ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Атомный ангел
Стрекоза летит на север
Слишком красивая, слишком своя
День, когда я начала жить
Душа в наследство
Редизайн лидерства: Руководитель как творец, инженер, ученый и человек
Всегда ваш клиент: Как добиться лояльности, решая проблемы клиентов за один шаг
Ремейк кошмара
Тайны Лемборнского университета
Содержание  
A
A

– Да, да, помню.

– Сильвестр обещал нам провести законопроект в обмен на наше согласие утвердить некоторые другие его мероприятия. Все было согласовано, но у него случился инфаркт. И мы теперь не знаем, что будет дальше.

– Понимаю.

– Чтобы прояснить обстановку, мы, Уайти Лэмберт, Джонни Даро и я, посетили госпожу губернатора. Она казалась невозмутимой и пожала нам руки с таким видом, словно никаких причин для беспокойства нет и она с полным основанием могла сказать: "Все в порядке, ребята! Чего вы хотите от меня?" Мы выразили ей свое понимание того, насколько неприятно для нас отсутствие Сильвестра, и в связи с этим поинтересовались, не думает ли она, что, пожалуй, было бы целесообразно отложить на некоторое время осуществление обговоренных мероприятий. "Что вы! Нет, конечно, – ответила она. – По-моему, в этом нет никакой необходимости". "Спасибо, что приняли нас, госпожа губернатор", – сказал Джонни. "Не стоит благодарности, – ответила она, откинулась на спинку кресла и добавила: – Джентльмены, у меня подготовлено несколько новых законопроектов, которые помогут вам решить свою проблему". Мы переглянулись, и я спросил: "Что вы имеете в виду, миссис Даллас?" И она рассказала.

Мориарити замолчал. На фоне света от лампы его голова казалась темным пятном.

– И ошеломила же нас миссис Даллас! – продолжал он после паузы. – Оказывается, она составила еще несколько законопроектов, которые, если они будут приняты, на тарелочке преподнесут Новый Орлеан губернатору. Разумеется, кое-что перепадет и нам, но она отхватит самый лакомый кусок, черт бы ее побрал! Все это выглядело отлично, даже чересчур. В конце концов Джонни сказал: "Я не уверен, что нам удастся провести эти законы, миссис Даллас". А она и говорит таким сладким голоском: "Как же так? Сильвестр сказал мне, что они все являются частями одного и того же законопроекта". – "Понятно", – отозвался Джонни. Мы и в самом деле поняли. Она ставила вопрос ребром: либо все, либо ничего. Мы помолчали, потом Джонни сказал: "Разумеется, госпожа губернатор!"

Я присвистнул.

– Вот теперь и вы готовы к тому, что произойдет завтра, – заключил Мориарити.

– Вы правы. Благодарю вас.

– Не стоит, мой мальчик, не стоит благодарности. Если мне придется выступать, покажите меня как можно лучше телезрителям. На большее я не претендую.

Заседание законодательного собрания, состоявшееся на следующий день, вначале напоминало проигрывание старой заезженной патефонной пластинки. Но затем начался "фейерверк".

– Мистер спикер! – послышался чей-то голос.

– Слово предоставляется члену собрания от Нового Орлеана, – объявил спикер.

Джонни Даро сейчас же поднялся и подошел к микрофону.

Он сладко улыбался, показывая ровные белые зубы под короткими усиками, и был воплощением здравого смысла.

– Я хотел бы внести небольшую поправку к законопроекту об ассигновании бюджетных средств порту Нового Орлеана, – сказал он в микрофон, все так же любезно улыбаясь и демонстрируя ямочки на щеках. – Поправка эта существенно ничего не меняет. Просто она определяет порядок назначения членов дирекции порта, приводя его в соответствие с основным законопроектом об ассигнованиях, только и всего.

Клерки тут же раздали членам собрания копии проекта поправки и бросили один экземпляр на стол представителей прессы. Мы столпились, чтобы посмотреть его.

– Эта поправка, – продолжал Даро, поблескивая зубами из-под черных усов, – предоставляет властям штата голос при назначении членов дирекции порта.

Я быстро пробежал глазами поправку, напечатанную на папиросной бумаге. Если отбросить обычную юридическую шелуху, смысл ее состоял в том, чтобы полностью подчинить дирекцию порта Аде и "Старым кадровикам".

Вначале ошеломленные члены собрания молчали. Потом начали перешептываться, и вскоре в зале поднялся шум. Джонни молчал, но продолжал по-прежнему сладко улыбаться в пространство.

Затем слово попросил другой член собрания от Нового Орлеана из группы реформистов. Он явно не знал всего, что происходит, но догадывался о каких-то грязных намерениях "Старых кадровиков".

– Вношу предложение передать проект поправки в комиссию для дальнейшего изучения, – заявил он.

Ничего более дельного сей деятель предложить не мог, а то, что он предложил, особого значения не имело. Джонни Даро раскинул руки и несколько раз кивнул в знак великодушного согласия; ямочки на его щеках стали еще глубже. Спикер поспешил принять поправку на рассмотрение комиссии.

Но это было только начало. Джонни тут же внес кучу других законопроектов. Один из них передавал Аде и "Старым кадровикам" контроль над ирригационной комиссией. В другом предлагалось, как того давно добивались "Старые кадровики", впредь избирать муниципальные комиссии в городах с населением свыше 250 тысяч жителей (в нашем штате это был только Новый Орлеан) не в масштабе всего города, а по районам. Следующий законопроект предусматривал выборы мэра в таких городах не самим населением, а членами муниципальной комиссии. В соответствии с четвертым в тех же самых городах создавались "полицейские органы", причем членов ее назначал губернатор, а утверждал муниципальный совет. Если бы этот законопроект был принят, полиция Нового Орлеана оказалась бы в полном подчинении муниципального совета и губернатора, а не мэра, как прежде.

Когда чтение законопроектов подошло к концу, члены собрания буквально онемели от изумления.

– Даже Хьюи не... – пробормотал кто-то за столом представителей прессы.

Да, даже Хьюи Лонг не мог подчинить себе Новый Орлеан. Эти законопроекты, получи они одобрение, давали Аде больше власти, чем любому другому губернатору в истории штата. Но предстояло еще добиться их одобрения.

* * *

Газеты Нового Орлеана выходили с крупными, исполненными негодования заголовками, консерваторы проводили массовые митинги протеста, в некоторых церквах в богатых районах города верующие возносили молитвы к престолу всевышнего, призывая его не допустить принятия новых законов. Телефонные провода в Вашингтон гудели от перегрузки. Однако столица была бессильна что-либо сделать, пока вопрос не рассмотрит верховный суд. Между тем девяносто пять процентов членов конгресса от провинциальных избирательных округов были послушным орудием в руках Ады и Сильвестра, а "Старые кадровики", представлявшие в конгрессе Новый Орлеан, имели почти двойной перевес над оппозицией.

В день голосования на большом световом табло, установленном в собрании, непрерывно загорались зеленые огоньки, означавшие "за". На следующий же день Ада подписала новые законы, однако войти в силу они пока не могли.

– Мы используем все юридические средства, чтобы не допустить подобного беззакония, – заявил мэр Нового Орлеана.

Он обратился в суд с иском, в котором оспаривалось право принятых законов на существование. Началось бесконечное блуждание документа по бесчисленным судебным инстанциям, которые то запрещали введение законов, то признавали их вообще неконституционными.

Сильвестр, конечно, выждал бы окончания дела, прежде чем предпринимать дальнейшие шаги. Уж он-то знал, что не может проиграть.

Но Сильвестра не было, Ада же – я знал – ждать не станет. Знал так же твердо, как и то, что земля вертится.

РОБЕРТ ЯНСИ

Спустя месяц после сессии и через два месяца после того, как заболел Сильвестр, Ада вызвала меня для разговора о Новом Орлеане. Мы, правда, виделись накануне вечером, но дел не касались.

Сидя за письменным столом и рассеянно играя ножом для разрезания бумаги, Ада смотрела куда-то на стену, позади меня. Наконец она отбросила нож и посмотрела на меня.

– Не вижу смысла дожидаться конца этой судебной волокиты, – сказала она.

– Но ты же знаешь, как бы поступил он.

64
{"b":"367","o":1}