ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Тренажер по чтению
Лекции по русской литературе XX века. Том 4
Последняя Академия Элизабет Чарльстон
Пофиг на все! Как сберечь нервы и покорить любую вершину
Мертвый вор
Я манипулирую тобой. Методы противодействия скрытому влиянию
Женщины, которые любят слишком сильно. Если для вас «любить» означает «страдать», эта книга изменит вашу жизнь
Академия грёз. Пайпер и сила снов
Летать или бояться
A
A

Кочетков не возражал. В этот раз он налил в стакан совсем немного желтого препарата. Буквально несколько капель. Я глубоко вздохнул и выпил. Все-таки на вкус эта настойка была довольно горькая. Настоящая микстура...

- Ну, теперь что? - спросил Кочетков через несколько минут.

- Удивительно, - сказал я. - Как раз то, что нужно. Где закрепитель?

Изобретателю препарата не терпелось узнать, чему же я научился, но, как настоящий исследователь, он умел сдерживать любопытство.

- Пока передохните, - предложил Кочетков, - мне надо подмести осколки.

Он вышел на кухню, стал чем-то громыхать и передвигать тяжелые вещи, по-видимому, из всей утвари веник в этой квартире был спрятан надежней всего.

- Я же говорил! - раздался знакомый голос. В нем звучали нотки торжества, местами переходящего в ликование.

Зиновий Аркадьевич стоял в комнате перед самым столом и тыкал пальцем в желтую бутыль. Он был с той же красной повязкой на пижамном рукаве. Теперь я рассмотрел на ней выцветшую надпись: "Первая линия".

- Вы как тут оказались? - строго спросил я.

- Дверь была не заперта, - отмахнулся он. - И все же это самогон. Я очень редко ошибаюсь, молодой человек. Я всегда считал Кочеткова темной лошадкой. Недаром от него ушла жена.

- Вы-то откуда знаете?

- Но ваше дело, - огрызнулся Зиновий Аркадьевич, но все же объяснил: От общественности не укроется ничто.

Каждое его слово было весомо и значительно, словно падающий кирпич. Я решил выпихнуть его вон, но внезапно раздумал.

- С чего вы решили, что это самогон? - коварно спросил я. - Это легкое виноградное вино. Правда, самодельное. Попробуйте, если хотите.

- Знаю я эти вина, - с иронией сказал Зиновий Аркадьевич и бухнул себе полный стакан желтой жидкости. - Очень хорошо эти вина мне знакомы.

Эффектно хакнул в сторону и заглотнул единым духом. По-моему, он даже не распробовал толком вкуса. Его лицо сморщилось. Рука автоматически зашарила но столу в поисках соленого огурца, и в эту руку я вложил стакан с бесцветным закрепителем.

- Стойте! - закричал с порога Кочетков, жестом отчаяния отбрасывая веник. - Что вы делаете!

Но было поздно. Сосед постоял с минуту, держась за стол, и, согнувшись, тихо вышел из квартиры.

Последняя попытка оказалась для меня действительно удачной. Один из моих предков был музыкантом, и теперь я довольно сносно играю на скрипке. Самое главное, я делаю это с удовольствием. Это мне нравится. И не только мне, но и Светлане. С ней я познакомился на институтском концерте самодеятельности. Интересы наши во многом совпадают. Она меня отлично понимает и даже аккомпанирует на фортепиано.

С Кочетковым мы видимся, но не очень часто: он сильно занят работой в своей лаборатории. Препарат еще не скоро станет общедоступным. По крайней мере, внедрение откладывается до тех пор, пока Кочетков и его коллеги не отыщут вещество, нейтрализующее действие закрепителя. В этом сейчас все дело, как убедился в день нашего знакомства сам изобретатель.

До того, как Зиновий Аркадьевич принял лошадиную дозу препарата, никто и не предполагал, что наша генетическая память простирается так далеко. Сосед Кочеткова тоже приобрел хобби. Он стал тихим, задумчивым и старается не попадаться на глаза милиции. Ведь уже несколько раз сотрудники 135-го отделения в Лужниках вынуждены были составлять протоколы на Зиновия Аркадьевича, который, сверкая лысиной, раскачивался на деревьях, зацепившись за ветку одной ногой.

3
{"b":"37598","o":1}