ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Ты должен мне два доллара, — сказал он Эндрю, когда они выходили из класса.

— Да брось ты, — сказал Эндрю. — Это не стоит двух долларов. Они достались бы тебе слишком легко.

— Но мы же поспорили! — сказал Бен. — Слово надо держать. Ты бы заставил меня платить, если бы ты выиграл.

— Ладно, ладно, — сказал Эндрю. — У меня сейчас нет. Я тебе потом отдам.

Бен рассердился. Он знал, что у Эндрю есть деньги, он видел, как тот разменял пятидолларовую бумажку за завтраком. Эндрю глядел на Бена с вызовом, на его лице было заносчивое выражение, обычное для Эндрю, но раньше Бен старался его не замечать. Ему не хотелось ссориться с Эндрю, ведь он был его лучшим другом. Но зачем врать? И чего уж так вечно задаваться? Бен повернулся и пошел прочь, не говоря на слова.

Линда Шульц потянула Эндрю за рукав.

— Хочешь жвачку? — спросила она, вытаскивая ее из кармана.

— Конечно, — ответил он так, точно делал ей великое одолжение. Она пошла рядом с ним к воротам.

— Ты знаешь эту новенькую Элейн Тейлор?

— Ну и что?

— Ее мама удрала и оставила ее с отцом.

Обычно такого рода сплетни нисколько не интересовали Эндрю. Но слова Линды заставили его вспомнить о ссоре между родителями. Ему казалось, что он про это забыл, но, оказывается, нет, он понял, что переживает их размолвку.

— Откуда ты знаешь? — спросил он.

— Джон Ферроне сказал.

Линда вовсю жевала резинку, глаза ее сияли.

— Ничего удивительного. По-моему, она слегка того.

«А я — нет, — подумал он. — Со мной этого случиться не может».

— Ты бы поглядел на ее отца. Настоящая горилла.

— Все правильно. Горилла и шимпанзе.

Линда засмеялась.

— Можно я пойду с тобой?

— Не. Мама заедет за мной на машине. Пока.

Ледяной ветер вихрем кружил опавшие листья вокруг ребятишек, которые по двое, по трое уходили из школы, торопясь попасть домой. Только Элейн все еще болталась в школьном дворе. Увидев ее, сидящую на корточках возле конторы, Бен захотел поговорить с ней. Что-то было в ней такое одинокое и печальное, а у Бена было много доброго в характере, и это доброе в нем откликалось на ее печаль.

— Ты домой не идешь? — спросил он ее.

Она покачала головой.

— Жду папу. Он делает уборку после уроков. Но он пока даже еще и не приходил.

Ей было тошно от всего, она устала и промерзла.

— Он, может, и забыл поглядеть на часы, — добавила она с грустью. — Мне тут целую вечность придется торчать.

Никто в доме у Бена никогда не забывал поглядеть на часы. Он присел рядом с ней просто так, за компанию. Через несколько минут он спросил:

— Ты правда работала в цирке?

— Нет. Джон все перепутал, — сказала она, скрещивая руки на груди, чтобы немного согреться. — Это не был настоящий цирк со зверями. Просто труппа цирковых актеров, которые умели кувыркаться, играть на разных инструментах, жонглировать. Мы провели какое-то время с ними. Папа вел грузовик и помогал ставить шатер. А они меня кое-чему научили. Мы ездили по побережью Нового Южного Уэльса, выступая в курортных местах и в деревнях.

— Ух! Наверное, это интересно!

— Да, было здорово.

На Бена повеяло приключениями и свободой, и он поглядел на нее с интересом. Она была совсем не похожа на тех, кого он знал, и ему захотелось получше с ней познакомиться. Ему пришла в голову мысль.

— Ты не покажешь мне что-нибудь из того, что ты умеешь? Мистер Рассел еще не ушел, мы спросим у него, может, можно поупражняться на мате в спортзале?

Элейн поднялась. Она вся дрожала от холода.

— Давай, — сказала она. — Хоть согреемся немножко.

Глава седьмая

— Так вот вы где прячетесь!

Это было неделю или две спустя, Джон Ферроне вошел в спортзал как раз в тот момент, когда Элейн показывала Бену, как делать фляк.

— Я вас везде искал.

Это прозвучало у Джона очень печально.

Элейн увидела здоровенный кровоподтек на левой щеке Джона. Его левый глаз заплыл, и видно было, что он перед тем плакал.

— Только не начинай реветь, — сказала Элейн торопливо. Она не выносила слез. В ней жило тяжелое воспоминание, и она старалась гнать его от себя. В один из первых странно молчаливых дней, когда мама только что оставила их, она застала отца плачущим. С усилием отогнала это воспоминание.

— Расскажи, что случилось? — попросила она Джона.

— Нас выперли из библиотеки. Марс говорит, что это все из-за меня. Но это из-за него самого. И теперь он бесится, потому что целый месяц не сможет играть.

— За что они вас? — спросил Бен. — Что вы такое совершили ужасное?

— Я ничего не сделал, — сказал Джон. — Во всем виноват Марио. Во-первых, он явился со страшной прической панка.

— Ему идет, — засмеялся Бен. — Он и есть панк.

— Какой уж тут смех! Мама его убьет. И ухо проткнул. И запихнул туда две серьги. Честно, он просто свихнулся.

— Но не за это же они выгнали его из библиотеки, — сказала Элейн.

— Вид у него был тот еще. Но это не все. Он явился такой важный, понимаешь, а там двое еще играли. Хотя было уже больше четырех и была уже наша очередь играть. И он велел им отваливать, но они хотели закончить игру. Я сказал «пусть». А Марио стал неистовствовать — начал ругаться, выключил телевизор и вытащил кассету. Тут одна библиотекарша возникла и велела ему успокоиться. Появился главный, такой здоровый дядька, заломил Марсу руку и выволок его наружу, и сказал, чтоб он целый месяц тут не появлялся.

— А ты пошел следом и вовремя подвернулся, чтоб тебе как следует врезали, — понял Бен.

Джон кивнул.

— А потом Марио вскочил на велосипед и помчался, прямо перед носом у здоровенного грузовика, ненормальный, его когда-нибудь задавят. Он только и делает, что злится. Все время впадает в ярость. Мне страшно!

Джон поглядел на них своими подбитыми глазами.

— И за что он меня ненавидит? — вопрошал он с горечью. — Он же мой брат! Братья должны любить друг друга.

Элейн скорчила гримасу.

— Это только в книжках так бывает.

Бен согласился с ней.

— Мой брат определенно меня не любит.

— Марио никого не любит, — продолжал Джон с горечью. — И его никто не любит. У него ни одного друга нет. Да и как с ним дружить. Он всегда поступает подло.

— Непонятно почему, — сказал Бен.

— Мне иногда начинает казаться, — продолжал Джон задумчиво, — что, может быть, это я виноват. Между нами всего десять месяцев разницы. А люди всегда становятся на мою сторону, вроде я младший. Да еще и Франк, это тот брат, который пока живет с нами, дразнит его без конца и говорит, что мама вместо него девочку хотела, и называет его Мария.

— Да, паршиво, — согласился Бен. — А почему же Франк тебя не дразнит?

— Он говорит, мама оставила всякую надежду к тому времени, когда на свет появился я.

Элейн все живо себе представляла. Она жила по соседству с семейством Ферроне и видела, как там обращались с Марио. Она его тоже не любила, но ей было жалко его. Его постоянно обижали и старшие братья, и родители, а с Джоном носились, как с маленьким.

«Неудивительно, что он всех ненавидит», — думалось ей. Она вдруг посочувствовала ему. Поняла его.

— Он и самого себя ненавидит, — сказала она. Ей стало это вдруг совершенно ясно.

В дверном проеме в дальнем конце спортзала появилась огромная фигура.

— Я все закончил, Эли. Идем домой? — голос Дэвида эхом прокатился через весь спортзал.

— Ой, мне надо бежать, — воскликнул Бен, вскакивая. — Времени-то уже сколько! Пока, Эл, пока, Джон!

И он бегом помчался к дому. Там с облегчением заметил, что обе машины отсутствовали, значит, родителей не было дома. Он обошел дом и вошел через заднюю дверь.

Его старший брат Даррен сидел на кухне и возился с автомобильчиком дистанционного управления.

— Привет! — сказал Даррен, — Ты где был?

— В школе, где ж еще, — ответил Бен. Разговаривая с Дарреном, надо было давать неопределенные ответы, поскольку девизом Даррена было: «Информация — это сила».

7
{"b":"37586","o":1}
ЛитМир: бестселлеры месяца
В поисках Любви. Избранные и обреченные
Заговор
Не делай это. Тайм-менеджмент для творческих людей
Трезориум (адаптирована под iPad)
Держись и пиши. Бесстрашная книга о создании текстов
Врачи. Восхитительные и трагичные истории о том, как низменные страсти, меркантильные помыслы и абсурдные решения великих светил медицины помогли выжить человечеству
Пойми меня, если сможешь. Почему нас не слышат близкие и как это прекратить
0,05. Доказательная медицина от магии до поисков бессмертия
Джедайские техники. Как воспитать свою обезьяну, опустошить инбокс и сберечь мыслетопливо