ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Элейн сжала губы, чтобы больше ничего не выболтать. На самом деле Дэвид умел жонглировать и знал кучу разных фокусов, любил их показывать людям, но стоило сказать об этом Джону, так он начнет шляться в дом без конца. Она пошла быстрее. Джон сел на велосипед в тихонько поехал рядом. Больше он ее ни о чем не спрашивал. Вместо этого он стал рассказывать о себе. Она услышала о его братьях. Один был уже женат и жил с женой и маленькой дочкой в Порте Аугуста, другой все еще жил с родителями, но уже работал, а третий — Марио, ему тринадцать. Джон его, видимо, и боялся, и обожал одновременно. Пока они добрались до ворот шкалы, Элейн знала, что его мать работает медсестрой в больнице посменно и что его отец строитель. И еще она поняла, что если она не избавится от Джона Ферроне, она попросту сбрендит. Но Джон вовсе не хотел, чтобы от него избавлялись.

— Пошли, — сказал он. — Вон мистер Рассел, наш учитель. Пойдем попросим, чтоб я стал твоим шефом. У нас все новенькие на первую неделю получают шефа.

«Тьфу, — подумала Элейн, — все идет наперекосяк. Что он ко мне клеится? И ни на одной из девчонок нет джинсов!»

Мистер Рассел оказался молодым и приветливым.

— Здравствуй, Элейн, — сказал он, — ты у меня, в седьмом. Я тебя провожу в класс и принесу тебе учебники. Спасибо, Джон, но я думаю, кто-нибудь из девочек возьмет шефство над Элейн. Пойди запаркуй свой велосипед.

«Здорово, — подумала Элейн. — Этот все понимает. Его не проведешь».

Мистер Рассел шел быстро, Элейн поспевала за ним, стараясь на ходу оглядеться. Многие из школьных зданий были новые и современные, между ними располагались лужайки и площадки для отдыха, многие из них были оборудованы спортивными снарядами: шесты, кольца, брусья. Ее глаза радостно сверкнули. Мистер Рассел спрашивал про ее последнюю школу. Он сказал, что в этой школе все носят форму. Если у нее с этим возникнут трудности, пусть она обратится в контору, ей помогут.

«Трудности! — подумала она. — Никаких трудностей. Просто — папа. Как мне объяснить в конторе, что он за человек».

Когда они подошли к классу в конце овальной лужайки, мистер Рассел с силой распахнул дверь, и девочка, которая находилась в классе, подскочила, как перепуганный кролик.

— Линда, — сказал он резко, — что ты тут делаешь?

Она виновато улыбнулась и кинула взгляд на то, что она за минуту до того писала.

— Ни-ничего, — ответила она.

— Ты знаешь правила, Линда. До звонка в классе быть не полагается.

— Извините, мистер Рассел, — сказала она.

Она снова улыбнулась, на этот раз не виноватой, а сияющей улыбкой.

Обезоруженный улыбкой, мистер Рассел сказал:

— Ну, раз уж ты здесь, то я тебя вот о чем попрошу. Будь шефом Элейн. Сделай так, чтобы она разобралась во всем и почувствовала себя как дома. Парта перед тобой не занята? Та, где сидела Кати Клеменс? Пусть Элейн ее занимает. А я пойду принесу ей учебники.

Он рванулся с места, направляясь в учительскую. Девочки оглядели друг друга. Ни одна из них не произвела на другую хорошего впечатления. Трудно было оказаться более непохожими друг на друга. Элейн, тоненькая и бледная, казалась неопрятной, даже слегка диковатой. Нетуго заплетенная рыжая коса уже начала расплетаться. Светлые волосы Линды были модно острижены, и что-то неуловимое говорило о том, что ее дома холят и лелеют. Одежда была элегантной и новой, туфельки блестели. Обе девочки были слегка испуганы, их отношение друг к другу было напряженным и даже враждебным.

Линда спокойно уселась за парту и продолжила прерванное писание на листке бумаги. Улыбнулась про себя. Ее парта была уставлена разными принадлежностями: маленький ежик-карандашница, шкатулочка с выдвижными ящичками, в которой лежали ластики. Ее фотографии, вырезанные из коллективных классных, были прикреплены к парте скотчем, и красивым шрифтом выполнена надпись: «Линда Шульц сидит за этой партой». Элейн молча изучала все эти предметы. Линда кончила писать и сложила записку вчетверо. Она пересекла класс и положила ее на парту в последнем ряду.

— Только посмей проболтаться, — сказала она Элейн. — Это записка Эндрю Хейфорду. Он мой мальчик.

«И ты держись от него подальше», — звучало в ее тоне.

Элейн почувствовала себя униженной. Поэтому она сказала резко:

— Плевать мне. Меня эти вещи не интересуют.

— Да уж, конечно, вряд ли. — связала Линда с презрением. — Ну, пошли? Надо показать тебе все до звонка.

Глава третья

Эндрю протянул руку к заднему сиденью «Вольво», достал свою школьную сумку.

— Пока, мам, — сказал он Марджори.

— Я за тобой заеду посла уроков, может пойти дождь, — сказала она.

— Хорошо.

«Интересно, разберется ли Бен в «Космических демонах»? — подумал он. — Я ему не скажу, что удалось выяснить мне. Посмотрим, справится ли он сам».

Он в конце концов обнаружил Бена в толпе других учеников перед входом в седьмой класс. Они все уставились на рыжую девчонку, которую Эндрю видел в первый раз. Она ходила на руках по траве на овальной лужайке.

— Эй вы! Что тут происходит? — спросил Эндрю. Бен повернулся к нему и приветствовал его улыбкой, но ответил ему Джон Ферроне, который стоял рядом с Беном:

— Это новая девочка Элейн Тейлор, она раньше была в цирке.

— И кем же она была? Дрессированной шимпанзе? — фыркнул Эндрю. Его слегка бесило, что кто-то, кроме него, мог вдруг оказаться в центре внимания.

Линда Шульц услышала его и рассмеялась. Она подошла и стала рядом с Эндрю.

— Бахвалится, ужас! — сказала она. — Первый день в школе, и поглядите вы на нее!

Элейн вскочила на ноги. Она была чудовищно на себя зла. Она вовсе не собиралась бахвалиться, всякий раз это получалось само собой. Чем больше она волновалась и чувствовала себя не в своей тарелке, тем больше она старалась привлечь к себе внимание. Линда обошлась с ней так заносчиво, так противно, когда показывала школу, что ей захотелось продемонстрировать, что может она, Элейн.

Мистер Рассел подошел к дверям своего класса.

— Ты перепачкалась, Элейн, — сказал он. — Пожалуйста, Линда, проводи Элейн вымыть руки.

— Он любит, чтобы мы выглядели опрятно, — сказала Линда по дороге к туалетной комнате. На обратном пути она заметила: — Эндрю сказал, что ты похожа на шимпанзе.

— Да? Он что, умственно отсталый?

«Интересно, который из них?» — думала Элейн, возвращаясь в класс. Все ребята отыскивали страницу 88 в учебнике «Математика и жизнь», а мистер Рассел что-то писал на доске. Многие ребята воззрились на Элейн, а один из них скроил обезьянью рожу, уперевшись языком в нижнюю губу и скосив глаза к переносице. Она почувствовала, как Линда сдерживает смех.

«Ага, — подумала Элейн. — Это и есть знаменитый Эндрю. Забавно».

Мистер Рассел повернулся от доски.

— Познакомьтесь с нашей новой ученицей Элейн Тейлор. Надеюсь, ей будет с ваши хорошо в нашей школе.

Как только мистер Рассел снова отвернулся к доске, Элейн почувствовала, как что-то ударилось о ее левую ногу. Она увидела на полу бумажный самолетик. Линда, сидевшая сзади нее, пыталась дотянуться до него линейкой. Забыв все свои благие намерения, Элейн нагнулась и подняла самолетик.

— Дай сюда! — прошипела Линда.

Иногда Элейн приходилось дивиться своему собственному поведению. Она знала все неписаные правила, как нужно вести себя в школе новенькой — не высовываться, всех слушаться, но она почему-то была совершенно не способна им следовать. Поэтому она не отдала самолетик Линде. Вместо этого она подняла его, развернула и прочла, что было написано в записке. После этого она издала тихий, но весьма правдоподобный звук, как будто ее вот-вот вытошнит. Линда рванулась, чтобы выхватить у нее записку, и Элейн, поглядывая на мистера Рассела у доски, позволила ей это сделать. Мистер Рассел повернулся от доски как раз в тот момент, когда, завладев своим любовным письмом, Линда садилась на место.

3
{"b":"37586","o":1}