ЛитМир - Электронная Библиотека

Лайза мгновенно прекратила плакать и недоверчиво рассмеялась:

– Как тебе такое могло прийти в голову? Да я ради тебя готова на все!

Она отстранилась, вытерла слезы, и все сели на диван, постепенно успокаиваясь, допивая чай и проясняя недоразумения.

– Твой отец… я про Бартоломью, – добавила Розалинда, – встретил меня той ночью, когда я сбежала от лорда Осборна. Миссис Холлоуэй помогла мне ускользнуть незамеченной, как только начались схватки. Позднее она сказала Осборну, что я умерла при родах на каком-то придорожном постоялом дворе. Мне и вправду стало плохо после родов, и пришлось провести на постоялом дворе несколько недель, пока я не поправилась. А твой отец, Бартоломью, ночевал там. Кажется, он влюбился в меня.

– С первого взгляда, – подтвердил Бартоломью.

– Он наотрез отказался уезжать, пока мне не стало лучше. Потом помог миссис Холлоуэй сохранить наше бегство в тайне. Я была так тронута его добротой, что тоже полюбила его. Вскоре мы поженились и переселились в Миддлдейл, где нас никто не знал и даже не подозревал, что Бартоломью – не твой отец. Все эти годы я ни разу не выезжала из Миддлдейла надолго, боясь, что меня кто-нибудь узнает.

– Но почему ты убежала из Шеффилд-Кипа, мама? Неужели лорд Осборн был жесток с тобой?

– Нет, он прекрасный человек. Но я хотела, чтобы ты выросла, не зная стыда. Чтобы стала женой, а не любовницей. А если бы ты осталась дочерью куртизанки, тебя ждала бы незавидная участь.

Лайза вздохнула, преклоняясь перед самопожертвованием матери.

– Мы были очень бедны, Лайза. Тетя Патти и я чуть не умерли от голода. Потом я нашла способ прокормить вас.

– Мама… – Лайза сочувственно погладила ей руку, – ничего не надо объяснять.

– Ты моя дочь, Лайза, – решительно объявил ее отец. – Моя и только моя. Выдать тебя за аристократа я стремился только потому, что постоянно помнил, кто ты по праву рождения. Прости, что этим, я невольно причинил тебе, боль.

– Не вини себя, папа. Лорд Баррингтон – подлец до мозга костей. По несчастливому совпадению он прибыл в Миддлдейл, познакомился с тобой, а потом увидел у лорда Осборна мамин портрет. И этот узел не удалось бы распутать, если бы не милый мистер Фэрчайлд.

– О Господи! – воскликнула Розалинда, схватив мужа за руку. – Как же нам помочь мистеру Фэрчайлду?

– Сейчас же поеду в Лондон, разыщу этого Эббингтона и уплачу долг, – решил Бартоломью. – Твое спасение стоит и не таких денег, Лайза.

– Спасибо, папа. Ты прав.

– В Уэверли его продержат несколько дней, и если за это время он не выплатит долг, его отправят в лондонскую долговую тюрьму. Но боюсь, за несколько дней мне не успеть уладить это дело…

– Я поеду с тобой в Лондон, папа. Навещу Джека в тюрьме. Он должен узнать, как я ему благодарна.

– Нет! Только не в тюрьму! – воскликнула Розалинда.

– Да, в Лондон ты не поедешь, – подхватил отец. – Но вы с мамой можете съездить в Уэверли и все объяснить Фэрчайлду, пока он там. Поддержите его, постарайтесь успокоить. Может, его и не успеют перевезти в Лондон. Меньше чем через месяц я вернусь и привезу домой нашего спасителя.

Через две недели после отъезда Бартоломью Крэншоу в Лондон Лайза получила письмо с хорошими вестями. Отец сумел рассчитаться с лордом Эббингтоном и предсказывал, что вскоре они с Джеком вернутся в Миддлдейл. Обрадованная Лайза начала готовиться к торжественной встрече.

Но на следующей неделе пришло второе письмо, разрушившее надежды на скорое воссоединение. Бартоломью писал, что неизвестно откуда явился второй кредитор – очевидно, ободренный удачей лорда Эббингтона и жаждущий крови наследника «Чайной компании Фэрчайлда». Этот шотландец требовал целых пятнадцать тысяч фунтов, и отцу Лайзы нужно было время, чтобы собрать такую внушительную сумму.

Лайза сразу решила отправиться в Лондон. Мысль о том, что разлука с Джеком затянется надолго, была невыносима. Мать возражала, но Лайза проявила такое упорство, что Розалинда нехотя согласилась сопровождать дочь. Вернее, была согласна, пока Лайза вдруг не лишилась чувств. Это случилось без причины, за день до отъезда.

Розалинда Крэншоу послала за врачом, тот велел немедленно уложить пациентку в постель. Несмотря на все волнения перед отъездом, Лайза чувствовала себя неважно и быстро уснула. После того, как арестовали Джека, ее мучила бессонница. Но если ей просто недоставало сна, почему ее так внезапно затошнило?

– Можно к тебе, дорогая? – постучалась в дверь спальни тетя Патти, когда врач уже уехал.

Лайза полусидела в постели, придерживая на груди белую шелковую ночную кофточку и перечитывая отцовское письмо.

– Тетя Патти, завтра я обязательно уеду. Что бы там ни говорил врач.

– К какому обеду?

– Я говорю, что завтра уеду! Простите, тетя Патти, я не хотела обидеть вас. Будьте умницей, повернитесь ко мне другим ухом. Сегодня мне как-то не хочется кричать.

Тетушка послушно пересела на другой край постели, взяла Лайзу за руки и дружески сжала их.

– Ты не захватишь с собой письмо для мистера Хардинга, дорогая?

Лайза потрясение уставилась на тетушку:

– Что?.. Да, конечно. Так вы переписываетесь с мистером Хардингом?

Патти засияла и кивнула:

– Да. Он пишет, что жизнь с мистером Фэрчайлдом во Флите научила его ценить телесное и душевное здоровье. Но больше он не желает терять зря ни единого драгоценного дня. Он хочет жениться на мне.

– Тетя Патти, это же замечательно!

– А ты не против, дорогая? В конце концов, ты знатная особа…

Лайза порывисто обняла ее.

– Не глупите, тетушка! Я – дочь торговца и в ближайшее время вряд ли приобрету титул. А мистер Хардинг мне нравится. Надеюсь, к завтрашнему дню мне станет лучше, и я доставлю ваше письмо. – Она откинулась на подушки и вдруг густо покраснела. – Неужели я умираю? Как жестока жизнь! Умереть теперь, когда я наконец-то могу выйти замуж за любимого человека!

– Ты не умираешь, дорогая, – со смехом объяснила Патти, – а наоборот, ждешь прибавления.

Лайза нахмурилась, словно пробуждаясь от сна.

– Что? Жду прибавления?

– Да, у тебя будет ребенок.

– Как?.. Но как это возможно?

– Что же тут странного? Ты ведь предавалась любви с мужчиной.

– Нет! – Лайза мучительно покраснела и прикрыла глаза ладонью. – То есть я не то хотела сказать… Как это могло случиться… так быстро?

– Достаточно одного раза, дорогая.

– Но я даже не думала… что так получится.

– В минуты страсти о последствиях никто не вспоминает. Кажется, во время пикника за кладбищем ты слишком долго отсутствовала…

Лайза усмехнулась, застыдилась и с головой накрылась одеялом.

– Перестаньте, тетя! Вы вгоняете меня в краску.

– Тебе нечего стыдиться, милая. Будь я на тридцать лет помоложе, я поступила бы точно так же. Ни в коем случае не смей раскаиваться! Поверь, мама не станет тебя осуждать.

Лайза села на кровати и задумалась.

– Я не против… я даже счастлива. Ведь это ребенок Джека. Наверное, поэтому я и не задумывалась о последствиях… Знаете, тетушка, я очень хочу этого ребенка.

– Тогда тебе не следует ездить в Лондон.

– Почему? – Лайза нахмурилась.

– В любых поездках приходится терпеть неудобства, тем более в таких длинных. Ты можешь потерять ребенка. Такое часто случается даже при самых удачных обстоятельствах.

Глаза Лайзы наполнились слезами. Ей нестерпимо хотелось увидеться с Джеком, но она ни за что не согласилась бы подвергнуть опасности его ребенка.

– Вы правы, тетя Патти. Но как же я скучаю по нему! Почему он не пишет?

– Мистер Хардинг пишет, что мистер Фэрчайлд мрачен, он почти ничего не ест. Думаю, он страдает от унижения.

– Значит, надо писать ему каждый день.

– Ты и так пишешь, Лайза.

– Тогда дважды в день.

– Кстати, о письмах: у меня в кармане лежит одно для тебя. Мистер Ханикат принес его сегодня, когда заходил навестить Селию. Я гуляла с ними по саду.

54
{"b":"377","o":1}