1
2
3
...
33
34
35
...
56

Хардинг залпом допил бренди и принес письменные принадлежности, присел к столу у окна и очинил перо.

– И все-таки это обман.

– Знаю, – бесстрастно отозвался Джек.

– Если она узнает, что вы обманули ее, она больше не захочет вас видеть.

– И лорда Баррингтона тоже. Мне, конечно, будет недоставать ее общества, зато она вновь обретет свободу. Итак, начнем.

– Диктуйте, сэр, а я буду писать.

Джек потер наморщенный в творческих муках лоб.

– Нет, так не пойдет. Чужой почерк сразу насторожит ее.

– Не бойтесь, сэр, на этот счет я кое-что придумал. Диктуйте же.

Джек прокашлялся и заложил руки за спину.

– «Дорогая мисс Крэншоу, – начал он, – вообразите, как я была потрясена и опечалена, получив Ваше письмо…» Нет, Хардинг, лучше «письма», «…получив Ваши письма. Прочесть их сразу мне не удалось: я была при смерти, но потом каким-то чудом выздоровела и теперь спешу дать Вам совет. Вы должны немедленно порвать с лордом Баррингтоном, любой ценой. Одобряя Ваш брак, я ошибалась. Этот негодяй заслуживает смерти, будь он проклят! Если он хотя бы пальцем дотронется до Вашей великолепной, нежной кожи, клянусь, я приеду в Миддлдейл и задам ему взбучку, которую он запомнит на всю жизнь! Я сотру его в порошок, я…»

Джек осекся, заметив, что Хардинг давно перестал записывать и смотрит на него, как на неразумного младенца.

– Меня занесло, – проворчал Джек, – ну и что? Можете сочинить лучше – пишите сами.

– Могу, – охотно подтвердил Хардинг, окунул перо в чернильницу и принялся размашисто писать. – «Дорогая моя, милейшая мисс Крэншоу, – наконец прочел Хардинг тоном превосходства, – не могу выразить словами всю мою привязанность к Вам и тревогу за Ваше будущее. Я…»

– Да, да! Вот именно! – живо откликнулся Джек, вскочил и встал за спиной Хардинга, дыша ему в затылок. – Продолжайте.

– «Пусть Вас не смущает незнакомый почерк, Лайза: по моей просьбе это письмо пишет моя служанка».

– Превосходно! – вскричал Джек, хлопнул в ладоши и от избытка чувств заметался по комнате.

– «Я больна и сама писать не в силах, – продолжал диктовать самому себе Хардинг. – Но не бойтесь за меня, дорогая: я уже поправляюсь. Болезнь помешала мне сразу ответить вам. Служанка нас не выдаст – она умеет молчать. Узнав, в каком затруднительном положении Вы очутились, могу сказать, что…»

– Нет-нет! – перебил Джек. – Слишком формально. Переходите сразу к делу.

– Она же солидная дама, – возразил Хардинг, держа перо над бумагой и подкрепляя свой довод шевелением бровей. – Несомненно, миссис Холлоуэй – рассудительная особа. Можете мне поверить. На своем веку я прочитал больше писем, чем вы.

Джек хотел было запротестовать, но передумал.

– Ладно, только не слишком увлекайтесь. Побыстрее переходите к тому месту, где миссис Холлоуэй рекомендует прекрасного местного поверенного. И не забудьте прибавить, чтобы она прислушалась к голосу сердца.

– Само собой, сэр, – отозвался Хардинг таким скучающим тоном, словно каждый день десятками подделывал чужие письма. – Как только мы допишем письмо, считайте, что мисс Крэншоу ваша.

Глава 16

– Что-нибудь поправить, мисс Крэншоу? – спросила горничная Лайзы.

– Нет, Сьюзен, спасибо.

Рыжая веснушчатая горничная заглядывала в зеркало поверх плеча Лайзы, прикасаясь к ее прическе почти благоговейно, точно скульптор, восхищенный собственным шедевром.

Длинные локоны спускались на виски Лайзы, кокетливые завитки лежали на лбу. Ожерелье из бриллиантов и жемчуга покоилось на фарфоровых холмах и долинах ее груди. Искусно подведенные глаза поблескивали, словно драгоценные сапфиры за лиловым витражным стеклом.

– Вы чудесно выглядите, мисс, – не выдержала Сьюзен и вдруг нахмурилась, прикусила нижнюю губу и с недоуменным видом пожала плечами.

Глядя на горничную в зеркало, Лайза смачивала мочки ушей лавандовой водой.

– Что такое? Что-нибудь не так, Сьюзен?

– Нет, мисс. – Горничная смотрела на госпожу с обожанием. – Просто я никогда не видела вас… такой дивой. Как будто вы… влюблены.

Яркий румянец проступил на щеках Лайзы. Она отвела взгляд, сделав вид, будто что-то ищет на туалетном столике.

– Разве не все невесты выглядят так, будто они влюблены?

– Да, конечно, мисс. – Горничная покачала головой и засмеялась над собой. – Прошу прощения. Просто сегодня вы ослепительны.

Перед мысленным взглядом Лайзы возник Джек – его сардоническая полуулыбка, проницательные глаза, повидавшие первых красавиц Лондона, – и она задумалась, находит ли он ее миловидной.

– Спасибо за комплимент, Сьюзен.

– Надо бы поспешить, мисс. Скоро соберутся гости. Слуги уже сбились с ног.

Лайза с сожалением улыбнулась и вдела в уши жемчужные серьги.

– Сочувствую им. Папе невдомек, сколько приготовлений требует «импровизированный» званый вечер. С таким же успехом он мог бы объявить о бале за один день до него.

Устроенное отцом торжество застало Лайзу врасплох. Она удивилась и тут же обрадовалась, узнав, что Джек Фэрчайлд значится в числе приглашенных. Ей не терпелось вновь увидеться с ним, заглянуть в его глаза, зная, что ее с Джеком связывает тайна. Лайза вспомнила его длинное мускулистое тело и прикусила губу, сдерживая невольный стон желания. С недавних пор она обнаружила, что воспоминания опьяняют ее.

Дверь распахнулась, в комнату влетела младшая сестра Лайзы.

– Ты здесь! А я ждала тебя внизу. Нам необходимо поговорить.

– Можете идти, Сьюзен. – Лайза кивнула горничной и перевела взгляд на отражение Селии в зеркале. Селия уселась на край кровати у нее за спиной, задумчиво прислонившись к резному столбику.

– Ты сегодня прелестна, дорогая, – улыбнулась сестре Лайза. Селия выбрала для вечера простое желтое платье, светлые волосы собрала на макушке и уложила очаровательным узлом, из которого выбивались длинные локоны. Узел обвивала нить жемчуга. Щеки девушки разрумянились.

– Может быть, а от тебя глаз не отвести, – ответила Селия, и на ее лбу обозначилась морщинка. – Только не говори, что ты наконец-то влюбилась в лорда Баррингтона!

Лайза усмехнулась:

– Селия, ты, случайно, не перегрелась на солнце?

Селия вдруг ахнула, прижав ладонь к груди.

– Господи Боже мой! Мистер Фэрчайлд, да?

– Не понимаю, почему сегодня всем вокруг кажется, что я влюблена.

– Вот видишь! – торжествующе воскликнула Селия. – Посуди сама: вы с ним устроили пикник. Он был с тобой в ту ночь, когда я чуть не погибла. А поцелуй? Разве можно забыть тот поцелуй возле мишеней?

– Селия, я знаю, что ты романтическая натура, но напрасно ты делаешь из мухи слона. Один поцелуй еще ничего не значит. Так о чем ты хотела поговорить, милая?

Лайза обернулась и посмотрела Селии в глаза, надеясь отвлечь ее разговором.

Селия вдруг приуныла, у нее поникли плечи. Рассеянным жестом она сняла какую-то пушинку со своего шелкового платья.

– Я… пришла сказать, что согласна выйти замуж за графа Бедволда.

– Что? Не болтай чепухи!

– Это правда. Я выйду за него – если это понадобится, чтобы расстроить твой брак с лордом Баррингтоном.

– Селия, сестренка! – Лайза вскочила, бросилась к постели, села рядом с девушкой и взяла ее за руки. – Я бы никогда не потребовала от тебя такой жертвы. Об этом я не желаю слышать.

– А я не позволю тебе выйти за Баррингтона. Из-за меня ты будешь несчастна.

Лайза улыбнулась и заложила прядь волос за розовое ушко Селии.

– Мы, девушки из семейства Крэншоу, слишком хорошо осознаем свою ответственность перед близкими, правда? Нет, Селия, о Бедволде не может быть и речи. Могу тебя утешить: я сама пытаюсь найти выход. У меня уже есть помощники, поэтому тебе незачем брать на себя такую ношу, понимаешь?

Селия с облегчением вздохнула:

– Слава Богу, Лайза! Этот твой помощник… мистер Фэрчайлд?

– Да, он.

– А можно, я тоже помогу ему? Хотя бы попытаюсь!

34
{"b":"377","o":1}