ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

"Но эта просьба важнее", - добавил президент.

"Если вы так ставите вопрос, - ответил я, - я не могу отказываться".

Несмотря на скупость и осторожность этого рассказа (когда он был опубликован, Джонсон еще оставался президентом Соединенных Штатов), в нем содержится немало интересных сведений. Анализ этого разговора (версия самого Джонсона, изложенная в его мемуарах, гораздо короче, однако она не идет вразрез с версией Уоррена) с учетом всего того, что нам уже известно об отношении нового президента к убийству в Далласе, представляется весьма важным.

Начнем с причины первоначального отказа Эрла Уоррена войти в создаваемую комиссию. В разговоре с тем же Николасом Катценбахом, предшествовавшем его встрече с новым президентом, Уоррен обосновал свой отказ так: он, мол, всегда считал, что членам Верховного суда не следует поручать никаких дел, выходящих за рамки их прямых обязанностей. Такая мотивировка сильно смахивает на отговорку, за которой скрывались иные, более веские, мотивы. В самом деле, в стране свершилось чрезвычайное происшествие - убит среди бела дня президент; затем убит на глазах у всей Америки тот, кого считали убийцей президента; власти Далласа, в нарушение всех канонов юриспруденции, использовали средства массовой информации, чтобы с помощью весьма сомнительных улик еще до начала серьезного следствия убедить страну в виновности Освальда, допуская при этом такие беззакония, которые уже сами по себе были крайне подозрительны.

Так что Джонсон был по-своему прав, когда, говоря о создании "независимой и ответственной комиссии", подчеркнул: кроме высшего представителя судебной власти в стране, возглавить ее никто не может.

Этого не мог не понимать и сам Эрл Уоррен. И все-таки он вначале пытался отказаться, да еще под таким неубедительным предлогом. Может быть, Уоррен, как и многие другие видные вашингтонские фигуры, считал, что комиссии при сложившихся обстоятельствах не позволят добраться до истины, и потому не хотел становиться соучастником сокрытия подлинных виновников преступления?

Такая постановка вопроса - отнюдь не просто предположение, как может показаться на первый взгляд.

Через несколько дней после создания комиссии Эрл Уоррен сделал сенсационное и поначалу загадочное заявление: он сказал, что некоторые факты, связанные с убийством президента Кеннеди, возможно, не будут раскрыты при жизни нынешнего поколения.

Журналисты кинулись к нему за разъяснениями, но Уоррен не проронил больше ни слова. Теперь, когда доклад комиссии в большей части своих выводов или поставлен под сомнение, или начисто опровергнут и ему не верят ни в Америке, ни в остальном мире, тогдашнее заявление Уоррена стало куда более понятным. Хотя и в шестьдесят третьем году в частных беседах довольно видные фигуры, включая нескольких сенаторов, объясняли: "Похоже, что Эрл Уоррен в допустимых в его положении пределах пытается заранее извиниться перед публикой, намекнуть, что он не обладает свободой действий".

А теперь снова вспомним разговор между Линдоном Джонсоном и Эрл ом Уорреном 29 ноября 1963 года. Сообщения далласской полиции о "принадлежности Освальда к коммунистам" Джонсон (подумать только!) назвал "дикими слухами" и даже, как я упомянул, выразил опасения, что, если "публика ожесточится", дело может дойти до войны. Из записи Уоррена нетрудно понять, что именно эти аргументы заставили верховного судью изменить свое первоначальное решение и стать во главе комиссии [В своих мемуарах Джонсон написал о тех же днях после убийства Кеннеди так: "К счастью, период сравнительного cпoкoйствия, и международных делах дал мне нужное время для того, чтобы я мог уделить подавляющую часть cвoей энергии внутренним (вопросам".].

Как же так? - спросит читатель. Тот самый Джонсон, первый и единственный из всех членов тогдашнего кабинета США выдвинувший сразу после убийства Джона Кеннеди версию о "коммунистическом заговоре", всего неделю спустя уже называл ее "дикими слухами". Выходит, новый президент отказался от собственной версии, посчитав ее по зрелом рассмотрении вздорной? Нет, Джонсон не собирался отказываться от своей точки зрения.

Напомним, что позже, уже после беседы с Уорреном, он повторил ее в письменных показаниях комиссии да еще, вопреки правде, пытался зачислить в свои единомышленники Роберта Кеннеди.

В чем же тогда дело?

Джонсон маневрировал. Когда он узнал, что Уоррен отказывается войти в состав комиссии по расследованию, новый президент наверняка догадался об истинных причинах отказа ("это дело воняет..."). Но после того как Джонсону не удалось протащить свой, техасский, вариант расследования, во главе национальной комиссии ему нужен был именно председатель Верховного суда США. И Джонсон, известный мастер политической мимикрии, с помощью откровенного нажима заставил Уоррена взять на себя эту миссию.

Комиссия Уоррена приступила к работе уже в первых числах декабря 1963 года. Белый дом не жалел усилий, чтобы заставить американскую прессу писать о комиссии исключительно в духе панегириков. "Нам просто выкручивают руки..." - жаловались наиболее откровенные корреспонденты. Но добиться одних панегириков не удалось.

В газетах то и дело появлялись комментарии, подобные тому, какой, например, был напечатан в "Нью-Йорк уорлд телеграмм энд сан": "Реализм заставляет нас не возлагать больших надежд... Комиссия будет почти полностью зависеть от фактов, представленных секретной службой, ФБР и полицейский управлением Далласа".

И все же нужно признать, что у американцев существовала надежда на то, что комиссия в итоге своей работы раскроет и политическую подоплеку и механизм убийства Джона Кеннеди.

Десять месяцев спустя, ранним утром 25 сентября 1964 года, в длинном коридоре соседнего с Белым домом здания президентской канцелярии несколько сотен американских и иностранных корреспондентов выстроились в очередь за готовым докладом комиссии Уоррена. Одно лишь его резюме составило объемистый том в 888 страниц.

Для составления отчетов о нем журналистам дали два дня и полторы ночи: сообщения о докладе разрешалось опубликовать не раньше воскресного вечера 27 сентября 1964 года.

Как же объяснял официальный доклад "преступление века"?

Для начала познакомимся с основными выводами комиссии Уоррена. Вот они:

"Убийство Джона Фитцджеральда Кеннеди 22 ноября 1963 года было жестоким и потрясающим актом насилия, направленным против человека, семьи, нации и против всего человечества. Молодой и энергичный лидер, у которого были еще впереди многие годы общественной и личной жижни, стал жертвой убийства четвертого по счету убийства президента в истории нашей страны, придерживающейся концепции обоснованных споров и мирных политических изменений [Какой же чудовищной политической слепотой (или злым умыслом?)

нужно было обладать, чтобы всего за два года до очередных политических убийств Р. Кеннеди и М. Кинга так xapактеризовать обстановку в США!] .

Настоящая комиссия была создана 29 ноября 1963 года, исходя из признания тою, что люди повсюду имеют право получить полные и правдивые сведения об этих событиях. Настоящий доклад исходит из стремления выполнить это требование и дать оценку этой трагедии, руководствуясь разумом и справедливостью. Доклад подготовлен с полным сознанием ответственности, возложенной на комиссию, которая должна была представить американскому народу объективный отчет о фактах, связанных с убийством президента.

Выводы

Настоящая комиссия была создана для установления фактов, связанных с изложенными выше событиями, и для обсуждения поставленных в предыдущем изложении важных вопросов. Комиссия взялась за эту задачу и пришла к определенным выводам, основанным на всех имевшихся данных. Проводившееся комиссией расследование не было ничем ограничено: комиссия проводила свое самостоятельное расследование [Это была вопиющая и заведомая ложь: критики доклада впоследствии доказали, что никакого действительно самостоятельного следствия комиссия Уоррена не проводила.], и все правительственные органы полностью выполняли свою обязанность - помочь комиссии в ее расследовании.

22
{"b":"37883","o":1}