не поможет.

Бросив на меня быстрый взгляд, она поддела опрокинутый стул ногой и, опершись рукой на его спинку, подняла с пола сумку. Я выложил фотографию на стол.

– Джон рассказывал, что у него в тот вечер была работа. И что ему придется на несколько дней исчезнуть из города. Накануне вечером он был здесь и здорово напился. В дупелину, если не сказать больше. Те трое парней, которых потом застрелили, и этот, который сейчас в больнице, тоже были с ним.

– Когда после того раза вы его снова встретили?

– Несколько дней спустя. Он хотел увезти меня с собой, но я сказала "нет". У меня нет желания тащиться за ним в первое попавшееся место. "Кобровые короли" не признают никаких правил.

– А Сэмми правила признает?

– По крайней мере те, что мне известны.

– А что Гэйлен говорил о том, как у него прошло-то дело?

– Сказал, что все прошло как надо. Он был в хорошем настроении и много шутил.

Я слышал, как музыканты за стеной начали новую песню.

– Мисс Ли, Гэйлен не задумываясь отправил на тот свет двух своих ребят, чтобы те не проболтались. Вы это имели в виду, когда говорили о соблюдении правил?

Она посмотрела на меня, а потом перевела глаза на потолок.

– Ну да.

– Мисс Ли, у Джона Гэйлена были дела с Алексом Блейзеком?

Еще один рассеянный взгляд.

– Не знаю. Мне неизвестны люди, которые хотели бы иметь дело с этим парнем. Сумасшедший и опасный тип. Для бизнеса не годится.

Несколько секунд я помолчал.

– У меня есть еще кое-что для вас, – проговорила Бернадетт. – Я могла бы вам это сообщить. Но вы должны достать для Сэмми хорошую крысоловку. Он ненавидит крыс. Это единственные существа в мире, которых он боится.

– Заключенным запрещено иметь пружинные крысоловки. В тюрьме планируют разбросать отравленную приманку в системе вентиляции. Я говорил ему.

– Тогда как насчет увеличения времени на телефонные разговоры?

– Я и так добавил ему время.

– Этого мало.

Я задумался на секунду. В общем-то увеличить время телефонных переговоров было несложно.

– Я добавлю ему еще по пять минут ежедневно.

Она хмыкнула и выпустила струйку дыма изо рта.

– Пять минут? Я думала, вы солидный человек.

Я ждал, что она скажет дальше.

– Вечером накануне убийства я видела, как Джон встречался с какими-то людьми на стоянке у клуба. Там было два человека, шофер и пассажир. Пассажир опустил стекло, и они о чем-то переговорили. Минут пять, может, чуть больше. Чутье мне подсказывает, разговор шел о работе.

– Вы могли бы их узнать?

50
{"b":"359","o":1}