ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Билет в любовь
Здравый смысл и лекарства. Таблетки. Необходимость или бизнес?
Воскресное утро. Решающий выбор
Черепахи – и нет им конца
Луна-парк
Миллион вялых роз
Королевская кровь. Огненный путь
Как разговаривать с м*даками. Что делать с неадекватными и невыносимыми людьми в вашей жизни
Девушка по имени Москва

А в отделе несчастных случаев бригада Маддена уже проверила более сорока больниц, включая и лондонские. Никто не обращался в них за помощью с отсутствующей рукой.

Глава 7

Ребекка проснулась рано утром, и дом сразу наполнился детским смехом, капризами, вопросами, обращенными к взрослым. И это была естественная жизнь. А пресса, теле- и радионовости взорвали ее, сделали ужас обитателей Пунт-Ярда достоянием общественности.

Джо Голдман позвонил, когда еще не было девяти.

— Гас? Я слышал. Это действительно правда?

— Боюсь, что да. Вчера было слишком поздно звонить тебе. Извини.

— Не извиняйся. Как Тэсс? Как ты? Черт возьми, что за вопросы! Послушай, могу я что-нибудь сделать для вас?

— Почти уверен, полиция захочет поговорить с тобой. Их интересует, не угрожал ли кто-то Диане. Ты знаешь что-нибудь об этом?

— Возможно. Поэтому я так рано и явился в свой офис. Услышав сообщение, я кое-что вспомнил и сейчас проверяю. Думаю, ты можешь передать это полиции. Помнишь историю с «Геддой Габлер»? После этого спектакля у Дианы появилось множество поклонников, которые писали ей и просили выслать фотографию с автографом! Большинство писем приходило сюда. Для нее это, конечно, было развлечением. Посылая свои фотографии, она сопровождала их глупыми посланиями. Я говорил ей, что не надо делать этого, но она не слушала меня. И дождалась: один тип написал ей ответное письмо. Оно показалось мне очень странным, поэтому я сохранил его. Послушай:

«Дорогая Диана! Я получил твою фотографию с надписью и поставил ее на тумбочку, около кровати, рядом с той, что вырезал из газеты. Часто я рассматриваю их и думаю о таких вещах, о которых никогда не смог бы рассказать даже своей маме».

Итак, ты догадываешься, что это за вещи, не так ли? Но следующее заявление в письме в свете сегодняшних событий не может не вызывать беспокойства:

«Фотографии хранятся рядом с острым ножом «коммандо», потому что они теперь, как и нож, — мои самые большие сокровища». Ты понимаешь, что я имею в виду?

— Боже всемогущий! Кто автор?

— Артур Пауэл. Двадцать семь лет. Адрес: Севастопольская терраса, Белсвейт. Это где-то в Йоркшире, не так ли?

— Это рядом с Голифаксом. Хорошо, спасибо, Джо. Я сообщу полиции. Я не следователь, но и не хочу держать это письмо у себя, как делал это столько времени ты. Пусть срочно снимут с него отпечатки пальцев.

— Гас, я поступил неправильно, что не сообщил об этом письме полицейским, когда они приезжали сюда? — Неизбывное страдание вдруг прозвучало в голосе Голдмана. — Я был уверен, что автор его просто чокнутый. Никогда не думал… Может быть, если бы я…

— Перестань, Джо! — прервал его Мальтрейверс. — Ты не мог знать. Важно, что ты сохранил его.

— Но, Гас, Диана мертва!

— Мы этого еще не знаем. Мы знаем только то, что она искалечена. Сейчас оставайся в офисе и жди, пока не прибудет полиция.

Информацию сразу передали Маддену, лишь только Мальтрейверс позвонил в полицию.

Мадден теперь и ночи проводил в полицейском управлении. Была поставлена раскладушка, на которой в короткие периоды затишья он позволял себе порой немного поспать.

— Ты и Нил поезжайте немедленно в Белсвейт, — приказал он Джексону. — Я свяжусь с тамошней полицией и попрошу задержать Пауэла до вашего прибытия. Необходимо, чтобы вы сразу же доставили его сюда.

Едва Джексон вышел, Мадден связался с отделом несчастных случаев. Приказал искать в архивах сведения об Артуре Пауэле, отправил в Лондон человека, чтобы забрать у Голдмана письмо. Затем позвонил в полицию Белсвейта и попросил немедленно арестовать Артура Пауэла по подозрению в похищении человека и нанесении телесных повреждений.

— Дайте мне сразу же знать, как только возьмете его, — попросил он. — К полудню мои люди будут у вас. Они доставят его сюда.

В то время, как вой полицейской сирены и визг тормозов заглушали жизнь северного проезда Севастопольской террасы, а из машины уже выскакивали полицейские, направляясь к дому Артура Пауэла и стуча в его дверь, Мадден в своем кабинете спокойно читал отчет начальника полиции о злоупотреблении в стране наркотиками. Глаза его недобро сузились, когда он знакомился с мыслями главного констебля о возможности узаконивания гашиша, а губы скривились и вовсе, когда прочитал о предложении уменьшить штрафы и сроки заключения по этой статье. В течение двадцати минут ни Диана Портер, ни Артур Пауэл и не вспомнились ему, поэтому он вздрогнул, когда раздался телефонный звонок.

Звонили из Белсвейта с информацией, что Артура Пауэла найти не смогли. Дома его не оказалось, а в супермаркете, где он работал на складе, сказали, что он уехал в отпуск в минувшую пятницу. Никто не знал, куда, но предполагают, он отдыхает в каком-нибудь кемпинге. Описание его мотоцикла с коляской пришлют в Веркастер как только смогут. А опрос соседей и работников супермаркета будет продолжен.

— Проинформируйте сержантов Джексона и Нила, когда они прибудут, — попросил Мадден. — Все рапорты направляйте прямо в отдел несчастных случаев. Спасибо за помощь.

Он прошел в отдел несчастных случаев, передал полученную информацию полицейскому, занимающемуся сбором материалов, затем сердито обратился к другому инспектору, из отдела общественных связей.

— Что это? — резко спросил он.

— Пресса, сэр. Конференция должна была начаться десять минут назад.

Мадден ничего не ответил, взяв со стола последнюю сводку.

— Через пять минут, — сказал он, быстро переваривая информацию, не содержавшую в себе ничего существенного, за исключением того, что он уже знал о Пауэле. И постарался настроить себя на встречу с представителями прессы.

В койференц-зал он вошел точно через пять минут. Выглядел деловым и радушным. Игнорируя все заявления, собранные раньше, коротко и понятно обрисовал ситуацию на сегодняшнюю минуту и закончил свое сообщение известиями из Белсвейта.

— Мы ищем человека по имени Артур Пауэл. У нас есть причины полагать, что он, весьма вероятно, поможет нам в расследовании, — заявил Мадден. Но не дал журналистам никакой информации о Пауэле, не упомянул о его письме Диане.

Как только он замолчал, на него обрушился град вопросов.

— Я буду отвечать по порядку, — строго сказал он. — Джентльмен впереди, да, да, начнем с вас.

— Скажите, кто такой Пауэл? Каковы его отношения с Дианой?

— Пока мы этого не знаем. Знаем только, что он писал ей.

— Что было в письме?

— Сейчас мы еще не можем раскрыть этого.

Спокойно и методично Мадден продолжал отбивать атаку, поражая любопытствующих ответами «без комментариев». На вопросы личного характера о Диане отвечать он не может, прессе придется наводить справки где-нибудь в другом месте. «Нет (на этот раз с легким презрением на лице к задавшему вопрос), фотографию отрезанной руки получить нельзя», — ответил он. «Нет, — ответил он и на вопрос (на этот раз с выражением искреннего сожаления), есть ли фотография Пауэла, — в настоящее время ее нет, но она будет представлена так скоро, как только возможно, если не найдут его самого». Да, он тот офицер, которому поручено расследование, — ответил он (на этот раз с выражением скромности на лице). «Мадден» пишется с двумя «д», имя — Вильям. Нет (и это должно быть ясно и понятно), он не руководит расследованием убийства.

— Все, в чем мы уверены точно, — пояснил он терпеливо, — это в том, что мисс Портер исчезла и что она получила серьезное увечье. Мы очень хотели бы найти ее и имеем основания полагать, что мистер Пауэл мог бы помочь нам в этом. Прошу прощения, но больше ничего добавить не могу. Обещаю информировать вас о дальнейшем развитии событий. Спасибо за сотрудничество.

Пресса была недовольна, но задача Маддена и состояла в том, чтобы использовать ее, а не помогать. Теперь у газетчиков более чем достаточно материала, чтобы продолжать свою работу. Кровавое происшествие в Пунт-Ярде, связанное с красивой и знаменитой актрисой, оказалось богатым, раздражающим материалом для ненасытных аппетитов передовиц и экрана. В то время, как сплетницы в Белсвейте не уставали чесать языками, а Мальтрейверс сидел беспомощный, с растущей от страха болью в голове и груди, в то время, как шла обычная деловая жизнь в Веркастере, а полицейский аппарат неустанно работал, скользкие и пророческие фразы, порой оживленные красивыми прилагательными и драматическими наблюдениями, начали собираться и оформляться в чудовищную картину ужаса.

19
{"b":"361","o":1}