ЛитМир - Электронная Библиотека

– А ты представь себе слугу или вельможу, одиноко бредущего в чистом поле, – посоветовал Мур. – Что ему там делать? Про воина опять же сразу возникают вопросы: кто таков? кому служит? почему оказался вне войска? Нищий – самая незаметная фигура. Особенно теперь. Мало ли их, уходящих из опустевших, разоренных войной краев в поисках лучшей доли?

– Много, наверное, – кивнул Курт. – Что ж, в конце концов, я и сам – один из таких.

– Правильно, – кивнул Мур. – Значит, вживаться в образ не придется. Кроме того, одежда эта согревает в холод, охлаждает в жару, неохотно пропускает воду… и в ней кое-что спрятано сверх того…

– Разрешите, я покажу, – промолвил Фрейн.

– Разрешаю, – утвердительно проговорил Мур.

Фрейн мигом вооружился башмаками и достал из подметок по кинжалу.

– Лезвия отравлены, – объявил он.

Кроме того, в каждой подметке размещалось по небольшому набору для выживания, нитки, иголки, рыболовные крючки, леска, силки на мелкую дичь, порошок, обеззараживающий воду, и моток бечевки.

– Вот так – открывается, а вот так – закрывается, – пояснил Фрейн конструкцию подметки.

– А если связать их подошва к подошве и бросить в воду, будет сильный взрыв, – поведал Мур. – Только кинжалы нужно вытащить, а то не взорвется.

– Так точно, – кивнул Фрейн, – я как раз собирался к этому перейти. Кроме того, в носках башмаков запрятаны пружинные вставки. И если надавить вот здесь… или здесь…

Послышался щелчок, и носок башмака украсился коротким металлическим лезвием.

– Ядовито, – предупредил Фрейн.

– Черт! Даже страшно такие ядовитые башмаки надевать! – хихикнул Курт.

– Пусть враги боятся, Ваша Милость, – одними губами ухмыльнулся Фрейн.

– Пусть, – кивнул Курт.

– Кроме того, под стельками этих башмаков находится тонкое трико, – добавил Фрейн. – Под каждой стелькой – один комплект. Если его надеть, можно около часа находиться под водой и не дышать.

– То есть дышать ты будешь, но кожей, как лягушка, – пояснил Мур. – Это трико разведчики так и называют: «лягушачья кожа».

– Чего только нет в этих башмаках, – покачал головой Курт. – А ходить-то в них можно?

– Еще как! – заверил его посох. – Раз – ступил. Два – упал. Привычная походка разведчика. Тебе понравится.

– Так точно, – наклонил голову Фрейн. – С башмаками все. Перейдем к костюму.

Он схватил штаны и жестом фокусника извлек из них еще один набор для выживания, а также пару тапочек.

– Это на случай утраты основных башмаков, – пояснил он. – Износоустойчивые. Подошва удар кинжала выдерживает.

– Отлично. Значит, в пятку меня не зарежут, – иронически хмыкнул Курт.

– Именно, – довольно кивнул Фрейн. Иронии он, казалось, напрочь не заметил.

Также, кроме пояса, штаны оказались подпоясаны сотней волшебных бечевок.

– На каждой из них простенькое заклятие, – объявил Фрейн, – достаточно просто бросить ее в того, кто вам необходим связанным, и крикнуть «вяжи!». Бечевка свяжет его совершенно самостоятельно. Порвать ее пока еще никому не удавалось. Правда, держит она не слишком долго, так что лучше всего закрепить волшебный узел обычным.

– Лишь бы самого себя не связать ненароком, – сказал Курт.

– Случалось, – заметил Мур.

Куртка тоже оказалась прибежищем разного рода полезных и смертоносных вещей.

– Главное, не перепутать, какие из них полезны, а какие – смертоносны, – вполголоса пробурчал Курт.

– Я тебе помогу, – пообещал посох.

А Фрейн уже ухватил дорожный мешок, и его содержимое мигом оказалось на столе. Руки Фрейна мелькали, как у фокусника.

– Четыре гребня для волос, – сказал он, – комплект стандартный, усиленный.

– Четыре гребня для волос? – поразился Курт. – Я что – так похож на юную красавицу?

Мур хихикнул. Фрейн медленно и добросовестно осмотрел его с головы до ног.

– Нет, Ваша Милость, – заключил он, – не похожи.

– Сам знаю, что не похож, – фыркнул Курт. – Ну и зачем мне аж четыре гребня? И одного много будет. Нищие вообще пятерней причесываются.

– Вообще-то эти гребни не совсем годятся для причесывания, – помявшись, заявил Фрейн, – точней говоря, совсем не годятся.

– Час от часу не легче! – возмутился Курт. – Ну и для чего мне четыре бесполезные фиговины?

– Не бесполезные, – возразил Фрейн. – Это лес.

– Что?!

– Лес.

– Лес? – поразился Курт. – Что – хотите сказать, если бросить его на землю, так из него дерево вырастет?

– Нет, – ответил Фрейн. – Не вырастет. А вот если бросить его через левое плечо, тогда – да, тогда вырастет. Только не дерево, а лес. Самый густой, какой вы только можете себе представить. И продержится трое суток, прежде чем исчезнуть. Заклятие абсолютно неснимаемое. И даже великому магу придется ждать три дня и три ночи, прежде чем оно рассеется.

Курт взял со стола один из гребней, примерился…

– Остановитесь, Ваша милость! – взвыл Фрейн, хватая его за руку. – Умоляю, воздержитесь от эксперимента! Деревья очень высокие, а потолок здесь низкий, и над нами комнаты королевы!

Рука у Фрейна оказалась очень сильной, как вцепился – так все, не вырвешься.

– Курт, ты что?! – возопил зазевавшийся Мур, размахиваясь для карающего удара.

«Ну вот! – пытаясь увернуться, подумал Курт. – Пошутил, называется, себе на голову!»

– Уй! – взвизгнул он, хватаясь за лоб. – Ну все! Все! Не буду, не буду! Ох… ну и удар у тебя! Как не стыдно! Я теперь такая важная шишка, меня почем зря «вашей милостью» величают, а ты меня по лбу лупишь!

– Ничего, у шишки тоже может вскочить шишка! – нервно хохотнул посох. – Будешь знать, как выпендриваться! Тоже мне шутничок нашелся! Ты сейчас чуть ползамка нам на головы не обвалил!

– Да я и не собирался, – пробурчал Курт, щупая набухающую шишку.

– Болван идиотский, – вздохнул посох, – нам-то откуда знать?

Фрейн вежливо кашлянул.

– Я не знаю, не имею права знать, в чем заключается задание Вашей Милости, – тихо проговорил он, – но я не сомневаюсь в его успешном завершении.

– Почему? – удивился Курт.

– Да потому что при такой вашей повадке вы не только живы, но еще и до нашего Департамента добрались, – ответил Фрейн. – А это значит – везет вам до чрезвычайности. Удача же – первое дело для разведчика.

Он улыбнулся и поднял со стола полотенце.

– Это река, – сообщил он. – Способ тот же самый. Полотенец тоже четыре штуки.

– Ясно, – сказал Курт, даже и не пытаясь взять в руки загадочное полотенце.

«Какая такая из него река?»

Но он уже и без того всех напугал. Даже приятно, конечно, – а все же повторять не стоит. Да и шишки на лбу ему одной за глаза хватит. Без свеженькой их коллекции он как-нибудь обойдется.

– Кремень для огнива. Четыре штуки. Технология та же, – тем временем объявил Фрейн. – Это горы.

– Горы, – кивнул Курт. – Хорошо.

– Дальше, – продолжил Фрейн, – в этом мешочке трехмесячный запас продовольствия.

– В этом крохотном мешочке? – не поверил Курт.

– Думаю, этот эксперимент вы можете провести прямо здесь. Он совершенно безопасен. – На губах Фрейна вновь появилась улыбка. – Кстати, если не ошибаюсь, вы ведь еще не завтракали?

– Не успел, – кивнул Курт.

– Вот и позавтракаете, – пообещал Фрейн. – В этом мешочке ровно девяносто свернутых в трубочку небольших бумажек.

– Э-э-э… вообще-то я не уверен, что умею завтракать свернутыми в трубочку небольшими бумажками, – растерянно ответил Курт. – То есть я, конечно, могу попробовать, но боюсь, что мне потом потребуется еще что-нибудь. Посущественнее. Я, к своему стыду, несколько… как бы это сказать… прожорлив, что ли…

– Эти бумажки ни в крем случае нельзя есть! – испугался Фрейн. – Их основа несъедобна!

– Значит, я опять ничего не понял, – развел руками Курт.

– По-моему, это привычное твое состояние, – ехидно заметил посох.

– Бумажку нужно развернуть и положить перед собой, – пояснил Фрейн. – Через некоторое время она увеличится в размерах, и еда появится на ней сама. На еду наложена дополнительная иллюзия: что бы вы ни ели, с трех шагов это будет выглядеть объедками и отбросами.

60
{"b":"374","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Лжедмитрий. На железном троне
Синдром зверя
Всплеск внезапной магии
Финская система обучения: Как устроены лучшие школы в мире
Книга огня
Никогда-нибудь. Как выйти из тупика и найти себя
Цифровая диета: Как победить зависимость от гаджетов и технологий
Разбивая волны
Память. Пронзительные откровения о том, как мы запоминаем и почему забываем