ЛитМир - Электронная Библиотека

О прибытии известил чудовищной силы удар. Мерцающее тело портала перекосилось. Курту показалось, что перекосилось все, в том числе и он сам. В следующий миг их со страшной силой швырнуло куда-то в сторону и мир завертелся вокруг них…

Очнулись.

– Отклонение точки выхода! – простонал Мур – уже в виде посоха, разумеется. Если на вас обрушиваются чудовищной силы удары – смело превращайтесь в посох, если, конечно, умеете, честное слово, в деревянном виде переживать травматические события не в пример легче. – Щит Оннера! Я совсем забыл о нем!

– Черт побери! – энергично выдохнула Аглария, подымаясь с земли.

– Щит Оннера? – со стоном спросил Курт.

– Вечно ты ничего не помнишь, – буркнул посох.

– А сам?! – возмутился Курт.

– У меня была такая бурная ночь, – смутился Мур.

– Если тебе кажется, что мы всю ночь беседовали о добродетельных мужах древности, то ты сильно ошибаешься, – усмехнулась Аглария. – Кстати, в этом случае мы бы все равно не выспались. Да, а почему нас отбросило? Я слышала, что Щит Оннера поглощает магию, а не отшвыривает ее прочь.

– Обычную магию – поглощает, – вздохнул посох. – Но ведь мы имеем дело с Куртом… у него все не как у людей.

– Это я заметила, – кивнула Аглария. – Просто не догадалась, что настолько.

– Сами такие, – пробурчал Курт. – Хватит болтать. Пойдем посмотрим, что стряслось с Линардом.

Линард уже спешил им навстречу. Когда очень нуждаешься в помощи, обычно чувствуешь, откуда она придет.

– Что стряслось? – глядя на бывшего отшельника, быстро спросил Курт.

Таким взволнованным и растерянным он Линарда даже и представить себе не мог. Он запомнил его как божество. Могущественное и мудрое, грозное и лукавое, почти всесильное божество. И вот теперь этот растрепанный, испуганный старик… полно, да Линард ли это?

Впрочем, Курт и сам с тех пор успел побывать Богом, так что он совершенно точно знал, насколько иногда видимость отличается от действительности и насколько условной ограниченной вещью может оказаться самое безусловное и неограниченное могущество.

– Что стряслось? – повторил Курт внезапно пересохшим горлом, уже понимая, что – да, стряслось.

– Идем, скорей! – хрипло прошептал Линард.

«Не опоздать бы!» – молчали его отчаянные, растерянные и яростные глаза.

– Бежим, – кивнул Курт.

И они понеслись.

– Хвала всем Богам, сколько их ни на есть – этот справится! – едва завидев Курта, выдохнул гном. – Поторопись, приятель, если что – я не удержу!

Курт ошарашенно уставился на человека и дракона, застывших друг против друга. На висящее между ними пламя.

– Что ты с ними сделал? – спросил Курт у Йолна.

– Я «остановил мир» в этом месте, – пояснил гном. – Дракон взялся невесть откуда и сразу бросился на королеву. Король закрыл ее собой. Дракон плюнул огнем. Что было делать?! Я сделал, что мог. Точней, я не мог этого… но все же как-то сделал. Сам не знаю как… По правде говоря, я и сейчас не вижу лучшего решения. Если оно и существует, то явно лежит за пределами моих скромных способностей. Я очень слабый маг.

– Так. И чего ты хочешь от меня? – спросил Курт.

– Чтобы ты все исправил… как-нибудь, – с надеждой отозвался Йолн. – Ты – великий маг, это сразу видно. Ты сможешь.

– Спаси его, чужеземец, – тихо попросила королева Шенген. – Спаси моего мужа.

– Если бы я знал, как это сделать, – растерянно проговорил Курт.

– Я думаю, ты знаешь, – заметил Мур. – Просто забыл об этом, как всегда. Придется малость освежить твою память.

С этими словами он безжалостно размахнулся, выворачивая Курту руку, и как-то особенно больно саданул того по лбу. Курт взвыл. От удара внутри него проснулось и тяжко заворочалось то неведомое чудовище, которое он иногда наивно считал своей Силой. Оно проснулось, открыло глаза, и…

– Уберите этот! Этот… как его… Щит Оннера, черт! – взревел Курт. – Уберите!!! Уберите подальше! Быстрей!

– Щит Оннера?! – встревоженно изумился Линард. – Но…

– Прочь!!! – рычал Курт.

Винк Соленые Пятки первым понял, в чем дело. Нырнув в палатку короля, он схватил Щит, и, мгновенно открыв портал, переместился к границе лагеря.

Курт вздохнул с облегчением. Взъярившийся в нем ураган не разнес его вдребезги. Ураган расправил плечи, потянулся, достигая границ Мира, глубоко вздохнул и обернулся к человеку и дракону. К человеку, дракону и пламени между ними.

– Всем отойти! – скомандовал Курт, чувствуя, как Сила привычно покалывает кончики пальцев.

Он шагнул к прозрачной глыбе застывшего воздуха, в которой неподвижно замерли король, дракон и пламя. Шагнул, отводя руку для удара, на мгновение замер, а потом тяжело ударил прямо в застывший ветер.

Во все стороны брызнули осколки окаменевшего ветра. Вздрогнул Эруэлл. Взревел дракон. Курт ухватил пламя, словно диковинную ткань, рванул к себе, комкая ее в руках. Метнувшийся было вперед дракон жалобно заскулил, получив ногой по морде. Линард потом всеми Богами клялся, что нога Курта увеличилась в размерах и стала величиной с гору, не меньше. Курт дунул на скомканное пламя и повелел ему превратиться в кольцо. Еще раз треснул дракона ногой по морде и надел кольцо на палец. Теперь у него на руке было аж три кольца. Зеленое – Вэйэрн Лаанрон. Тускло мерцающая чернота – то, что осталось от сочиненного Архимагом кокона. А теперь еще и третье – кольцо из огня выдохнутого драконом межмирья. Курт немного полюбовался на его цвет, а потом подскочил к дракону и принялся лупить его кулаками. Дракон визжал и хрюкал. Наконец, наскучив этим нудным занятием, Курт плюнул на дракона и ют исчез. Много менестрелей потом пытались описать этот подвиг, но ни одному так и не удалось передать все его своеобразие.

– Пакость какая! – с чувством произнес Курт.

– Если ты еще и достанешь меня из той лужи, куда забросил, я скажу тебе, что ты молодец! – проговорил посох.

– Мог бы и сам вылезти, – машинально огрызнулся Курт. – Превратился бы и вылез.

– Нет уж, хватит с меня пока превращений, – откликнулся посох. – Хорошенького понемножку.

– Тебе видней, – пожал плечами Курт, подымая посох и отряхивая его от воды.

– Молодец! – тотчас же проговорил посох.

Шенген со слезами на глазах обнимала Эруэлла, а Линард обнимал их обоих. Вернулся Винк Соленые Пятки, принес Щит Оннера, отдал его Эруэллу и вежливо отошел в сторонку. Впрочем, у него самого было с кем обниматься. Хотя сегодня обнимались не только влюбленные. Весь лагерь, вся оннерская армия обнималась друг с другом. Чудесное спасение Верховного Короля превратилось во всеобщее празднество. А уж Курта обнимали все, кому не лень, он даже устал немного.

Когда восторг немного утих и Агларии удалось наконец объяснить всем, кого это интересовало, что обнимать и целовать Курта является ее неотъемлемым и священным правом, наступил вечер. Аглария и Курт уже собрались было нырнуть во вполне подходящий густой куст и продолжить то, что им так понравилось и от чего их отвлекло правильное понимание чувства долга, но не тут-то было – их остановило тихое деликатное покашливание за спиной.

– Ой! – сказана Аглария и вздрогнула. – Дедушка…

– Раньше пугаться нужно было, – проворчал Великий Магистр Йоштре Туйен. – Сейчас-то – чего?

– Дедушка… я…

– Ты?!! Это я чуть со страху не помер, когда тебя эти мерзавцы к повозке прикрутили! – возмутился старый маг. – А про твои художества, предваряющие этот кошмар, я вообще молчу! Ты чуть не погубила задание!

– Я?!

– Молчи! – рыкнул старик. – Столько нахальства, самоуверенности, наглости, наконец! Такое высокомерие по отношению к противнику! Разве я этому тебя учил?! А те пакости, что ты устраивала Курту и Муру, – это и вообще непростительно! Толкать под руку агентов, выполняющих важное, да что я – наиважнейшее задание! – это, дорогая моя, называется предательством, и по закону военного времени…

– А ну-ка – стоп, Ваша Милость! – вмешался Курт. – Теперь это не только ваша внучка, но и моя девушка, так что я все равно не позволю отрубить ей голову или что вы там еще задумали!

91
{"b":"374","o":1}