ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
МВД, или Мгновенно, вкусно, доступно
Охотница
280 дней до вашего рождения. Репортаж о том, что вы забыли, находясь в эпицентре событий
неНумерология: анализ личности
Хроники Максима Волгина
Сфумато
Императрица Ольга
Муми-тролли и новогодняя ёлка
Маша и Тёмный властелин
A
A

Она спросила "почему" автоматически, прекрасно зная, какой будет ответ.

- Потому! - Марина раздавила окурок о край блюдца. - Потому что окончание на "у"! Во-первых, эта его безумная страсть с Олесей, во-вторых его киношно слащавая рожа и твоя, прости, довольно обыкновенная. А в-третьих... Я бы ещё поняла, я бы поверила. А что? Всякое бывает. Иногда, вообще, баба страшнее ядерной войны, а мужик-красавец с неё пылинки сдувает. Но твой Бокарев - эгоист до мозга костей. Он никого, кроме себя, любить не способен. В принципе!

В комнате уже висело рваное облачно сизого дыма. Марина встала, подошла к окну, рывком распахнула форточку. Воздух не посвежел и стало, вроде бы, даже жарче. Лиля переползла в самый угол диванчика, подогнула под себя ноги.

- Значит, на работе по поводу той кражи - никто и ничего? - она потерла указательным пальцем переносицу. - Жалко. Я надеялась...

- И зря надеялась! Вообще, то что ты сейчас делаешь - дебилизм страшный! Я бы, на твоем месте, пошла в милицию и рассказала все, как было. Про бабу эту, про звонок, про то, что тебя заставили так одеться...

- И про Вадима? Про то, что он тогда этот сейф взломал?

- Господи! Да блеф это все чистой воды! А даже если и не блеф? У тебя ребенок на руках, тебе тюряга грозит, а ты все о Бокареве печешься. Взял он эти деньги - пусть сядет! Ему, поверь моей интуиции, есть за что сидеть.

Разговор снова пошел по замкнутому кругу. Лиля потянулась за чашкой и сделала пару глотков холодного уже чая. Ей почему-то мучительно захотелось сжать губами сигарету, чиркнуть зажигалкой, сощуриться от едкого дыма...

Когда-то, когда ей было шестнадцать лет, она попробовала курить. Просто поняла, что берегись - не берегись, до двадцати лет не доживешь все равно: давление ни к черту, врачи только головами качают. Купила в табачном отделе магазина болгарский "Опал" (ей продали без всяких оговорок, подумали, что для папы), в бакалее - спички. На третьей пачке все закончилось. Лиля узнала, что умерла девочка, с которой они регулярно путешествовали по больницам: начала вытирать в комнате пыль, упала в кресло и больше не встала...

Это было слишком реально и слишком страшно. Тетки на похоронах, куда она пошла, наплевав на все запреты матери, обсуждали и то, что мебель в комнате была импортная - вся сплошь полированная, и то как за какие-то полчаса, пока мать ходила в магазин, полностью посинела мертвая рука, судорожно сжимающая тряпку... Шуршащую целлофаном коричневую пачку "Опала" Лиля выкинула в тот же вечер и, давясь слезами, засела за брошюрку "Сердце, кровь, сосуды. Путь к здоровью". Больше курить она не пробовала...

- Эй, заснула? - Марина пару раз щелкнула пальцами у неё перед лицом. - Ну что я, по-твоему, глупости говорю?

- Нет, - она вздохнула. - Не глупости. Но теперь в милицию идти уже поздно. Эта история и с самого начала выглядела бы сказкой, а уж сейчас тем более. Мне просто никто не поверит... Не говоря уже о том, что я этого все равно не сделаю по другой причине.

- Отлич-чно! Не скажи ты последней фразы, я бы посчитала тебя здравомыслящим человеком. "Я не сделаю этого по другой причине"! Ах, я не предам Вадима! Тьфу! Противно слушать!

Лиля ощутила неясную тревогу, смутную, похожую на зарождающуюся в гнилом зубе боль. Вроде бы, Маринка не сказала ничего странного или настораживающего, и все же... "Здравомыслящим человеком"... "Я бы посчитала тебя здравомыслящим человеком"...

Она помотала головой, словно выбравшаяся из воды собака:

- Подожди, Марин! Давай сейчас не будем о моей дури...

- А о чем будем? О том, как тебе эту любовницу искать? Так и тут твоя дурь проявляется по полной программе. Ну, с чего ты взяла, что это кто-то из его бывших коллег? Только из того, что эта баба о краже заговорила? А тебе не приходило в голову помыслить логически. Пункт первый: почему он тогда подженился на тебе, а не на этой любовнице, если это кто-то из наших же девок? Пункт второй: с чего это любовь у них вспыхнула именно сейчас, если они уже тысячу лет друг друга знают? Не проще представить, что эта девка - кто-то из его новых сослуживиц, что он её, в конце концов, на улице снял, в кафе, в ресторане? Это же ты только, как клуша, дома сидишь, а Вадик, я так поняла, у тебя не скучает?

- Вадима давай в покое оставим?

Марина шумно выдохнула и, упершись руками в колени, поднялась. Поставила друг на друга пустые блюдца, сверху пристроила чашки.

- Да-а... С тобой каши не сваришь - только чокнешься! - Она взяла блюдца со стола, поправила волосы. - Сиди. Сейчас по второму кругу чайник включу и это все сполосну. А то крошки кругом: тараканы живо жрать придут.

Пока подруга, перекрывая шум льющейся из крана воды, гремела посудой на кухне, Лиля разглядывала комнату. Белые персидские котята на календаре, польская помада в алом округлом тюбике, массажная щетка с застрявшими между зубьями каштановыми волосками...

Мимоходом подумалось, что та женщина, пахнущая "Турбуленсом", наверняка, брезгливо морщилась, снимая с расчески её, Лилины, волосы. Или это делал Вадим?.. "На теле Кузнецовой найден длинный черный женский волос"... Черный волос в её окровавленных белых волосах...

Подошла к застекленному книжному шкафу, пробежалась взглядом по полкам. Все те же книжки. "Искусство грима", "Сто один рецепт красоты и здоровья", полное собрание Агаты Кристи, сборник Вознесенского... Игрушки. Три разноцветных, но одинаковых по форме резиновых зайца. Крошечный пупс в вязаной шапочке и длинной жилетке. Ослик, умеющий перебирать ногами. Мягкий лохматый львенок, смешной и косоглазый - подарок мамы то ли на пять, то ли на семь лет. Маринка говорила, что львенок стабильно приносил ей счастье и она таскала его с собой чуть ли не на экзамены в институте... Львенок!

Это было чушью! Абсолютной, безобразной чушью, но Лиля почувствовала, как противно и больно сжимает горло... Львенок, нарисованный в подвале, и львенок на полке у Марины... Что-то еще, что-то еще... Что-то странное, ускользающее из памяти, как осклизлый кусок мыла из рук... Талисман? Нет, не то... Лион?.. Господи, какой же язык учила Маринка?.. Нет, так нельзя! Так можно запросто сойти с ума!

Когда дверь за спиной отворилась, она вздрогнула. Отойти от шкафа не успела и осталась стоять, болезненно покусывая нижнюю губу. Маринка, впрочем, в выражении её лица ничего странного не заметила. Поставила на стол влажные ещё блюдца и чашки, положила рулет в яркой обертке, разлила по чашкам заварку.

- Смотришь? - в голосе её слышалась лишь добродушная укоризна. - А что смотреть? Ничего тут и не изменилось с тех пор, как мы с тобой в последний раз виделись... Эх, Лилька-Лилька! Понимаю я, конечно, что это Бокарев, в первую очередь, виноват, но ладно. Раз пообещала на него не наезжать - не буду... Одно скажу: Валерка был в тысячу, в миллион раз лучше!

- Он женился, ты знаешь? - "Львенок. В конце концов, что такое "львенок"? Почти у каждой девочки есть такая игрушка!" - промелькнуло у Лили в голове.

- Женился?

- Да. Я от следователя узнала... Олесю убили на даче, принадлежащей супругам Киселевым.

- Интересно. А я думала, он так до старости холостяком и останется. Хотя, знаешь, может быть он тебе назло это сделал. Я же сказала ему, что ты, вполне возможно, замуж за своего Бокарева вышла. Так то он ждал тебя. Долго же ждал?

- Долго, - согласилась она, усаживаясь на диван. Тревога немного притупилась. - Что теперь об этом говорить?

- Да, - Марина задумчиво кивнула. - Сейчас ситуация, конечно, не та... А помнишь, как здорово было? Как мы на дачу к Валеркиным родителям ездили.., - осеклась, быстро взглянула исподлобья.

- Да, Марин, на ту самую дачу... Ладно, я уже ко всему привыкла. Почти спокойно думать об этом могу...

Та, приободренная, откинулась на спинку кресла и скрестила руки на груди:

- А, помнишь, как мы собирались, когда замуж повыходим, семьями дружить? У тебя тогда все с Валеркой - чики-чики было, а за мной мальчик из казино ухаживал... А на природу как ездили, когда ещё рыбы ни фига не поймали, только перемерзли все к чертовой матери?

54
{"b":"37645","o":1}