ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Марин потер покрасневшую щеку и тихонько рассмеялся.

– Разумеется, вы можете доказать свою невиновность, – заговорил он и угрожающе усмехнулся. – Но лишь с помощью детектора лжи. Согласитесь подвергнуться допросу на детекторе лжи. Опровергните все обвинения с помощью детектора лжи. – Теперь он смеялся во всю глотку. – Детектор лжи, только и всего!

– Пошли! – кивнула мне Ада.

Даже в соседней комнате, через закрытую дверь, мы слышали смех Сильвестра.

Ноябрьский день стоял пасмурный и ветреный; похоже, что собирался дождь; шелестел кустарник, зеленела лужайка.

Направляясь к машине, мы прошли мимо статуи Хьюи Лонга.

– Что будем делать? – спросил я у Ады.

– Я убью его, – ответила она, даже не взглянув на меня.

СТИВ ДЖЕКСОН

Я спал. И мне снилось, что по Третьей улице идут, направляясь к Капитолию, танки. Идут и уходят куда-то в белый туман. А я лежу у них на пути и стараюсь уползти, но не могу сдвинуться с места. И вот я уже не я, а кто-то другой, я пытаюсь вытянуть его из-под танков и вижу, что это Ада. Я не в силах сдвинуть ее с места, а под черным шлемом водителя мне видится лицо полковника Роберта Янси, которое, приближаясь, становится лицом Ады. Тогда я смотрю на лицо человека, которого не могу сдвинуть с места, и опять вижу, что это Ада.

Потом туман протыкает нечто похожее на кинжал, раз, другой, и я соображаю, что кто-то звонит и что нужно встать. Медленно приходя в себя, словно всплывая из глубины моря на поверхность, я поднялся, прошел, спотыкаясь, через комнату и нажал кнопку, которая открывает дверь внизу. По лестнице застучали каблуки, и я понял, кто это.

Я отворил дверь. Желтый свет хлынул у меня из-за спины и осветил лестницу. Долгие месяцы я ждал этого момента. Ждал, что он настанет.

– Заходи, Ада.

Капли дождя блестели у нее на волосах; вода струйками стекала с плаща. Она тщательно закрыла за собой дверь и прислонилась к ней, чуть раскинув руки.

– Стив, у меня неприятности, – спокойно сообщила она, и это ее спокойствие особенно меня напугало.

– Что случилось? Сними плащ и сядь.

Я взял плащ, повесил его на спинку стула, чтобы он просох, и налил ей виски.

Ада села, отхлебнула несколько глотков и, улыбаясь всем своим мертвенно-спокойным лицом, повторила:

– Да, у меня очень крупные неприятности.

Мне пришло в голову, не беременна ли она. Наверное, она уловила мой взгляд, потому что рассмеялась.

– Нет, отнюдь не так просто. Нечто гораздо серьезнее.

– Рассказывай.

– Затем и пришла. – Она была смертельно спокойна. – Расскажу все, хотя о главном ты, наверное, и сам уже догадался.

Прошло полчаса, прежде чем она закончила.

– И что же ты намерена делать? – спросил я. – Бежать или... – Я замолчал.

– Или остаться здесь и угодить на электрический стул? – подхватила она и безмятежно улыбнулась. – Ни то ни другое... Во всяком случае, я сделаю то, чего Сильвестр никак не ожидает.

– Что же?

– Я убью его, – улыбнулась она ледяной улыбкой, и ее слова упали, как камни в воду.

Я ничего не ответил. Я не знал, что отвечать. В комнате слышались только пронзительное тиканье часов и громкий стук моего сердца.

– Ну, а потом? – наконец спросил я.

– А потом что будет, то будет, – почти весело ответила Ада.

Я мучительно искал правильный выход, прекрасно понимая, что его не существует.

– Воспользуйся предложением Сильвестра. Беги. Все, что угодно. Только не электрический стул.

– Нет! Я думаю иначе. Говорят, стул этот весьма комфортабелен, – с наигранной бодростью заявила она.

Разговаривать с Адой сегодня было бесполезно.

– Пожалуйста, оставайся у меня. Поговорим завтра. Возможно, завтра все будет выглядеть иначе.

– Остаться-то я останусь. Только и завтра это не будет выглядеть иначе. Ни в коем случае.

Я дал Аде пижаму, застелил свободную кровать в спальне. Принес снотворное, а когда она уже легла, налил ей горячего пунша.

Ада взглянула на меня и слегка улыбнулась.

– Ах так? Ну хорошо. Спокойной ночи, Стив.

Я почувствовал, что краснею. Она, видимо, думала, что я лягу с ней. Но в эту ночь было не до любовных утех.

Ада приняла таблетки и выпила пунш; я сидел рядом, пока она не уснула. Потом я на цыпочках вышел в гостиную. Открыл дверь на балкон и долго смотрел, как косые струи дождя пролетают в тусклом свете узенькой улочки, слушал, как уныло стучат они по крыше и по асфальту. Я пошел спать, когда серый рассвет уже начал сменять темноту ночи.

Кажется, я все же нашел выход из положения.

Я проснулся, когда свет сумрачного дня проникал в окна. Вторая кровать была уже пуста, а из кухни доносились шаги Ады.

Заглянув туда, я увидел, что она поджаривает бекон. На ней был белый фартук, когда-то брошенный моей венесуэлкой. Лицо Ады выражало спокойствие и бодрость. Вся сценка дышала уютом и благополучием семейной жизни, мирно протекающей где-нибудь в пригороде.

Между тем я видел перед собой губернатора Луизианы, которая когда-то зарабатывала на жизнь проституцией, организовала убийство шантажистки, а сейчас говорила о своей решимости убить другого шантажиста, хотя и понимала, что сядет за это на электрический стул.

– Привет, – весело поздоровалась она.

– Доброе утро.

Я не знал, с чего начать. В холоде и сырости раннего рассвета мой план казался мне логичным и разумным. А сейчас я даже не мог заставить себя заговорить.

– Ты так крепко спал, что я не решилась тебя будить, – улыбнулась Ада. – Вот тебе кофе, а сейчас поспеет и завтрак. Ну, будь пай-мальчиком и поцелуй меня.

Я так и сделал – поцеловал ее, пожалуй, впервые за все шесть лет. Ее волосы пахли свежестью и чем-то сладким, и я понял, что для меня-то все эти годы ничего не изменилось.

Она отстранилась, положив руки мне на плечи, и с улыбкой взглянула мне в глаза.

– Может, ты возьмешь меня куда-нибудь дня на два? Или, быть может, разрешишь побыть с тобой здесь? Вообще-то я бы предпочла второе.

Я снова поцеловал ее.

– Знаешь, пожалуй, я кое-что придумал.

– Выпей сперва кофе.

Она налила чашку, поставила передо мной и, пока я пил, ласково ерошила мне волосы. Наконец я отставил чашку. В кухне было светло. Ада выглядела оживленной. А мне предстояло начать невеселый разговор.

– Это я о том, что ты заявила вчера.

– Да?

– Ты не изменила своего решения?

– Нет. – В голосе Ады прозвучали жесткие нотки.

– Напрасно. Прими предложение Сильвестра и уезжай из страны. Я могу встретить тебя в Мехико. Мы с тобой еще не старые люди. У нас впереди много времени.

Глаза Ады затуманились, она отрицательно покачала головой.

– Нет.

– Ты не хочешь изменить свое решение?

– Нет. Не хочу. Оставим этот разговор. В нашем распоряжении два дня. Постараемся прожить их спокойно.

– Хорошо, тогда у меня есть другой план. Слушай.

Я предложил Аде поставить за дверью двух свидетелей, вызвать к себе Сильвестра и застрелить его. Позднее свидетели под присягой покажут, что слышали, как Сильвестр угрожал ей оружием. Она же заявит, что ей стало известно о взяточничестве Сильвестра и что она пригрозила разоблачить его. В подтверждение сказанного Аде нужно устроить беспорядок в своем кабинете – опрокинуть стулья, разбросать служебные бумаги.

Два надежных свидетеля, готовых подтвердить ее слова, – и Ада сможет выкрутиться, если, конечно, не произойдет ничего непредвиденного.

– И кто же будут эти двое?

– Янси и я.

– Боже! Ты?! Чем я провинилась перед тобой? – Ада сморщилась, и мне показалось, что она вот-вот расплачется. – Никогда! Я не хочу тебя впутывать.

– А я настаиваю. Сильвестр давно уже напрашивается на это. Его просто необходимо убить. Когда на тебя набрасываются с кастетом, ты имеешь право защищаться.

Ада сузила глаза.

– План твой хорош. Даже очень. – Она сделала паузу и глубоко вздохнула. – Но мой лучше.

67
{"b":"367","o":1}