ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Тогда почему президент не вы?

– Не вижу причин для обсуждения моих семейных дел, миссис Кул, – высокопарно ответил Даусон. – Так получилось, что президентом стал мой старший брат.

– Поня-ятно, – протянула Берта. – И что там за корки?

– Простите?

– Из-за чего сыр-бор? Что вы от нас хотите?

Даусон посмотрел на меня, потом перевел взгляд на Берту:

– У меня есть дочь.

Берта не проронила ни слова.

– Ей двадцать три года, – продолжал он. – Она недисциплинированна, неблагодарна и, боюсь, если судить по старым меркам, аморальна.

– В наши дни женщин не оценивают по старым меркам, – вставила Берта. – Они вышли из моды. В чем, собственно говоря, проблема?

– Когда я понял, что она не хочет исправляться, а собирается и дальше позорить имя семьи, то перестал давать ей деньги. Другими словами, я ей сказал, что если она по-прежнему будет игнорировать мое мнение и не ставить меня ни в грош, то я не несу за нее никакой финансовой ответственности.

– И что она сделала?

– Ушла из дома.

– Это произошло в Денвере? – подал голос я. Даусон бросил на меня быстрый взгляд, потом опустил глаза и снова поднял их, выдавив:

– Да.

– Продолжайте, пожалуйста, – попросил я.

– Моя дочь покинула меня и переехала в Лос-Анджелес, где связалась с одним мужчиной. Мне их союз не нравится – из-за этого человека.

– Вы встречались с ним?

– Да.

– Как его зовут?

– Сидней Элдон.

– А имя вашей дочери?

– Филлис. С двумя «л».

– Вы поддерживаете какие-то отношения с дочерью?

– Мы изредка переписываемся.

– Давно она ушла из дома?

– Месяца два назад.

– Почему вы обратились к нам?

Даусон принялся нервно ерзать на месте, затем закинул ногу на ногу, потом снова сменил позу.

– Не тяните, – настаивал я. – Облегчите душу. Что вас так сильно беспокоит?

– Я, право, не знаю, сумеете ли вы мне помочь, – промямлил он.

– А я тем более!

Даусон сердито посмотрел на меня.

– Дональд хочет сказать, – пришла мне на помощь Берта, – что прибегать к услугам сыскного агентства для решения романтической проблемы – слишком дорогое удовольствие.

– Деньги, – щелкнул пальцами Даусон, – ничего не значат.

– Я понимаю, – заворковала она. – Это дело принципа.

– Именно. И здесь затронута честь семьи.

– Каким образом? – поинтересовался я.

– Надеюсь, все, что я вам говорю, останется между нами?

– Разумеется.

– Надо полагать, как частные детективы, вы имеете лицензию?

– Да.

– А в случае сокрытия доказательств преступления вы их лишаетесь?

– Однозначно.

– Следовательно, вы не возьметесь за расследование, которое будет стоить вам лицензии?

– Мы вас внимательно слушаем, – сказал я, заметив, что Берта колеблется.

– Следовательно, – продолжал Даусон, – если я буду с вами совершенно откровенен, вы не сможете взяться за это дело и выступить в мою защиту, но, с другой стороны, для того чтобы вы могли защищать меня, как я того хочу, я должен быть совершенно откровенен с вами.

– Сделки подобного рода, – предупредил я, – стоят чертовски дорого.

Берта снова просияла, одобрительно взглянув на меня.

Даусон нагнулся, раскрыл «дипломат» и вытащил из него конверт. Из конверта он извлек небольшой кусочек материи и передал его Берте.

– Что это? – спросила она, вертя ткань в унизанных сверкающими кольцами пальцах.

– Я должен говорить очень осторожно, дабы не поставить вас в сомнительное положение и самому не оказаться в опасности, – начал Даусон. – Есть вероятность, что некто заявит, что данный клочок материи был обнаружен на корпусе автомобиля, которым якобы управляла моя дочь пятого числа этого месяца, находясь в состоянии умеренного опьянения.

– Вы хотите сказать… – осеклась Берта.

– Помолчите, – оборвал я ее.

Она бросила на меня свирепый взгляд, но сдержалась.

– Даусон выразился совершенно ясно, – сказал я. – Ситуация требует очень осторожного подхода, и мы не должны говорить ничего, что поставило бы нашего клиента в опасное положение.

Даусон энергично закивал головой, соглашаясь со мной.

Мало-помалу до Берты дошло, и она с тревогой принялась переводить взгляд с меня на Даусона и обратно, предупредив на всякий случай:

– Мы не можем идти против закона, Дональд.

– Конечно, не можем, – пожал я плечами. – Но пока что я не вижу никаких законов, которые можно было бы нарушить. Я так понимаю, мистер Даусон, вы не готовы объяснить нам, кто обнаружил этот кусок материи и какое он имеет значение?

– Я не знаю, – с чувством заметил Даусон, – имеет ли он какое-либо значение вообще. Вот почему я и пришел к вам. Я бы хотел, чтобы вы это установили.

– А если окажется, что он имеет определенное значение?

– Я хотел бы изъять эту материю наилучшим из возможных способов.

– Вы очень дорожите добрым именем своей семьи, но как будто не испытываете особой привязанности к вашей дочери, не так ли? – спросила Берта.

– Это не так. Я очень люблю свою дочь, но всякому терпению есть предел. Боюсь, что она поставила меня в такое положение, когда я не могу выражать отцовские чувства… по крайней мере, открыто. Я должен действовать незаметно, так сказать, из-за кулис, таясь от посторонних глаз.

– Ваша дочь живет в Лос-Анджелесе?

– Да.

– Под именем Филлис Даусон?

– Нет. Теперь ее зовут Филлис Элдон. Она живет с этим человеком, Сиднеем Элдоном.

– Где?

– В «Паркридж Апартментс».

– Чем занимается Сидней Элдон? Как он зарабатывает себе на жизнь?

– Я подозреваю, что в данный момент он живет на деньги моей дочери.

– У нее есть деньги?

– Когда она ушла из дома, у нее кое-что было… но я не хочу, чтобы вы занимались этим, привлекали к себе внимание.

– Чего конкретно вы от нас хотите? – не выдержал я.

– Я хочу, чтобы дело было сделано быстро, тихо и успешно. Если этот кусок ткани что-то значит, вы должны взять это дело в свои руки и не допустить нежелательных последствий.

– Спрячьте эту тряпку в свой «дипломат», – посоветовал я ему.

– Но я хочу, чтобы вы на него взглянули!

– Я уже взглянул.

– Но он может понадобиться вам, чтобы быть уверенным…

– Мы не хотим быть уверенными, – произнес я. – Если мы беремся помочь вам или вашей дочери, мы не можем позволить себе такую роскошь, как уверенность. Вы сами должны догадаться о последствиях.

Он медленно убрал ткань обратно в конверт, а конверт положил в чемодан.

– К вашему сведению, – продолжал я, – если вы хотите, чтобы мы отстаивали ваши интересы, то больше ничего нам не сообщайте. Мы сами добудем всю необходимую информацию. Вы хотите узнать, чем занимается ваша дочь, правильно?

– Правильно.

– И вы этого не знаете?

– Нет. Я подозреваю, что она…

– Нам не нужны подозрения. Нас интересует одно: вы хотите выяснить некоторые обстоятельства жизни вашей дочери. Вот и все. Как мы будем работать – это уже наша забота.

– Понятно, – облегченно выдохнул Даусон.

– Но учтите, – быстро проговорила практичная Берта, – все это вам обойдется в сто долларов ежедневно плюс оплата расходов без какой-либо гарантии с нашей стороны.

– Плюс аванс, – вставил я, – в размере пятисот долларов, который выплачивается немедленно.

– Как я уже говорил, – усмехнулся он, – деньги для меня ничего не значат.

– Итак, поскольку мы выяснили… – Тут Берта сделала многозначительную паузу.

– Я думаю, что ваш партнер вполне понимает ситуацию, миссис Кул, – вмешался Даусон. – Прошу прощения за то, что я усомнился в вашей компетентности, мистер Лэм, – повернулся он ко мне. – У вас на редкость живой ум.

Даусон вынул из кармана бумажник и извлек из него пачку банкнотов.

– Вот, пожалуйста. Здесь пятьсот долларов аванса, триста долларов на расходы и оплата за работу в первые семь дней. Когда она будет выполнена, направьте мне телеграмму на адрес компании в Денвере или напишите письмо. Только не забудьте пометить: «Лично».

2
{"b":"368","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Спираль обучения. 4 принципа развития детей и взрослых
Трансерфинг реальности. Ступень II: Шелест утренних звезд
Отголоски далекой битвы
Где валяются поцелуи. Венеция
Страна Сказок. Авторская одиссея
Что посеешь
Мой лучший друг – желудок. Еда для умных людей
Факультет судебной некромантии, или Поводок для Рыси
Кто украл любовь?