ЛитМир - Электронная Библиотека

Сумерки сгущались. Чет постоял немного, слушая тишину вокруг. Потом подошел к скале и лучом из бластера стал выжигать буквы на камне.

Работа была в самом разгаре, когда сзади послышались шаги и подошла Пиона.

– Ты что делаешь?! – возмущенно произнесла она, увидев, чем занимается Чет.

– Так, решил оставить отметку, – улыбнулся он.

– Перестань сейчас же. Ты что? Портить такую природу! А я думаю, почему он так долго не идет?

– Ничего этой природе не будет, – улыбался Чет. Но все же опустил бластер, хотя и не дописал до конца.

– Как же не будет? Это ведь теперь так и останется навсегда.

– Ага, – весело кивнул Чет. – Представляешь, исследовательская группа прилетит сюда, думая, что они первые люди на этой планете, и увидит эту надпись. Будет еще одна загадка вселенной.

Пиона укоризненно покачала головой.

– Если б ты не был полицейским, я б тебя арестовала за такие проделки. Ладно, пойдем к кораблю, а то уже темнеет.

– Пойдем, – улыбаясь ответил Чет.

И они ушли. А на скале осталась недописанная выжженная лучом бластера надпись: «Чет Пиона».

* * *

Ну конечно! Надпись! Надпись на скале! И как он сразу не вспомнил об этом! Загадка вселенной? Ха! Всякая загадка имеет свою разгадку. А эта – очень даже вовремя.

Ворвуд повернулся и быстро зашагал к своему особняку.

Когда пираты только прилетели на планету, собираясь основать здесь базу, и Ворвуд выбрал эту бухту для своей резиденции, была обнаружена эта надпись: «Чет Пиона». Буквы были выжжены на камне, похоже, лучом бластера. Поначалу решили, что это дело рук исследовательской группы. Но Гинзл сказал, что этой надписи несколько тысяч лет. Вообще, надпись действительно выглядела довольно старой, но несколько тысяч лет ей никак не дашь… Ворвуд, конечно, доверял мнению Гинзла, но, с другой стороны, откуда мог взяться бластер несколько тысяч лет назад? Да и вообще, как люди попали сюда, на эту планету?

Впрочем, никто не стал ломать голову над этой загадкой. Пираты тогда только начинали строить свою базу, и было не до того, не до каких-то там надписей. Неважно. Есть и есть, а откуда – какая разница? Просто еще одна загадка вселенной – только и всего. Сколько их уже! Одной больше, одной меньше – подумаешь. Но сейчас… Послание из глубины веков? Нет! Это то, что происходит здесь и сейчас.

Зайдя в свой кабинет, Ворвуд сразу связался с Гинзлом.

– Профессор, – сказал он, – я знаю, как зовут копов, которые провалились во времени.

– Н-да? – безразлично отозвался Гинзл.

– Да. Их зовут Чет и Пиона.

– Ну и что? – не испытывая интереса, проговорил Гинзл. – Зачем нам это знать? И тем более мне. Нужно выяснить, в каком они времени. А имена… – он пренебрежительно махнул рукой.

Ворвуд хитро улыбался, глядя на него.

– Нет, профессор, это как раз то, что нужно. Их зовут Чет и Пиона. Понимаете? Чет плюс Пиона.

– Ну и что? – высокомерно повторил Гинзл. – Ну Чет, ну Пи… – он вдруг переменился в лице. – Так ведь это… – расширив глаза, произнес он.

– Да-да, – улыбался Ворвуд. – Именно так, профессор. А мы тут с ног сбились – где эти копы? Когда? Линка, можно сказать, загубили из-за этого. А вот они где! Прямо здесь, под самым нашим носом.

– Ну и ну, – удивленно качал головой Гинзл. – Надо же, какое совпадение!

– Отличное совпадение! – радовался Ворвуд. – Впрочем, вы ведь говорили, что они должны сесть на какую-нибудь планету – на какую же, как не на нашу? Здесь наиболее пригодные для жизни условия.

– Да, но то, что они находятся именно в этом месте, – Гинзл поднял брови. – Бывает же такое!

– Бывает, бывает, – проговорил Ворвуд. – Так как, профессор, можно узнать, сколько лет этой надписи?

– Конечно, – кивнул Гинзл. – Современные методы позволяют узнать время ее происхождения с точностью до года.

– А больше нам и не надо, – снова улыбнулся Ворвуд. – День мы уже знаем благодаря стараниям незабвенного Линка. В общем, пора доставать темпоральную установку, профессор. А?

– Да. Но сначала мне нужно провести анализ надписи и узнать год. На это потребуется некоторое время.

– Можете не спешить. Время у нас есть.

* * *

Так, похоже, Гловес успел связаться с министерством транспорта, и те уже включили компенсаторы у НК-14 – Лепаж видел, как пираты уходят в подпространство, направляясь домой. И тут же закралось сомнение – а домой ли они направляются? Не летят ли они к какой-нибудь мирной планете? Лепаж сжал кулаки. Хотелось просто взорваться от такой неопределенности и полного бессилия перед сложившейся ситуацией. При том, что опасность угрожала всей, абсолютно всей галактике, каждому мирному жителю любой из планет.

Работа полиции – защищать мирных граждан. Но сейчас полиция была совершенно не в состоянии выполнять свои обязанности. И кто, как не он, начальник галактической полиции, несет ответственность за все происходящее? И не перед начальством, а перед каждым мирным жителем, каждым ребенком галактики, который сейчас фактически поставлен перед орудиями пиратских истребителей. Каждый мирный житель! Каждый ребенок! Нет. Это было невыносимо. Лепаж в отчаянии сжимал кулаки, глядя, как пираты уходят в подпространство.

Хотя вряд ли они полетели нападать на какую-нибудь планету – Лепаж пытался успокоить себя этой мыслью. Зачем пиратам еще одно нападение? Да и просто по-человечески после захвата Харниана пиратам, наверно, требуется отдых – вряд ли они так сразу будут готовы совершить еще один налет. Лепаж утешал себя, но в глубине души понимал, как жалки и смешны эти утешения. Он, начальник галактической полиции, полагается на такого рода утешения при защите галактики. Ничего больше…

Впрочем, не стоит предаваться эмоциям – сейчас не до них. К черту эмоции.

Лепаж нажал кнопку и связался с Дирком. Тот уже успел вернуться в свой участок и начал понемногу восстанавливать порядок на планете.

– Как у вас, капитан? – спросил Лепаж.

– Пытаемся наладить мирную жизнь, сэр, – ответил Дирк. – Но… – он опустил взгляд, – весь город обчищен до нитки. Все банки, ювелирные магазины, все, что представляло хоть какую-то ценность… И как пираты устели сделать все это? Мои люди сейчас в городе.

– Понятно, Дирк, – сурово кивнул Лепаж. – Нам необходимо покинуть вас – нужно лететь за пиратами. Я оставлю вам корабли. Думаю, пятьдесят будет достаточно.

– Конечно, сэр.

– И еще пришлю вам флаеры и полицейских, чтобы пополнить потери, – продолжил Лепаж. – Постарайтесь наладить все как можно быстрее и без лишнего шума.

– Конечно, сэр, – повторил Дирк. – Нам еще потребуется восстанавливать противовоздушную оборону, заново строить космопорт. Предстоит много работы, сэр.

– Да, предстоит много работы, – мрачно подтвердил Лепаж. – Ну все, Дирк, нам нужно лететь. Если возникнут какие-либо трудности, сразу обращайтесь ко мне, даже по самому незначительному поводу.

– Хорошо, сэр. Есть, сэр, – ответил Дирк.

Лепаж кивнул ему и отключил связь.

Затем отдал распоряжение, чтобы на Харниане осталось пятьдесят кораблей, включая, конечно, и подразделение лейтенанта Кейна. Потом приказал переправить сюда несколько транспортников с личным составом и флаерами. В результате харнианский участок полиции снова был полностью укомплектован и даже содержал большее количество кораблей и наземных сил, чем до нападения пиратов.

Хотя, наверно, в таком увеличении не было необходимости – сейчас вряд ли кто-нибудь снова решится напасть на Харниан. Нужно было успокоить общественность, показать, что мирная жизнь на планете восстанавливается. В общем, это были скорее административные или показательные, чем военные меры. И, пожалуй, большего сделать было нельзя. Битва уже проиграна. Хотя враг и отступил, но остались руины и опустошение – мрачный итог военных действий.

62
{"b":"379","o":1}